13 февраля. Пора убирать ёлку.
Сутра сняли с неё все игрушки, объяснили дочке (3 года), что ёлка скоро вернётся в лес. С женой договорились, что ёлка "уйдёт" на дневной сон.
В итоге жена уехала на работу, а мы с дочкой честно спали два часа.
У ёлки было достаточно времени, чтобы собраться и уйти.
Что же, видимо, она не хочет.
Новые истории от читателей
😡 😕 😐 🙂 😂
- вверх - << Д А Л Е Е! >> 15 сразу

* * *
В 90-х годах приходилось зарабатывать кто чем и как может. Это было время, когда бандиты начали переходить в легальный бизнес. Ну по крайней мере в то, что они считали легальным. И вот одна известная банда решила завести в центре Москвы для себя офис, где будут сидеть бухгалтерия, секретутки, сами бандиты в пинджаках, принимать "клиентов", заключать "договора". Обустраивать офис наняли военных строителей, а электрику и слаботочку — крутую, как им казалось, контору. Они были настолько уверены в своей легальности, что совершенно откровенно учили нас как надо вести бызнес. Так как офис их был в самом центре, то вокруг все время тогда шли какие-то демонстрации, как говорится, за свободу, демократию и куриные окорочка. И как такая тусовка образовывалась вокруг, то весь наличный контингент бандюков обязательно срывался в толпу. Арендовали наши куртешки, чтобы не было видно малиновых пиджаков и наши сапоги, чтобы не было видно их тупорылых модных башмаков. Это стало их как-бы традицией — обязательно лезть в толпу демонстрантов. На вопрос — вы там что, лохов щиплете? — кривились, категорически отрицали, но тайну свою не раскрывали. И вот, наконец, на "банкете", который они устроили пролетариям по случаю сдачи им охранной системы — раскололись. В форме как надо вести бизнес. Был он таким: в этой толпе, они внимательно слушали самых громких борцов за демократию, как правило это были замурзанные жизнью и бедностью инженеры, от имени пролетариата им наливали, выпивали с ними, обсуждали сволочей тещ и жен, тупых директоров, кричали вместе хором "Долой КПСС", провожали до дома. А там, как они говорили, был уже отлаженный механизм по силовому "обмену" их квартир в центре Москвы на подгородние сараи и деревни. И никакой крови. Они же бызнесмены. И никаких риэлтеров. Почему именно выбирались демонстранты? Так они же лохи наивные, неудачники, как правило без семьи и жены, квартиры от бабушек дедушек, а сами ничего не смогли, а в этом есссно виноваты все, кроме них, особенно Политбюро ЦК КПСС, генсеки, обкомы и тд. Друзей нет, коллеги такие же неудачники, в общем классическая жертва. Вот так и учили нас тогда тогдашние "бызнесмены". До нынешнего времени практически никто из них не дожил, поэтому секреты эти уже никому не интересны.
Это не вся история. Ее я рассказал по случаю работягам с Западной Украины, которые делали мне печь-камин на даче. Те очень внимательно выслушали. Спросили почему-то: не бывал ли я в Киеве. Бывал, конечно, рассказал про свою школу, свой район, когда отец служил там, до перевода в Москву. За пару дней аккордно закончили работы и рванули на вокзал на поезд №1. Шел 2015 год. О чем это я. Смотрю сейчас на трубе новины от киiвськой державной админiстрации — ба, знакомые все лица. Тама тама мои "печники". Круглые, важные, властна позиция теперь у них. Видать немало борцов за свободу окучили. А шо, чужой опыт не пропьешь сразу. Только про конец его тоже надо бы не забывать. Це так, хлопчики?
* * *
Василий Шукшин приехал в Москву с далёкого Алтая поступать во ВГИК. Нашёл институт, попробовал устроиться в общежитие, но мест не оказалось. Тогда он заночевал на улице, где-то у Москвы-реки, на Котельнической набережной.
Не успел задремать толком, как услышал, что кто-то его будит. Перед Шукшиным стоял высокий худой мужчина с палкой.
— Ты что тут спишь? — спросил он.
— Мест нет в общежитии, — сказал Шукшин.
— Идём ко мне, — предложил мужчина. — Поспишь там.
Пришли, заварили чаю, долго беседовали на кухне о том, о сём...
Потом уже, когда Шукшин благополучно сдал экзамены и был принят, однажды ему показали идущего по коридору ВГИКа давешнего мужчину с палкой и сказали, что это сам Пырьев.
Через много лет Шукшин спросил его:
— А помните, Иван Александрович, как я у вас однажды ночевал?
— Не помню, — ответил Пырьев. — Кто у меня только не ночевал...
* * *
congregatio: Неее, товарищи, я уже плохо помню, что конкретно было у нас в контурных картах, но точно помню, что у нас такой х[ер]ни не было. На одной страничке с заданиями — "обозначьте озера, реки, ветры, бассейны, разломы, пояса, горы, нагорья, области давления, черта лысого". Всё это теснится и не влезает, потому что ни один ученик не сможет писать буквы такого размера, какие они в атласе, а иначе оно НЕ ВЛЕЗАЕТ СУКА!
Создателей этих карт посадить бы делать все то, что они написали...
aikr: И бланков, кстати, тоже (к вопросу об адресе с индексом в коротенькую строчку). Причём чтобы не свой адрес вписывали, а какой-нибудь подлиннее, с областью, районом и сельсоветом.
congregatio: И чтобы все названия через дефис, двойные. И точный адрес чтоб — дом, строение, корпус.
aikr: (Кровожадно): И название улицы вида: "имени дважды Героя Советского Союза, Героя социалистического труда, маршала ракетно-космических войск Аполлинария Абдурахмангаджиевича Колобкова-Крупчатникова". Без сокращений и ошибок.
* * *
В 1973 году Оуэн Гарриотт входил в экипаж американской орбитальной станции "Скайлэб". Устроенный им розыгрыш офицера Центра управления полетами Роберта Криппена достоин навечно войти в анналы космонавтики.
С собой в космос Гарриотт захватил диктофон, на который его супруга наговорила несколько фраз. Когда в один прекрасный день оператор Роберт Криппен вышел на связь со "Скайлэб", Гарриотт ждал у передатчика с диктофоном. И между станцией и Центром управления состоялся следующий диалог:
— "Скайлэб", это Хьюстон, ответьте.
— Здравствуйте, Хьюстон, — бодрым женским голосом отозвалась станция — Это "Скайлэб".
Земля после секундного колебания поинтересовалась:
— Кто говорит?
— Привет, Роберт, — отозвалась станция. — Это Хелен, жена Оуэна.
Криппен несколько секунд переваривал ответ, а затем с трудом выдавил:
— Что ты там делаешь?
— Я тут решила ребятам поесть принести. Все свеженькое, — успокоил его голос с орбиты.
Центр управления молчал около минуты, а затем отключился

Рамблер ТОП100