дома. Мой первый урок. Я — пришелец из коммунизма, из воинского городка элитной части г. Алма-Аты. Мне почти 14. У нас отродясь не бывало ни дедовщины, ни гопников, ни булли-боев. А тут смотрю — что за херня? Со мной, новичком, никто рядом не сел. Весь класс какой-то скукоженный. На перемене — три довольных дебила щипают девчонок и пытаются чего-нибудь у них обнажить, несмотря на энергичное сопротивление, никто из парней не вступается. Все пацаны как опущенные, стараются не замечать. Двое плюгавеньких начинают доябываться и до меня, весело посматривая на главаря, амбала средних статей — а не пора ли ему прийти к ним на помощь?

Развязка наступила быстро — на следующем уроке нас погнали грести листья в школьном дворе. Нахрена это надо было делать в марте, не понимаю и сейчас. Ко мне подошла эта троица и предложила выйти за угол. Выяснить отношения. И вот смотрю на них и думаю — да это отработанный сценарий. Главарь скорее всего побьет меня сам, в честном поединке за углом — действительно мощен и наверно насобачился на таких драках. Если что-то пойдет не так, двое плюгавых гаденышей помогут. Результат 100% — из-за угла вернется смирный, слегка побитый и полностью лояльный пацан. Как и все предыдущие.

Но мне-то нафига это надо? У меня был единственный шанс. Главарь зарапортовался со своими угрозами. Я выдал удар в челюсть, добавил коленом в яйца, потом несколько ударов ногами по местам болезненным. Наибольшим повреждением оказалось то, что он сильно прикусил язык от первого же удара. Средство коммуникации со стаей оказалось утраченным. Наблюдалось лишь жалобное мычание в извивающейся позе. Оставшуюся стаю я спросил — кто выйдет со мной за угол, один на один. Для продолжения, так сказать, диалога. Оба гаденыша как-то застеснялись, и принялись сбивчиво объяснять, что им мешает это сделать. В основном валили друг друга на друга — коллега, по их единодушному мнению, был более достоин представить боевые качества Стаи.

Девчонки рассмеялись — вот это был подлинный конец преступной группировки. Более они не выпендривались. По возвращении в класс за парту со мной сел крепкий парень, тоже из офицерской семьи. Его ошибка состояла в том, что он когда-то послушно сходил за угол, как бычок на заклание, и был основательно побит. А в драке с превосходящими силами реально, чем подлее, тем лучше.

Захватили ли мы лидерство? В смысле прекратить гоп-безобразия — да. В смысле использовать — нет. Девчонки в классе показались мне неказистыми поголовно — мое сердце было разбито оставшейся в Алма-Ате Оксанкой. А соседу по парте было вообще все пофиг, лишь бы ему не мешали учиться.

Любопытно, что в лучших университетах мира есть явление противоположное, но равноценное — засилье умников. Майк Кроу, ректор Аризонского университета, сам читающий лекции, сказал приблизительно следующее, пересказываю по памяти:

— До пандемии мне не нравилось в очном обучении то, что в любом классе всегда находились два-три (a few) наиболее бойких студента, которые первыми отвечали на вопросы и охотно ввязывались в дискуссии, на ходу соображая, а что они вообще хотели сказать, кроме абсолютной потребности высказаться первым. Остальной класс был вынужден вежливо молчать за нехваткой времени. В зуме же я сам выбираю, кому предоставить слово, исходя из поступивших реплик в чате.

Что кулаками, что языками, хоть тушкой, хоть чучелом, юность склонна агрессивно самоутверждаться. Но укротить особо оборзевших всегда легче, чем кажется перепуганному сверстнику.