одна из машин по дороге банально заглохла (автопром есть автопром, что в 1942, что в 2010). Покопались, отремонтировались, как смогли, подручными средствами. Накатили, естественно, за удачный ремонт. Ну, и погнали догонять своих. По Российской традиции и достоверности карт, естественно, заблудились…

Степь, дорога непонятно куда, и тут вдруг видят — столб пыли в степи.

Тормозят бинокль к глазам – немецкая танковая колонна. Прет — как у себя дома – нагло, как на параде, над башенными люками — холеные морды фрицев.

Дядя Миша, то ли с перепуга, то ли с наглости после спирта — разворачивает машину передними колесами в кювет ("Катюша" — оружие страшное, но прицельности — почти ноль, да и лупит только навесом по квадратам) и практически прямой наводкой дает залп. Подпалили первые ряды – у немчуры паника. Такое попадалово — 8 танков моментом в утиль…

Ну, а "Катюша", под шумок – "ноги мои, ноги"…

Дали дяде Мише Героя (экипажу — Славу), да только отобрали сразу же за опоздание из отпуска на эшелон на 20 минут (сразу после награждения – ладно, в штрафники не записали) — особист сукой оказался, эшелон еще сутки в Москве стоял.

Было бы похоже на сказку – но генерал Паулюс действительно остановил наступление на сутки. Эти сутки немецкая разведка судорожно искала позиции наших войск. Ну, не могли они поверить в одну единственную "Катюшу", отстрелявшуюся с пьяного перепугу… Что в результате позволило сформировать ополчение Сталинграда…

А дядя Миша закончил войну капитаном в Дрездене.

Умер он в 75-ом. ВЕЧНАЯ ПАМЯТЬ ТЕБЕ, ДЯДЯ МИША!!!

1974 год, с перерывами на Финскую и Великую Отечественную войну исполнял он обязанности главного врача.

Предоставим слово людям, его знавшим.

Анна Григорьевна Романова 1927 года рождения. Медсестра операционного блока Барановской больницы с 1945 по 1989 год.

В июне 45 года после окончания Егорьевского медицинского техникума меня распределили в Барановскую больницу. Прокопий Филиппович ещё с фронта не вернулся. И первую зиму мы без него были. Всю больницу отопить не могли – дров не хватало. Мы сами привозили дрова из леса на санках. Подтапливали титан в хирургии, чтобы больные погрелись. К вечеру натопим, больных спать уложим – поверх одеял ещё матрацами накрываем.

Потом Прокопий Филиппович с армии вернулся – начал больницей заниматься. Сделал операционный блок совместно с родильным отделением. Отремонтировал двери-окна, чтобы тепло было. Купил лошадь, и дрова мы стали сами завозить, чтобы топить постоянно. Когда всё наладил – начал оперировать.

Сейчас ортопедия называется – он оперировал, внутриполостная хирургия – оперировал, травмы любые… Помню, — к нему очень много людей приезжало из Тульской области. Там у него брат жил, направлял, значит. После войны у многих были язвы желудка. И к Прокопию Филипповичу приезжали из Тулы на резекцию желудка. После операции больным три дня пить нельзя было. А кормили мы их специальной смесью, по рецепту Прокопия Филипповича. Помню, — в составе были яйца сырые, молоко, ещё что-то…

Позднее стали привозить детей с Урала. Диагноз точно не скажу, но у них было одно плечо сильно выше другого. Привезли сначала одного ребёнка. Прокопий Филиппович соперировал и плечи стали нормальные. Там на Урале рассказали, значит, и за 5-6 лет ещё двое таких мальчиков привозили. Последнего такого мальчика семилетнего в 65 году с Урала привозили. Уезжали они от нас все ровные.

Он был очень требовательный к нам и заботливый к больным. Соперирует – за ночь раз, еще раз, и ещё придёт, проверит – как больной себя чувствует.

Сейчас ожогами в ожоговый центр везут, а тогда всё к Прокопию Филипповичу. Зеленова девочка прыгала через костер и в него упала. Поступила с сильнейшими ожогами. Делали каркасы, лежала под светом, летом он выносил её на солнышко и девочка поправилась.

В моё дежурство Настю Широкову привезли. Баловались они в домотдыхе. Кто-то пихнул с берега. И у неё голеностопный сустав весь оторвался. Висела ступня на сухожилиях. Прокопий Филиппович её посмотрел, говорит: "Ампутировать всегда успеем. Попробуем спасти". Четыре с половиной часа он делал операцию. В моё дежурство было. Потом гипс наложили – и нога-то срослась. Долго девочка у нас лежала. Вышла с палочкой, но своими ногами. Даже фамилии таких больных помнишь. Из Кладьково мальчик был – не мог ходить от рождения. Прокопий Филиппович соперировал сустав – мальчик пошел. Вырос потом, — работал конюхом. Даже оперировал "волчья пасть" и "заячья губа". Заячья-то губа несложно. А волчья пасть – нёба "нету" у ребенка. И он оперировал. Какую-то делал пересадку.

Порядок требовал от нас, чистоту… Сколько полостных операций – никогда никаких осложнений!

Гинеколога не было сначала. Всё принимал он. Какое осложнение – бегут за ним в любое время. Сколько внематочных беременностей оперировал…

Уходит гулять – сейчас зайдёт к дежурной сестре: "Я пошёл гулять по белой дороге. Прибежите, если что".

…Сейчас легко работать – анестезиолог есть. Тогда мы – медсестры — анестезию давали. Маску больному надевали, хлороформ капали. И медсестра следила за больным всю операцию – пульс, дыхание, давление…

Надю Мальцеву машина в Медведево сшибла. У ней был перелом грудного, по-моему, отдела позвоночника. Сейчас куда-то отправили бы, а мы лечили. Тогда знаете, как лечили таких больных? – Положили на доски. Без подушки. На голову надели такой шлём. К нему подвесили кирпичи, и так вытягивали позвоночник. И Надя поправилась. Теперь кажется чудно, что кирпичами, а тогда лечили. Завешивали сперва их – сколько надо нагрузить. Один кирпич – сейчас не помню, — два килограмма, что ли, весил… И никогда никаких пролежней не было. Следили, обрабатывали. Он очень строгий был, чтобы следили за больными.

Каждый четверг – плановая операция. Если кого вдруг привезли – оперирует внепланово. Сейчас в тот центр везут, в другой центр, а тогда всех везли к нам, и он всё делал.

Много лет добивался газ для села. Если бы не умер в 77-ом, к 80-му у нас газ бы был. Он хлопотал, как главный врач, как депутат сельсовета, как заслуженный врач РСФСР…

А что он фронтовик, так тогда все были фронтовики. 9 мая знаете, сколько люду шло тогда от фабрики к памятнику через всё село… И все в орденах.

***

Елена Николаевна Петрова. Медсестра Барановской сельской больницы 06.12.1937 года рождения.

Я приехала из Астрахани после медучилища в 1946-ом. Направления у нас были Южный Сахалин, Каракалпакия, Прибалтика, Подмосковье. Тогда был ещё Виноградовский район. Я приехала в райздрав в Виноградово, и мне выписали направление в Барановскую больницу. 29 июля 56 года захожу в кабинет к нему – к Прокопию Филипповичу. Посмотрел диплом, направление. И сказал: "С завтрашнего дня вы у меня работаете". Так начался мой трудовой стаж с 30 июля 56 года и продолжался 52 года. С ним я проработала 21 год. Сначала он поставил меня в терапию. Потом перевёл старшей медсестрой в поликлинику. Тогда начались прививки АКДС (Адсорбированная коклюшно-дифтерийно-столбнячная вакцина — прим. автор).

У нас была больница на 75 коек. Терапия, хирургия, роддом, детское отделение, скорая. Рождаемость была больше полутора сотен малышей за год. В Барановской школе было три параллели. Классы а-б-в. 1200 учащихся. В каждой деревне была начальная школа – В Берендино, в Медведево, Леоново, Богатищево, Щербово – с 1 по 4 класс, и все дети привитые вовремя.

Люди сначала не понимали, — зачем прививки, препятствовали. Но с врачом Сержантовой Ириной Константиновной ходили по деревням, рассказывали – что это такое. Придём – немытый ребёнок. На керосинке воду разогреют, при нас вымоют, на этой же керосинке шприц стерилизуем, — вводим вакцину. Тогда от коклюша столько детей умирало!.. А как стали вакцинировать, про коклюш забыли совсем. Оспу делали, манту… Детская смертность пропала. Мы обслуживали Богатищево, Медведево, Леоново, Берендино, Щербово. С Ириной Константиновной проводили в поликлинике приём больных, а потом уходили по деревням. Никакой машины тогда не было. Хорошо если попутка подберёт, или возчик посадит в сани или в телегу. А то – пешком. Придём в дом – одиннадцать детей, в другой – семь детей. СЭС контролировала нашу работу по вакцинированию и прививкам, чтобы АКДС трёхкратно все дети были привиты, как положено. Недавно показали по телевизору – женщина 35 или 37 лет умерла от коклюша. А у нас ни одного случая не было, потому что Прокопий Филиппович так поставил работу. Он такое положение сделал — в каждой деревне – десятидворка. Нас распределил – на 10 дворов одна медсестра. Педикулёз проверяли, аскаридоз… Носили лекарства по дворам, разъясняли – как принимать, как это важно. У нас даже ни одного отказа не было от прививок. Потом пошёл полиомиелит. Сначала делали в уколах. Потом в каплях. Единственный случай был полиомиелита – мама с ребёнком поехала в Брянск, там мальчик заразился.

Вы понимаете, — что такое хирург, прошедший фронт?! Он был универсал. Оперировал внематочную беременность, роды принимал, несчастные случаи какие, травмы – он всегда был при больнице. Кто-то попал в пилораму, куда бежит – к нам? Ребенок засунул в нос горошину или что-то – сейчас к лору, а тогда – к Прокопию Филипповичу. Сельская местность. Привозят в больницу с переломом – бегут за врачом, а медсестра уже готовит больного. Я сама лежала в роддоме – нас трое было. Я и ещё одна легко разрешились, а у Зверевой трудные роды были. Прокопий Филиппович её спас и мальчика спас. И вон – Олег Зверев – живёт. Прокопий Филиппович и жил при больнице с семьёй. Жена его Головихина Мария Фёдоровна терапевт, он – хирург.

Раз в две недели, через четверг, он проводил занятия с медсестрами – как наложить повязку, гипс, как остановить кровотечение, как кровь перелить, — всему нас учил. Мы и прямое переливание крови использовали. А что делать, если среди ночи внематочная… Кого бы ни привезли – с переломом, с травмами… К нему и из Сибири я помню приезжали. Он всё знал.

Квалификация медсестёр и врачей – все были универсалы. Медсестра – зондирование. Он учил, чтобы мы были лучшими по зондированию. Нет ли там лемблиоза. Мы всеми знаниями обладали – он так учил. На операции нас приглашал смотреть. Он тогда суставы всё оперировал. Помню – врожденный дефект голеностопного сустава оперировал. Медсестёр собрал и врачей на операцию. Мальчик не мог ходить. Он его соперировал — мальчик пошёл.

…На столе у него всегда лежал планшет "Заслуженный врач РСФСР" и он выписывал на нем рецепты, назначения…

Какой день запомнился ещё – 12 апреля 1961 года. У нас через вторник проходила общая пятиминутка. Медсёстры докладывали все по отделениям, по участкам… И он вбегает в фойе больницы и прямо кричит: "Юрий Алексеевич Гагарин в космосе! "Он так нам преподнёс – все так обрадовались. И пятиминутки-то не получилось. Как раз все в сборе были. Большой коллектив! Одних медсестер 50 человек.

40 лет будет, как его не стало. Хоронили его все – барановские, Цюрупы, воскресенские, бронницкие, виноградовские… Такой человек! Мы сейчас говорим – почему мемориальной доски нет? Нас не станет – кто о нем расскажет. Нельзя забывать! Столько людей спас — они уже детей и внуков растят… Дети его разъехались, нечасто могут приехать, но люди за могилкой смотрят. Помнят его. И нельзя забывать!

***

Виталий Прокопьевич Дегтярев. Доктор медицинских наук, профессор Московского медико-стоматологического университета, Заслуженный работник высшей школы

Отец родился в Оренбургской области в крестьянской семье. Он и два его брата – Степан Филиппович и Иван Филиппович линией жизни избрали медицину. Отец учился в Оренбурге в фельдшерско-акушерской школе. Потом закончил Омский мединститут. В 1935 году он был назначен главным врачом Барановской больницы, в которой служил до конца, практически, своих дней.

Был участником финской и Великой Отечественной войн. На Великую Отечественную отец был призван в 42-ом. Это понятно, что в сорок первом Барановская больница могла стать прифронтовым госпиталем, и главный врач, хирург, был необходим на своём месте. А в 42, как немцев отбросили от Москвы, отца призвали в действующую армию, и он стал ведущим хирургом полевого подвижного госпиталя. Это госпиталь, который самостоятельно перемещается вслед за войсками и принимает весь поток раненых с поля боя. Отец рассказывал, что было довольно трудно в период активных боевых действий. По двое-трое суток хирурги не отходили от операционных столов. За годы службы в армии он провел более 20 тысяч операций. День Победы отец встретил в Кёнигсберге. Он был награжден Орденом Красной Звезды, медалью "За победу над Германией", юбилейными наградами, а ещё, уже в послевоенные годы, — Орденом Трудового Красного Знамени. Ему было присвоено почетное звание Заслуженного врача РСФСР.

После возвращения с фронта отец был увлечен ортопедией. Он оперировал детей и взрослых с дефектами верхних и нижних конечностей, плечевого пояса и вообще с любой патологией суставов. Долгое время он хранил фотографии пациентов, сделанные до операции, например, с Х-образными конечностями или с искривлённым положением стопы, и после операции – с нормальным положением конечностей. А в 60-х годах он больше сосредоточился на полостной хирургии.

Он был истинный земский врач, который хорошо знает местное население, их проблемы, беды и старается им помочь. Земский хирург – оперировал пациентов с любой патологией. Травмы, ранения, врожденные или приобретённые патологии…. Все срочные случаи – постоянно бежали за ним, благо недалеко – жил тут же. По сути дела, у него было бесконечное дежурство врача. На свои операции отец собирал свободных медсестер и врачей – это естественное действие хирурга, думающего о перспективе своей работы и о тех людях, которые с ним работают. И я у него такую школу проходил, когда приезжал на каникулы из института.

Он заботился о том, чтобы расширить помощь населению, старался оживить работу различных отделений и открыть новые. Было открыто родильное отделение. Оно сначала располагалось в большом корпусе. А потом был отремонтирован соседний корпус, и родильное перевели в него. Позже открыли ещё и инфекционное отделение. Долгое время было полуразрушенным здание поликлиники. Отец потратил много времени и сил на ремонт этого здания. Поликлинику в нём открыли.

Отец очень хорошо знал население, истории болезней практически всех семей, проживающих в округе. Когда я проходил практику в Барановской больнице, после приёма пациентов случалось советоваться с ним по каким-либо сложным случаям. Обычно он пояснял, что именно для этой семьи характерно наличие такого-то заболевания… И то, что вызвало моё недоумение, по всей вероятности является следствием именно этого заболевания.

Отца избрали депутатом местного Совета. И он занимался вопросами газификации села Барановское. Много сил отдал разработке, продвижению этого проекта…

Своей долгой и самоотверженной работой он заслужил уважение и признательность жителей округи. На гражданскую панихиду, которая была организована в клубе, пришли жители многих окрестных сел, а после нее гроб из клуба до самого кладбища люди несли на руках.

Он был настоящий народный врач.

***

Главе Воскресенского района Олегу Сухарю поступило обращение жителей села Барановское с просьбой установить мемориальную доску на здании Барановской больницы, в память о П. Ф. Дегтярёве. Ещё жители просили, чтобы в районной газете "Наше слово" была опубликована статья о Прокопии Филипповиче.

Доску глава заказал, место для неё определили, статью поручил написать мне, и в сегодняшнем номере газеты она опубликована. Текст вот этот самый, который вы прочли. В Барановском газету ждут.

Добавлю ещё, что когда приезжал в Барановское сфотографировать эту самую дореволюционной постройки больницу, разговаривал ещё с людьми, и каждый что-то о Прокопии Филипповиче хотел рассказать.

И ещё оказалось, что такие уникальные врачи разных специальностей и в разных больницах района ещё были. Мне их назвал наш уважаемый почетный и заслуженный главный врач станции переливания Станислав Андреевич Исполинов.

Но, получается, — в нашем районе минимум четверо, и в других районах должно быть так примерно. Писать о них надо. Рассказывать.

визитов в её дом я страшно боялся. Там вся семья показалась со странностями, но родню не выбирают.

Деду и мне на время гостевания поставили раскладушки в летней кухне. Ничего кухонного там не было, только пара стульев, стол и радиоприемник с длинным куском провода, подцепленным к антенне.

Первая ночь на новом месте, скрипучая кровать, деревенские шумы — не знаю, сколько я ворочался без сна, как вдруг...

Дед перестал храпеть, достал из-под подушки фонарик и посветил на пол. Хмыкнул, поворочался, сел. Опять посветил на пол. Я отчаянно притворился спящим.

Тут дед включил радиоприемник на минимальную громкость, но голос оттуда совершенно точно говорил не по-русски!

Сеанс связи продолжался недолго. Дед не стал ничего говорить в приёмник, выключил его, улёгся и захрапел. Меня тоже быстро сморило в сон от переживаний: родной дед оказался иностранным шпионом. Говорю же, со странностями...

После завтрака рассказал ночную историю папе. Папа нашел деда в огороде. Дед криво ухмыльнулся и объяснил, что регулярно слушает прогнозы погоды Варшавского радио. Мол, погода от них доходит сюда дня через три-четыре. А фонарик, чтобы время на наручных часах смотреть.

Так я узнал о существовании Польши, о польских корнях нашего семейства, о польском языке, на котором говорила прабабушка Маша, позабывшая русский... Много папе пришлось рассказывать в то лето.

Бабушка Таня так надо мной сюсюкала, что я от неё прятался. Дед Коля продолжал слушать Варшавское радио. Иногда ехидно обзывал меня Павлик.

Тогда я его не понял.

в ветклинику. Оставила её там на лечение, заплатила кругленькую сумму. Почему-то было не жалко денег, хотя я обычно жадина.

После всех обследований и стационара я забрала собаку домой. Переломы срослись, раны и глаз зажил. Я хотела искать ей хозяев, но уже не смогла расстаться с ней. Это оказалась девочка примерно 2-4 лет. Умнейшая! Ни разу не сходила в туалет на пол, просилась гулять, и я на руках выносила её. В еде неприхотливая, понимала команды и моё настроение. Я сделала ей лежанку, она спала только там, не лезла на постель, ничего не грызла. А самое главное, что моя любимая вредина-кошка приняла собаку, даже облизывала, пока та болела и залечивала раны.

У меня никогда не было собаки, потому что с ними надо гулять в любую погоду, они эмоциональны, требуют внимания. Но эта собачка просто растопила моё сердце. Когда она подлечилась, я стала выходить с ней гулять, мы даже бегали вместе, я неплохо похудела. А когда поняла, что в отпуск или далеко особо не поездишь, потому что собаку не с кем оставить, чтобы с ней гуляли дважды в день, то я сдала на права, купила машину и стала ездить по области с собакой и с друзьями — за город, на турбазы, кемпинги, в соседние города. Кошку тоже таскала с собой. Даже на море съездила, где через общих друзей познакомилась с парнем, с которым мы уже почти два года вместе. И всё это благодаря моей любимой Пиратке!

Показать ещё

как сварка, да и жених в полосатом костюме пытался не отставать. Особенно родители радовались, они уж и не надеялись.

Мы все утрамбовались в маленькую комнатку и оживленно галдели, поджидая, когда тетенька с назойливым голосом и красной папкой, торжественно призовет молодых к ответу.

Повисла некоторая пауза и маленькая Даша, со взрослой прической, громко спросила:

— Мама, а почему вы с Папой женитесь только сегодня?

У всех моих подружек в садике, родители сначала знакомились, потом влюблялись, потом женились, а уже только потом рожали детей. А вы почему сразу не поженились? Вы что, до сих пор не любили друг друга?

Пауза моментально победила всю комнату и стала угрожающе-бесконечной.

Невеста с трудом устояла на каблуках и невнятно ответила:

— Дашуля, ну ты что? Конечно же любили.

— Ну, так почему же вы не поженились раньше, еще до моего рождения?

— А-а-а… потому что, э-э-э… О, а ты лучше у Папы спроси. Он все тебе расскажет.

— Папочка, расскажи.

Костя хищно глянул на Анну, как казахский снайпер на Гитлера и, стараясь быть ласковым, ответил:

— Даша, мне сейчас не до твоих глупостей, помолчи пожалуйста, давай лучше потом. Потом поговорим.

Даша скрестила руки на груди и неслабо надулась.

Да и всеобщая пауза с опасными прострелами взглядов, никак не отпускала присутствующих.

Мне ничего не оставалось, как вставить свои "5 копеек", чтобы погасить назревающий семейный скандал:

— Даша, если ты так уж хочешь, то я расскажу тебе — почему твои родители не поженились много лет тому назад?

— Хочу, хочу, расскажи!

— Только это очень большая тайна, поэтому они тебе и не хотели говорить. Спроси, если разрешат, то я, так и быть, открою тебе эту тайну.

Девочка подбежала к маме и утонув в свадебном платье, запричитала:

— Мама, Папа, разрешите, пусть дядя Грубас мне все расскажет!

Костя и Аня опасливо переглянулись, но нехотя кивнули.

Я продолжил:

— Ну, тогда слушай: когда-то, очень-очень давно, когда твои Папа и Мама только познакомились и полюбили друг друга, они конечно же собирались пожениться, даже всех гостей уже позвали, но тут они вдруг подумали: — "А ведь когда-то в будущем, у нас родится ребенок, мальчик, а может даже, если повезет, то и девочка"

Даша заулыбалась и закивала, подтверждая, что она как раз девочка и есть.

— Так вот, родится эта девочка, подрастет, станет совсем большой, как ты, и однажды спросит: — "Мама, Папа, а какая у вас была свадьба? Хорошая? А какое платье? Красивое? А какой торт? Большой? "

Что родители смогли бы тебе ответить? "Да свадьба была веселая, но это было так давно, что мы толком уже и не помним, да и фотки, к сожалению куда-то потерялись…"

И вот тогда, твои Мама и Папа крепко призадумались, собрали всех гостей и сказали: "Извините, гости дорогие, но со свадьбой придется потерпеть еще десять лет, и все это ради нашего будущего ребенка. Ничего не поделаешь. А вот когда — этот самый ребенок родится и подрастет, тогда и приходите, повеселимся…"

Мы все тогда, конечно немножко расстроились, но делать было нечего, так голодные и разошлись по домам, ждать еще целых десять лет.

И вот, Даша, как раз сегодня, с тех пор прошло ровно десять лет, ты родилась, выросла и теперь сама сможешь стать настоящей гостьей на свадьбе родителей, чтобы увидеть все своими собственными глазами. Ну, разве это не чудо?

Даша повисла на шеях жениха и невесты и затараторила:

— Мама, Папа, вы у меня самые-самые лучшие, самые терпеливые и самые умные родители на Земле! Я вас очень-при-очень люблю.

Костин отец незаметно, но с чувством пожал мне руку и даже пригласил на рыбалку…

внутренним светом целую аудиторию. И в этом свете меркнут все никчемные мирские проблемы, а аудитория возносится в Храм Науки. Время пролетает незаметно: звенит звонок и люди удивленно трясут головой возвращаясь из идеального мира в мир, увы, не идеальный: Что же это такое было?! Но даже последний двоечник, выходит после лекции с просветленными глазами.

Думаешь, как такое может быть: у другого препода и предмет интереснее и речь без дефектов и брюки поглажены: -) Но вот хочется спать — хоть убей, скука и половина аудитории — пустая.

А к Профессору идешь, даже на экзамен — как на праздник. Никаких унизительных обысков или охотой за теми, кто списывает: "Билеты все взяли? Ну я пойду кофейку попью, через час приду и перед этим в дверь постучу. "

Такого благородства, наш раздолбайский поток не смог вынести! Мы решили показать, что мы - тоже крутые, и плюс отличный подарок обожаемому Профессору!

На следующий семестр мы поклялись (на крови!) что все будем сдавать Профессору без шпор, и организовали комитет спасения: за каждым "лоботрясом" был (все добровольно!) закреплен отличник который "натаскивал" этот предмет. Усилия были затрачены титанические, ведь мало самому научиться, предмет-то был абстрактный и сложный. Надо еще подтянуть студента-дурака, который только военкома в жизни и боится. Но тут "дураки" сами прониклись — у них, понимаешь, тоже самолюбие было задето! Старались не за страх, а на совесть!

Довольные собой, мы пришли на финальный Экзамен. Двоечники впервые в жизни без каких-либо шпор, с твердой уверенностью в своих знаниях. Все в нездоровом предвкушении, что щас уважаемый Профессор придет, начнет спрашивать и просто обалдеет от приятного удивления! Ведь такого не бывает — чтобы весь поток (без подготовки, с ходу!) был готов на 100%!

Входит Профессор, прогибаясь под тяжестью двух огромных авосек: "вот ребятки, вижу что вы без материалов, так я вам принес, в помощь, книжки и конспекты, пользуйтесь не стесняйтесь".

гарпунить рыбу, выслеживать зверя, ориентироваться и выживать в тайге. Походы в 15-25 км по заснеженной тайге, 15 км до первого капкана, были для нее разминкой. Покос травы, стогование, заготовка сена — рутинные дела.

Школу назвать школой было сложно, но, к счастью Ярославы, в соседнем поселке — всего то 15 км, жили молодая пара учителей, непонятным образом сменивших жизнь в городе на уют тайги.

Благодаря постоянным занятиям, Ярослава получила достаточный уровень знаний, чтобы в старших классах перебраться в ближайший город, а потом приехать учиться в Новосибирск.

Итого — в цивилизацию вырвался человек, который большую свою жизнь от нее был отрезан

И это дало интересные жизненные ситуации сразу же.

Долгое время у нее не было мобильного телефона, так как она не видела в нем смысла, все, что необходимо, она обговаривала с родителями утром или вечером. родители были в ней уверены и не контролировали ее каждую секунду.

Помните фильм про Электроника? Как он сдавал физкультуру в школе?

Примерно что то такое происходило и здесь. Если были проблемы с учебоЙ, ТО ЭТО ПРЕДМЕТЫ, ОТСТРАНЕННЫЕ ОТ ЖИЗНИ — АЛГЕБРА, К ПРИМЕРУ.

Все, что могло пригодиться — все было на 5 баллов.

Кросс — Ярослава пробежала 1,5 км быстрее всех в классе, вернее, в школе, вернее, в школе во всех классах и во все времена. Физрук долго тряс свой секундомер, думая, что он просто раньше остановился.

После этого Ярослава пробежала 3 км. Потом 5. После этого физрук почесал репу, кому то позвонил и долго, бросая слюни и божась, что то рассказывал, поглядывая в сторону класса Ярославы.

Подтягивание — норматив для девочек был 6 раз отлично. Ярослава начала подтягиваться, когда физрук смотрел на нее с интересом и закончила, когда он уже зевал.

Туда же ушло и метание меча и метание диска.

Лыжи — школьная дистанция 3 км даже не заставляла ее вспотеть. Первый раз возник конфуз, когда Ярославе дали палки, она категорически не знала, что с ними делать. Выбросила палки и пробежала 3 км в два раза быстрее местных спринтеров.

В классе стала неоспоримым лидером после инцидента с местными хулиганами, один из которых — лидер местных задир ущипнул ее за попу. Не особо разбираясь,9 она отвесила звонкую оплеуху, результатом которой стало сотрясение мозгового вещества у данного существа и разрыв барабанной перепонки.

Уехал на Скорой. Через 20 минут у школы был папа с бородатой группой поддержки, настроенной весьма агрессивно.

Узнав у охранника подробности схватки, что сына отправила в нокаут девчонка одной оплеухой, папа мгновенно отправил группу поддержки назад, быстро замял дело с приехавшим нарядом полиции и помчался в больницу заминать дело там, чтобы, не дай бог, такое не вылезло наружу. В школе все знали, слухи быстро распространились, и вскоре подросток уехал в другой город к родне.

После этого Ярославу в школе стали откровенно бояться. Девочки опасались ее прямолинейности, мальцы — просто боялись ее трогать и поэтому не знали, как себя с ней вести. Ходила белой вороной, но была гордостью школы — бег, стрельба, лыжи, все городские и областные соревнования были под неоспоримым доминированием Ярославы.

Вышла замуж — уже в студенческом возрасте. Познакомилась с мужем феерично — чуть не убила его мешком с картошкой. Тащила с вокзала в общагу сумку с продуктами, продираясь сквозь толпу, которая валила на вокзал, обнаружила, что сумка, зацепившись за кого то в толпе, увлекает ее назад — поднатужилась и вырвала сумку с парой мужиков из толпы. Сумка, получив нехилое ускорение, хлестко сбила с ног паренька, стоявшего у входа с букетом цветов.

Приводя в чувство паренька, обнаружила, что сумку сперли буквально из-под носа. В те времена, сумка, полная продуктов, была на вес золота. Картошка, сало, масло, сыр, творог — все, что Ярослава тащила в общагу, чтобы питаться пару недель — исчезло.

С ее слов: меня как током парализовало — от обиды из глаз брызнули слезы. Девчонки в общаге хоть макаронами затаривались, а у меня денег 250 руб и пустая сумка — кефир, хлеб и то на неделю не хватит.

К этому моменту пришел в себя паренек.

Проводил до дома, рассказал, что ждал девушку, но, видимо, не судьба, не пришла.

Со слов Ярославы: я сразу поняла, что он ошибся — как раз судьба и как раз пришла.

Начали встречаться, переломный момент произошел, когда к ним на остановке подвалили трое гопников и, отстранив Яру от избранника, потребовали у того вывернуть карманы.

Со слов Ярославы — я тогда почувствовала себя немного обиженно — вообще то грабить надо было меня, а не Юру, он одет был просто, это я была разодета, как петух на ярмарке.

Оторвав доску от скамейки, Яра разогнала гопников по сторонам ( ну ты что, не знаешь, как дерутся в деревне — отодрал штакетник от забора -и вперед. Я дралась вместе с братьями)

После это Юра и попал в оборот:

— Ты знаешь, — делился Юра воспоминаниями, — Яра сжала меня так, что я понял — если не смогу, то мне капец, ребра переломает. И Юра смог.

Поженились они через три месяца и до сих пор неразлучны.

Иногда любуюсь этой парочкой — высокая, до сих пор стройная Яра и худенький, с обожанием глядящий на жену Юрик, как кролик с Пятачком, идущие на ДР к Пуху.

Некоторые даты и имена изменены.

пенсию ведущий спец по озеленению (то есть как сажать цветы-кусты-деревья). Банкет, речи, часы на память. Когда ощутимо налимонились, виновник встает и произносит речь:

— Спасибо, дорогие мои, за теплые слова, за многолетнюю теплую атмосферу в коллективе, за пятое и за десятое. Осталось сказать вам спасибо огромадное за ваше всеобщее раз[гиль]дяйство, иначе бы я сейчас, наверно, ящики таскал.

У народа глаза на лоб. А старый черт продолжает:

— Тут вот замгенерального сказал, что типа я такой умница-разумница, потому что де институт с отличием окончил. Так вот, дорогие мои долбодятлы — вышака у меня не было ни-ког-да!

— А диплом? — взвизгивает кадровая тетка, понимая, что за этот косяк попа бобо будет у нее.

— А диплом я нарисовал на компе дома, как сейчас помню, было холодно, моросило, я хотел жрать, из кухни пилила жена, а щен смотрел на меня снизу и как бы намекал, что гречкой сыт не будешь. К тому времени я 20 лет проработал бригадиром в Горозеленении в Р. и знал дело не хуже иного козла с дипломом. Но раз уж к вам не брали без диплома, то я вам его принес, а вы даже его не проверили. Сначала было трудно, тут были спецы. Настоящие спецы и несколько раз я чуть не спалился. Оказалось, что я мно-о-ого чего не знаю из нормативов там и еще кое-чего. Но потом вы повыгоняли всех, кто тыкал вас носом в откровенные косяки и нарушения, и понабирали племянников любовниц и дочерей подружек. На их фоне я выглядел чуть не Конфуцием. Так что спасибо вам, дорогие мои, что вы такие раздолбаи! — и хлопнул рюмку.