Правильно ли я поступил... верно ли... Наш голландский повар-кок спросил меня, что следует говорить русскоязычным группам, когда сервируешь еду? Конечно, я ответил...

Как то раз занесла меня судьба на Колымский тракт. Мы ехали от Якутска до Томтора (Оймякона), на так называемый "Полюс холода" (самая холодная точка северного полушария Земли). Зимой, на велосипедах. В принципе, Колымский тракт, вполне себе дорога. Уже тогда была. И, как-то, на дороге, встретилось нам кафе. 100 км в одну сторону ничего, в другую и того больше. Подъезжаем, выскакивает навстречу хозяйка в длинной лисьей шубе.

— Гости дорогие! Добро пожаловать! Видела по ТВ ваш старт в Якутске. Вы гости мои, буду вас кормить!

Кормить, так кормить. Где наша не пропадала. Давай! Корми!

На первое был суп, название которого я не запомнил. Меж собой мы назвали его "жидкая смерть". В горячем жидком жире плавали куски твердого жира и субпродуктов. Какая-то кожа, внутренности животных. Жуть! Но когда крутишь педали на 25 градусах мороза, а ночуешь на минус 40, то от такого супа не умираешь. Второе — жаркое из лося. Наконец, подошла очередь чая.

— Ребята, сейчас принесу чай! Чай!! В мире есть два народа, которые всегда пьют чай с молоком. Это англичане и якуты.

Я поймал ход мысли хозяйки и забеспокоился. Я не якут, не англичанин. Молоко на дух не переношу.

— А можно мне без молока?

Улыбнулась хозяйка, потрепала меня по плечу отечески. Или, правильнее сказать, матерински? Не важно. И сказала… А что сказала?

Представьте ситуацию. Стоит одинокий дом на Колымской дороге. Мимо проезжают брутальные дальнобойщики. Мороз дикий. Где ближайшая консерватория? Где театр оперы и балета? Я даже не спрашиваю, где театр драмы, так как жизнь в этом месте сама по себе драма. Где библиотека?

Нету. Ну и люди тут соответственные. Радушные, добрые. Но — немного брутальные. Учившиеся по Пушкину "чему нибудь и как нибудь".

Улыбнулась мне хозяйка, потрепала по-матерински по плечу. И молвила:

— Жри что дают!

Я взял из ее рук чай с молоком и широко улыбнулся в ответ. Ну и, да простят меня люди, живущие ближе 100 км от консерватории, "жрал" я этот чай, ибо я "гость дорогой"! Отказаться — обидеть!

Старая томская байка.

Рассказал знакомый историк – собиратель сибирского фольклора.

Давно это было – еще при царе. Собрался как-то владыка томской епархии проехать по окрестным приходам с инспекцией. Решил начать с самого бедного прихода. Приехал, смотрит – церквушка старенькая покосившаяся, народишко бедный, однако-ж

Очень дальний родственник, скорее даже знакомый, служил в советские годы в Прибалтике на подлодке. Ходил по пол года в плавание. Настоящий военный медик, человек интеллигентнейший и образованный, к грубости не склонный.

Союз развалился, по возрасту пора на пенсию, командование предоставило ему квартиру в нашем удаленном от Москвы регионе. Надо было ему то ли паспорт новый оформлять, то ли прописку, не в этом суть. Приходит он в паспортный стол, за окном приёма в котором сидит девица, как во вчерашней истории.

— Вы гражданин России?

— Я военнослужащий российской армии. Конечно.

— А на момент распада СССР где были прописаны?

Долгие попытки офицера быть вежливым. Потом он не выдерживает:

— Ваше звание?

— Прапорщик (или младший лейтенант, не суть).

— Я полковник, старше Вас по званию. Встать!

Офигевшая девица встаёт.

— Сесть!

И так повторяет два-три раза. Потом:

— Вот теперь присаживайтесь поудобнее и оформляйте документы.

Не всегда и не перед всеми надо бисер метать.

Вот что меня радует в отечественных сериалах про ментов, так это наивная незамутнённость.

Если убийца стреляет из пистолета с глушителем, то слышится только тихий "пук", который даже в соседней комнате свидетель не слышит. Если мент хочет попасть из обычного "Макарова" преступнику в бедро – он попадает именно в бедро, и никуда больше, причём с любого расстояния. Если есть погоня с перестрелкой где-нибудь в середине сюжета – то и менты, и бандиты оказываются поголовно косоглазыми, пули летят куда угодно, рикошетят от бетонных стен, труб куда угодно, только не в людей.

Но особенно изумляет инновационный метод вскрытия любых замков. Достаточно пару раз пальнуть из пистолета в любой замок, и любая дверь моментально открывается. Не надо никаких отмычек, автогенов, болгарок и взрывчаток.

Оперативник с преступником в обнимку прыгают из окна, и у обоих ни переломов, ни даже растяжений, пару шагов похромали, потом дальше побежали.

В конце, конечно, злодей разоблачён и арестован, а менты друг друга поздравляют с хорошей работой.

А потом все дружно берут в ларьке пиво и гуляют с ним по бульвару, рассказывая друг другу о том, как они раскрыли преступление.

Хеппи энд, как говорится.

Безумно счастлива сейчас в браке. Живем с отцом мужа, он просто золотой человек! Многие знакомые, видя нас, завидуют, говорят, что хотят, как у нас. Вот только это мы с ним сейчас счастливы, а всего четыре года назад наша жизнь была невыносимой. Меня отец избивал за любые косяки или просто по просьбе новой жены. Я работала и отдавала им все деньги. Меня все время мешали с грязью, унижали. Я сидела 2, 5 года на таблетках, потому что из-за стресса начались проблемы со сном и питанием. У мужа мать гуляла всю жизнь, бросила их с отцом, могла не интересоваться им полгода, а потом позвонить и потребовать, чтобы он у ее нового ухажера приехал и починил крышу или еще что-то. Все праздники игнорировались, и, когда он пошел на работу, она начала приходить к нему и требовать денег. Потом вообще пыталась выгнать их с отцом на улицу. Мы с ним встретились оба забитые, без ничего. Вместе строили свою жизнь, я сбежала от отца, он оборвал связь с матерью. Мы поднимались со дна. Бывали периоды, когда из-за нехватки денег мне прокладки не на что купить было. С горем пополам мы начали вставать на ноги.

Прошло три года с момента свадьбы. Мы живем душа в душу, работаем, учимся, делаем ремонт, планируем первый отпуск. У нас красивая одежда, ухоженный вид, и нашей сегодняшней жизни многие завидуют.