Опять, извините, про радиолампы. Поймут только совки, воспитанные на трепетном отношении к грифам типа "Секретно" и выше, в понимании, что за утерю такого можно попасть в тюрьму надолго. Лейтенанта-двухгодичника
(старшего инженера по должности) взял с собой в секретную часть зампотех, т. к. пришли новые секретные радиостанции (помех). Надо было разобрать несколько портфелей документов к ним. Работали даже не просто в секретной части, а в особой комнате внутри нее, т. к. часть документов имела гриф "Совершенно Секретно". Постепенно стало понятно, что на самом деле зампотех (матерый майор) что-то ищет в документах. Наконец, найдя какой-то формуляр (прошитый, пропечатанный, со всеми штампами и угрозами на каждом листе) он показал его лейтенанту, чтобы тот знал, что искать.
После этого, к ужасу "пиджака"-лейтенанта, он стал рвать документ на мелкие кусочки. Видя оторопь на лице лейтенанта, он сказал что-то вроде
— "тебе же лучше делаю — ты за станции отвечаешь, а наших ворюг-бойцов ты уже немного узнал". Все еще в непонятках, лейтенант раскрыл формуляр второй аналогичной станции. И узнал главный секрет нашей воинской части
— в главной радиолампе станции было около 3 кг серебра и 200 г золота.
* * *
Я из династии врачей. Начиная от прадедушки и прабабушки, все родственники связаны с медициной. Я рос и хотел заниматься совсем другим, но все начали хвататься за сердце, шантажировать здоровьем. В итоге я сдался и тоже стал врачом. Работу не люблю, но она приносит деньги, поэтому привык.
Потом я женился, родилась дочь, пошла в школу и проявила способности к математике, программированию. Когда настало время готовиться к университету, она выбрала техническую специальность. Вся родня снова схватилась за сердце, мол, как же можно прерывать династию, давай хотя бы на химфак! Звонили, сокрушались, грозили умереть от инфаркта. На все это моя жена сказала: "Хотите умирать — умирайте, дочь пойдёт туда, куда хочет".
Потом как-то всё затихло, дочь поступила, закончила, работает и обожает свою работу. И никто не умер, не отрёкся, все отношения в семье хорошие. Походу, я один здесь болван бесхребетный, не отстоял свою мечту.
* * *
На дворе шёл примерно 1998-ой год.
К этому времени у меня уже больше года дома был компьютер. Я был первым пользователем первого компьютера в отделе… Молодой, весёлый, и вся жизнь впереди!
И вот ко мне, как к опытному пользователю подходит коллега и спрашивает:
— А как сделать…
За давностью лет я уже и не помню, что ему было надо… но это и не важно! Я ему объясняю:
— Вот заходишь сюда, потом сюда, сюда… ставишь галочку и будет тебе счастье!
Я у него потом спросил: "Почему ты спросил именно это? "Внятного ответа не получил. В общем, он у меня спрашивает:
— Как ставишь галочку?
Ни секунды раздумий! Я ему:
— Леня, ты меня извини, но не мне тебе рассказывать как Галочку ставить!
Ржали все кто слышал, ржал Лёня! Мужик с очень хорошим чувством юмора… у него жену Галей зовут: )
* * *
Гимнаст-извращенец.
— Сань, а Сань! Я тут пока в госпитале лежал, вы какой-то зачет по брусьям сдавали. Как правильно упражнение называется, скажи, а? — вопрошал Ваня Пупкин у своего сокурсника.
Ваня Пупкин. Каким ветром этого паренька, имевшего рост метр пятьдесят в прыжке на коньках с батута, наивное веснушчатое лицо, уши,
навевавшие воспоминания о такси с раскрытыми дверцами, паническую боязнь противоположного пола (не уверен, что даже на настоящий момент он расстался с девственностью) и абсолютную отрешенность от мира сего занесло в академию имени Жуковского не знал никто. На занятиях по физподготовке он умудрялся смешно даже просто висеть на перекладине (если удавалось допрыгнуть). В итоге после попыток пяти сдать зачет по любому виду упражнений ему приходилось бежать к преподавателю, "ставить рапорт на стол", клятвенно заверять, что уж к следующему-то зачету он точно приобретет силу Геракла и телосложение Аполлона и умолять на этот раз как-нибудь уж поставить ему зачет. После чего капитан со вздохом убирал булькающий "рапорт" в ящик стола, посылал Ваню, которого кроме как "гимнастом" уже и не называл, взять в подсобке краску и кисть и что-нибудь подкрасить в спортзале и выводил в зачетной ведомости столь вожделенное Ваней "удовлетворительно". На этот раз Ваня умудрился больше месяца проваляться в госпитале, а наш факультет как раз за то время сдал зачет по брусьям по упражнению №N, что-то вроде "подход-выход силой-мах ногами-кувырок-ё@нуться-не сломать шею-отход", и вот теперь бедолага допытывался, как именно называлось то извращение на брусьях, заранее мысленно прикидывая литраж очередного "рапорта", который ему придется за него отдать…
— Короче так, Ванек, не кани! Брусья — это тебе не перекладина. Тут не надо заучивать всю последовательность движений, так как каждое упражнение имеет четкое название! То, что мы сдавали, называется…
Санек. Личность весьма неординарная. Личико ангелочка и душа дьяволенка. Если старушка спрашивала у него на улице, как бы ей попасть на Красную площадь, то после объяснений, данных ей с лучезарной улыбкой и светящимся в глазах желанием облагодетельствовать все человечество бедная бабуля отправлялась куда-нибудь в направлении станции Бирюлево-товарная…
До конца дослушать ответ Санька мне не дал рык капитана:
— Тащщщи курсанты! Строиться! В три шеренги становись! Так! Сегодня по плану занятий… (Далее последовал список программы по совершенствованию наших организмов) Все всё поняли? Вопросы есть?
— Тащ капитан! Курсант Пупкин! Разрешите обратиться! — раздался с левого фланга робкий голос Вани.
— А! Наш гимнаст! Ну давай, разрешаю, обращайся!
— Тащ капитан, а… Когда можно будет… Ну тем, кто не сдавал… Сдать зачет…
— Мля! Ты военнослужащий или где?! Ты тут не [п]опу мни, а громко и четко сформулируй свой вопрос!
Пупкин напрягся…
— ТАЩ КАПИТАН, РАЗРЕШИТЕ УЗНАТЬ, КОГДА МОЖНО БУДЕТ СДАТЬ ЗАЧЕТ ПО КУНИЛИНГУСУ НА БРУСЬЯХ?!
Повисла секундная пауза, затем третья шеренга легла… Первые две продолжали стоять, хотя от смеха ноги и подкашивались… Я скосил глаза на Саню — такое выражение лица я уже один раз видел… У моего кота, который со стола однажды целый пакет сметаны скинул… Капитан побагровел…
— Твою мать! По какому еще, нах… кун@лингусу? Ты у меня, гимнаст-извращенец, еще и по мин@ту на перекладине зачет сдавать будешь!
Слегла вторая шеренга… Первую положил последующей за этой репликой вопрос Пупкина, который стоял с уже малиновыми ушами и никак не мог понять причину всеобщего веселья.
— А что — все уже сдали?..
* * *
— Знаешь его историю? — спросил меня приятель, показывая на какого-то бомжа.
Я не совсем понял поставленного вопроса, и переспросил, — чью историю?
— Да вот, его! – Рома кивнул на ковыляющую мимо развалину. Я присмотрелся. Лет под пятьдесят, как будто разбитый ДЦП: голова неподвижна и подвернута, кисти рук
держит как богомол, идет на полусогнутых ногах, и на цыпочках, а взгляд, как у человека, которому только что ударили дубиной по башке. Это потом я обратил внимание на то, что одежда у него чистая, а первоначально, "бомжевитость" придавали ужасно потертые, сношенные ботинки.
Мой приятель Рома, репатриант из Абхазии продолжил:
— Это же "вертолетчик". Я его еще по Сухуми знал. Он нормальный был, летное училище закончил, жена, дети, летал на вертолетах, как Мимино. А во время войны его контузило, выжил, но вот так скрючило. В Сочи уже таким перевезли, он даже говорить не может. Семья сейчас с ним мучается... Хотя несколько лет назад с ним прикол тут случился. …
Помнишь, на площади возле морвокзала вертолет стоял — прогулки над морем? Там же цены за прогулки были — мама, не горюй, поэтому вертолет больше стоял, чем летал. А наш "вертолетчик" там постоянно ошивался, душа требовала неба. Подойдет к пилоту, постоит, помычит. Тот и в сторону уходил, и в кабине прятался, и внимания не обращал, бомжара ведь с виду, не под стать ему, пилоту малой авиации, но как-то снизошел и спросил "что, хочешь в кабине посидеть?" "Вертолетчик" утвердительно замычал. "Ну, садись, только ничего не трогай!!" "Угу-угу" прозвучало в ответ. Наш "вертолетчик" при помощи пилота, с блаженной улыбкой на лице, забрался в кабину, посидел чуток, а потом дверцу – хлоп, и на замочек изнутри закрыл!!! Пилот тарабанит в дверь — "открывай, открывай"!! А "вертолетчик" тем делом осмотрелся, один тумблерочик, другой… щелк, щелк… Раскрутил винт… ПОДНЯЛ МАШИНУ В ВОЗДУХ, повисел пару минут и, с чувством глубокого удовлетворения, опустил машину вниз… Когда, после доброй паузы "вертолетчик" открыл дверь, пилот помог ему выйти как самой значимой фигуре в его жизни, правда, в штаны покакал, но виду пытался не подать…
Истории о армии ещё..