Истрия эта реальная. Было это в конце 80-х. Я жил тогда в Уральске, что в Казахстане. Поехали мы как-то летом на рыбалку. Километров 30-40 от города, в степи стояла механизированная бригада, а возле нее круглое озерцо (или может лужа)метров 150 в диаметре. Клевало там здорово, но речь не об этом. Взяли резиновую лодку с собой. Ну и с нами был Лёха лет 10-ти, мой кореш (мне тогда 12 было). Его эта лодка сильно воодушевила и он не отходил от нее ни на шаг, пока его батя ее снаряжал. А потом запрыгнул в нее и давай там шарить. А погода в тот день, надо сказать, была ветренная очень. Ну и, короче, его отнесло от берега (без весел). Никогда в жизни я не видел такие глаза: в них была такая бесконечная печаль... Потом он начал кричать и звать на помощь... Типа, "Папа, спаси меня!!! Люди, помогите-е-е-е-е!!!". Мы поначалу пытались в три глотки ему объяснить, мол обернись, балбес! Озеро то маленькое... И тут началась истерика: у Лёхи от страха, что его унесет в океан, и он больше никогда не увидит маму и папу. А у нас от смеха. Лёха кричал так минуты три, пока не упал в лодке от того, что лодка ткнулась с разбегу в противоположный берег. закончилось всё хорошо, у Лёхи даже не было психологической травмы и он даже не боялся лодок в дальнейшем.
* * *
Учите физику, господа, или СССР-КГБ-прослушка. Далее со слов друга.
В 1974, будучи студентом первого курса, я поехал на картошку. Звонил оттуда домой каждый день, докладываясь, что со мной все в порядке. Однажды, родители еще не успели снять трубку телефона, а я уже слышал все, что говорилось в квартире. Было слышно очень хорошо.
Я ничего об этом не сказал, а вернувшись с картошки, пошел с папой в магазин и по дороге рассказал ему о своем открытии. Пока ходили, разобрались вдвоем, как это делается. Мы исходили из предположения, что КГБ должно иметь возможность слушать любую квартиру, что никаких жучков не ставится (дорого, да и черный рынок был бы наводнен этими жучками). Оставался только телефон. Пришли домой, проверили, все оказалось верно — телефон с неснятой трубкой является прекрасным микрофоном подсоединенным к телефонной линии — слушать можно в любой момент. Для знающих как устроен телефон — микрофоном являлся звонок, который наводил ток в звонковой цепи. Папа, как физик, да и радиолюбитель с детства, быстро перепаял всю систему, и мы забыли про этот случай.
Продолжение этой истории было лет через 10. В конце 50х, начале 60х у папы был аспирант китаец, который, после того, как Мао поссорился с Хрущевым, был отозван обратно в Китай, где он и исчез (его отправили на перевоспитание в деревню). Потом, в начале 80х, он прислал письмо с единственной фразой "Я жив" и опять исчез.
В один прекрасный день, уже в 85-86 годы, папе позвонили из КГБ. У папы был допуск, общение с иностранцами строго контролировалось. Папе позвонили и сказали, что в Москву на компьютерную выставку приехал этот китаец и хочет прийти к нам в гости. Этого китайца обхаживали, так как хотели через его фирму покупать компьютеры, которые были под эмбарго. Договорились о дате визита.
В назначенный день началось что-то странное. Звонил куратор из КГБ и спрашивал какую-то фигню. Потом минут через 10 опять перезванивал и опять что-то спрашивал... какую-то несуразную мелочь, типа хватает ли у нас закуски.
Потом пришел китаец, мы хорошо посидели, поговорили за жизнь. Когда пришло время уходить — я открыл входную дверь и увидел, что на пороге стоит мужик с блокнотом и что-то пишет. Тут у меня в голове кликнуло — в последний момент они поняли, что подслушать через телефон они почему-то не могут, и оказались к этому не готовы. Звонили, чтобы понять работает ли телефон, и если работает, то почему ничего не слышно. Так как китаец был не очень большой шишкой, то привлекать всякие средства типа лазерного микрофона не предполагалось.
В итоге мы пошли провожать китайца, мужик зашел с нами в лифт, спросил сколько сейчас времени, записал время в блокнот, и потом уныло плелся за нами.
* * *
Это был последний экзамен в семестре, поэтому мы заранее, всей группой, скинулись на то, что бы отметить каникулы и наступивший новый год.
Мне пришлось возвращаться с полдороги за забытой зачеткой. Поэтому тянул билет, когда все наши, весело звеня бутылками, отчалили в свободную аудиторию.
Предмет был какой-то проходной. Из тех, что
вообще никак не соотносится со специальностью, но читается почти всем будущим инженерам, потому что профиль ВУЗа обязывает. Перед экзаменатором застыли скорбные фигуры студентов из параллельного потока. Низко наклонившись над исписанными листочками, они тыкали в них пальцами, что-то объясняя мрачному преподавателю. Прикинув, что с такими темпами у меня есть все шансы не успеть к дегустации туркменского коньяка, я отпросился в туалет.
В соседней аудитории веселье было в полном разгаре. Накатив подряд, за прошедший новый год, прекрасных однокурсниц и завершение семестра, я быстро закусил и вернулся на экзамен.
Красноречие мое стало необыкновенным. Речь текла плавно, а формулировки описания технологических процессов были отточены и совершенны. Откинувшись на стуле (я решил, что так преподаватель не почувствует "факел" от коньяка) я приводил примеры и проводил параллели. Неведомым образом в памяти восстановились и были красочно пересказаны пара лекций, которые я случайно посетил.
— Спасибо, — сказал преподаватель, — я вижу, что предмет вы знаете блестяще! Твердая пятерка. …Но все же… у меня к вам просьба… Употребляйте, пожалуйста, после экзамена, а не до. Не все преподаватели будут так лояльны.
Его напутствие я выполнил. Зачетку на экзамены больше не забывал и выпивал исключительно после, а не до.
Пятерки случались, но таких высот артистизма на экзаменах я более не достигал.
* * *
Стою в вагоне московского метро.
В двери входит девчонка — блондинка на каблучках. Лёгкая походка, глаза такие, будто у неё нет долгов, ни сессии, ни войны.
Встаёт рядом, вытаскивает плеер — и вдруг, ни с того ни с сего,
Nightwish так шарашит, что даже двери дрожат. Ну ладно, думаю, у всех свои вкусы.
А потом она достаёт книгу. Не глянец, не любовный романчик. Японская поэзия. В оригинале. Сидит, спокойно читает, как будто вся эта толпа вокруг — всего лишь фон. Моё лицо слегка вытягивается.
И тут звонок. Она берёт телефон и совершенно буднично:
— Да, угу. Значит, блок питания крепишь сверху, сзади, четырьмя болтами. От него провод — к материнке, к жёсткому, к дисководу. Что значит « куда»? Ты зачем вообще взялся комп собирать, если ни в зуб ногой?
Кладёт трубку. Замечает моё оторопевшее выражение. Улыбается так легко, почти по-детски.
— Спокойно, — говорит.
— Я крашеная.
И уезжает.
* * *
ИСЦЕЛЕНИЕ КОШАЧЬЕГО ГЛАЗА
Наш гулящий сам по себе кот Тигран заявился домой с красным, воспаленным, слезящимся глазом. То ли ему в него дали однокошатники, то ли что-то попало...
Сам Бог велел обратиться за помощью к бабуле (дочке – Буля, а кому и, изиняюсь, тёща), окулисту с 50-летним стажем. Однако у Були отношения с котом очень сложные, и она попыталась отмазаться:
— Я не ветеринар!
После уговоров любимой единственной внучки Буля согласилась, но потребовала обездвижить пациента. Ну, там связать или ещё по-какому. Но вдруг Тигран лёг перед ней ковриком, вверх повреждённым глазом.
Буля, вначале побаиваясь, потом смелее промыла глаз какими там снадобьями и закапала. Кот в благодарность об неё потёрся и сразу рванул во двор. Похвастаться починенным глазом, что ли...
А любимая единственная внучка – Буле:
— Вот видишь, справилась с жЫвотным. А говорила – не ветеринар!
— Он вёл себя как человек.
Детские истории ещё..
