вместо того, чтобы открыть инсту, по картинке выбрать украшения и ингредиенты, а потом цивилизованно заказать доставку, оплатив кьюаром, — вместо всего этого шли в булочную и покупали там то, что на данный момент было. Обычно выбор состоял из двух разновидностий — с масляным кремом или с белковым. Это вам не Москва, никаких "Праг", "Абрикотинов" или "Ленинградских". Максимум изыска — "Лукошко с грибами"...

Стояли мы с мамой в ожидании открытия хлебного после обеденного перерыва, образовалась небольшая толпа. Все взрослые, когда вдруг не надо ничего делать, вместо того, чтобы продуктивно использовать свалившиеся полчаса, обычно поглощены своим непостижимым для детей барахтаньем в рутине повседневности. Им как-то не до нестерпимой яркости бытия. Стоят вот так десять-двадцать человек, и видно, что у всех мучительная пробуксовка в мозгах, бесконечный пустой цикл. Это сейчас чуть секунда появилась — все в смартфон уткнулись, а тогда всё гораздо страшнее было — человек был предоставлен сам себе...

Так и в этот раз. Обычный советский хлебный магазин. Обшарпанная дверь с длинной вертикальной деревянной ручкой. Два больших, почти до пола окна в торговый зал. Коричневые и жёлтые квадратики кафеля. Видны стеллажи с хлебушком и пустая конторка кассы. Третье окно — в кондитерский мини-цех. Там самое интересное — там торты стоят ровными рядами и шеренгами, как солдаты на плацу. Некоторые ещё незаконченные, без украшений, смиренно ожидающие пропитки ромом.

Вот что интересно — при виде окна или витрины взрослые впадают в две взаимоисключающих крайности — стекло чистое или стекло грязное, причём как ни странно результат один: стекло не трогать! Я стою и пользуясь тем, что временно вышел из-под контроля мамы, прижимаюсь всем лицом к третьему окну. Лбом, носом, расплющенными губами, и растёкшимися щеками. И даже немного языком. Стекло, бездушный аморфный материал, сперва приятно холодит, а потом сдалось и нагрелось. Глаза мои с обратной стороны, скорее всего, выглядят остекленевшими — я нашёл своё место, мне хорошо. Потом в мини-цех заходит мрачного вида хабалка в условно-белом колпаке. Бросив на мальчика в дурацкой вязаной шапочке беглый взгляд, она начинает манипуляции с тортами. Если мрачная тётка мысленно и назвала меня маленьким [ман]дюком, то, забегая немного вперёд, она в общем-то была совершенно права. Наилучшей тактикой для неё и всего коллектива было бы выбежать с подносом пирожных "картошка" за 22 копейки и закормить маленького, повторюсь, [ман]дюка до глюкозной комы, чтобы не мог говорить и лежал под деревом с блаженной улыбкой, слабо постанывая. Но это было бы совершенно необъяснимым, парадоксальным действием целого коллектива взрослых тёток.

А между тем, колёса судьбы неумолимо поворачиваются и катят к финалу, проминая в глине действительности колею... Через какое-то время, я, бегло протерев рукавом стекло от своей слюны, громко, со всей силы детской любознательности, кричу: "Мааам! А зачем тетёнька воды набрала из крана и торты поливает? А?! Нет, не выдумываю, я в окно смотрел. Она зашла, пустую бутылку взяла вон с той полки, воду из крана набрала и на торты недоделанные поливала.... Ааа, вон она пошла! Вон-вон, в другую комнату ушла! "Мужчина в шляпе и сером плаще, стоявший в толпе, улыбнулся и, сделав два шага, с интересом заглянул в мини-цех...

А на следующий день на дверях висела бумажка с непонятной надписью "ревизия". Тот серый мужик был обхсс-ником, говорят. И вроде бы торты было положено поливать чистым кубинским ромом, а не водичкой из крана. Пришлось в другой хлебный топать.

которого звали ещё Повелителем воронов, а работал этот дед злым колдуном. Шутка королевских сыновей так его взбесила, что Кромахи гнался за ними до самого королевского дома, где король Коннал пировал со своими людьми.

Войдя в королевский дом, Длинный Кромахи, запыхавшийся и злой как чёрт, сплюнул, хлопнул себя по коленям, как заправский ирландский шаннахи, и сообщил королю Конналу, что за эту шутку его сыновья, да и он сам, будут прокляты навечно. Старший сын короля станет вором и грабителем, средний будет убийцей, а младший будет вечно нищенствовать и попрошайничать, а сам король Коннал обречён смотреть, как гибнут его сыновья и мучаться от невозможности их спасти. Сказав это, Кромахи обратился огромным вороном и вылетел в окно.

Никто из приближённых короля не знал, как помочь его сыновьям, но ситуацию спас Чёрный Патрик, изобретательный мужичок, что жил в горах Донегола, который припёрся в королевский дом специально, чтобы дать мудрый совет, а надоумили его это сделать соседи, которые постоянно обращались к Патрику с самыми удивительными загадками. За щедрое угощение и выпивку Патрик дал королю совет, как утереть нос Длинному Кромахи, и не дать королевским сынам опозорить батьку и родной Коннахт.

Король последовал совету, и его сыновья избежали накарканной судьбы. А знаете как? Старший сын стал юристом, и мог грабить и обворовывать людей, не боясь позора и тюрьмы. Средний сын стал врачом, и участь убийцы ему была уже не страшна, в каждой профессии случаются ошибки. Ну а младший пошёл в монастырь, и всю оставшуюся жизнь жил на милостыню и пожертвования.