Однажды в начале 50-х годов знаменитый диктор Юрий Левитан с сердечным приступом оказался в больнице. А утром надо было читать новое Постановление ЦК. Из Радиокомитета приехали забрать пациента для записи.

Но врач был непреклонен:

— Живым вы его не довезёте!

Вспоминает сам Юрий Борисович:

— И вот — 6:00. По радио звучат позывные Москвы. Естественно, я не сплю. Сердце сжалось — что-то будет. И вдруг... слышу из динамика свой собственный голос, читающий новое Постановление ЦК. Никаких сомнений нет — это я! И тембр, и интонации, и паузы, и даже вдох мой. Я схожу с ума? Или уже сошёл. На худой конец — слуховые галлюцинации.

Что же произошло? Ночью на радио объявили аврал. Начальники прекрасно понимали, что они тоже будут ходить в виноватых.

Кто-то вдруг вспомнил, что на одном актёрском сборище щупленький еврей, недавний выпускник ГИТИСа, мастерски делал пародии на многих корифеев МХАТа, и на меня тоже. Один в один. Но имени его никто не знает. Имеется только описание внешности.

Тотчас разбудили ректора ГИТИСа. Тот — своих подчинённых. Вычислили голубчика.

В общем, часа в четыре утра домой к молодому актёру заявились два чекиста. Парень, конечно, перепугался — его усадили в машину и доставили на радио. Дали текст, заперли в дикторской, чтобы текст освоил. Минут через сорок повели в студию, и он в микрофон прочитал всё Постановление.

Это был известный в дальнейшем мастер пародий Геннадий Михайлович Дудник.

Позднее мы с ним познакомились, и я подарил ему печатку с надписью: "За спасение диктора".

Кто работает в госучреждении, меня поймет. Контролирующих органов куча. Постоянно проверяют. Каждый раз перед проверкой, через сарафанное радио узнаем что из себя представляют проверяющие. Кто-то принципиально пашет как вол и взяток не берет, а кто-то ведёт себя как поп звезда. Кто-то любит коньяк, кто-то водку, кто-то вечером любит, чтобы организовали досуг, кто-то наоборот, чтобы его не беспокоили. Кто-то берет взятки наличкой, кто-то подарками и т. п. А вчера директор заявил, что проверяющая, которая к нам едет... Любит трахаться! И если мы сами не хотим ее трахать, то может у нас друзья есть одинокие... Но проверяющая должна остаться довольная... Ладно к взяткам все привыкли уже, но такое... Больше поражает другое. Она по всей республике ездит на проверки и все знают о том, что на каждой проверке этой [м]ляди организовывают ебыря. Это пипец просто.

Сегодня по просьбе подруги забирала её ребенку из школы. Сижу на лавочке в коридоре, жду, когда танцы у ребенки закончатся. Недалеко от меня сидят три девочки лет по 14-15, и одна из них что-то вдохновенно вещает подругам. Среди всего прочего до меня долетают несколько слов не из лексикона школьниц-девятиклассниц (во всяком случае, в моем представлении).

Эта история была рассказана моим однокурсником, верю в нее абсолютно. Итак, дело происходит в Чикагском метро. Вопрос расовой дискриминации стоит, как обычно, остро. Полный вагон народу. Черный парень ужасно ругается со своей черной же подругой. Орут на весь вагон со своим непередаваемым гортанным [мав]ритянским акцентом, толкаются, короче, ведут себя агрессивно. Публика смотрит в окошки, типа, наша хата — с краю... И тут, то ли настучал кто-то, то ли случайно, но входят двое полицейских. Белых. Парня вежливо берут под черны руки и приглашают пройти в местное отделение полиции. Он начинает на них орать, что, типа, вы, белые, ни хр@на в нашей черной жизни не понимаете, отвалите, у нас тут и без вас все ОК. Девица его только поддерживает. Полицаи чего-то говорят в рацию, но не уходят. На следующей остановке в вагон входит черный полицейский и, ни слова не говоря, дает парню по морде, после чего одевает его в наручники и выволакивает из вагона!

Вот вам и братство народов в действии.

Наша жизнь полна непредсказуемых совпадений. И чем дальше 2 события друг от друга, тем сильнее мы удивляемся когда жизнь прокладывает мостик между ними…

Позднее утро, все, кому уже надо быть на рабочем месте уже там и работа таксиста затихает. Получаю заказ из тихой части престижной Виктории. Высокий многоквартирный дом из красного