На берегу полярного океана на деревянных помостах стоят две обычные брезентовые палатки с печками. В одной живут два геолога в возрасте, Витя и Саша, в другой – два молодых геолога, я и Илья. Вечер, отходим ко сну. В палатке соседей Витя затапливает печечку и, пока палатка прогревается, тянется их неспешная беседа с Сашей. За это время молодые рядом засыпают.

Когда в палатке становится тепло, Саша залезает в спальник и разговаривает уже из него. Витя продолжает подтапливать печку, как более теплолюбивый; пока он сидит, Саша засыпает и начинает ХРАПЕТЬ. Звуки, которые он издает, напоминают рычание десятка белых медведей, которые окружили палатку и точат зубы грубым рашпилем. Мы просыпаемся и тихо страдаем, Витя не может заснуть и тоже страдает, от невозможности заснуть топит печь. Через 15 минут от жары просыпается Саша и перестает храпеть, но начинает ворчать "Какого лешего, Витя, ты так натопил?! Дышать невозможно!". Витя залезает в спальник и засыпает, засыпаем и мы. Саша сидит на спальнике и ждет, пока палатка из сауны превратится обратно в спальню. Через полчаса палатка соседей остывает, Саша залезает в спальник и засыпает. Включается хор медведей, число участников которого выросло и среди рашпилей появились какие-то ударные (чем это достигалось, не знаю до сих пор). Просыпается Витя, с ненавистью смотрит на Сашу, и от нечего делать начинает подтапливать печку. Через 15 минут в палатке от жары просыпается Саша, медведи замолкают, слышен голос Саши "Какого лешего...?! " — и цикл повторяется вновь. И так до утра, каждую ночь, 6-7 циклов (мы считали). Утром все не выспавшиеся и злые вылезают и идут работать, вечером все повторяется.

Через неделю мы не выдержали и перетащили нашу палатку вместе с тяжеленным помостом подальше от этого рычащего термоада, в результате до нас доходила только вибрация. Через день к нам неожиданно посреди ночи пришел со спальником Витя, втиснулся между нами и пробормотав "Я немного посплю тут, ладно? " мгновенно вырубился. Еще через полчаса в палатку влез со спальником Саша, раздвинул всех (Игорь в спальнике упал с другой стороны помоста) и пробормотав "Я немного посплю, ладно, а то там холодно" сразу уснул... Через 3 минуты (я засекал) палатку окружили медведи и... понеслось! Не выдержав, я очумело оглядел композицию в палатке, и ушел со спальником в опустевшую палатку старших товарищей. Только согрелся – пришел Витя и со словами "Он там храпит немного, я тут посплю, ладно? " отрубился. Еще через полчаса пришел Саша и со словами "Одному в палатке некомфортно" (Илюха так и валялся в спальнике возле помоста, притворившись мертвым) лег между мной с Витей и заснул. В ужасе я прислушался – и уже через 3 минуты нас окружили какие-то гибриды медведей со слонами... Пришлось уйти к себе и задраить дверь...

Этот кордебалет в разных комбинациях продолжался еще недели две, и никогда более конец сезона не воспринимался мною с такой глубокой и непреходящей радостью!

22 Apr 2022

Истории о армии ещё..



* * *

В большом аэропорту вылет рейса был задержан по метеоусловиям трассы.

Девушка, которая должна была лететь этим рейсом, чтобы скоротать время ожидания, купила книгу, упаковку печенья и уселась в кресло. Рядом с ней было незанятое кресло, на сиденье которого лежал целлофановый пакетик с печеньем, а на следующем кресле сидел мужчина, который

* * *

Билл Гейтс выступил в университете Аризоны. Ударился в воспоминания молодости. Сказал, что когда был молодым, то смотрел из окна своего кабинета на парковку машин сотрудников. Замечал: кто рано сваливает с работы, а кто задерживается. Кто вовремя приезжает, а кто опаздывает.

Потом опыт показал, что нет связи между идеями, которые рождают сотрудники и временем их пребывания в офисе. Самые светлые головы могут просыпать, рано сваливать. Но потом родить гениальную идею. Другие могут не опаздывать, засиживаться допоздна, но так ничего выдающегося не выдать. Нет связи.

Леонардо да Винчи тоже обдумывал замыслы картин в лежачем положении, закрыв глаза. "Тайную вечерю" — полгода лежал. Думал. Чем вызвал возмущение аббата-заказчика: чертов художник, по хоздоговору аванс взял, полгода валяется, ни хрена не делает. Жалобу написал.

Был советский талантливый физик. Приходил на работу к обеду, слонялся по курилкам и буфетам. Потом, подложив под голову книги, часами дремал на большом подоконнике. У него, видите ли, есть "одна идейка" и он "думает". Такое наглое нарушение трудовой дисциплины вызывало праведный гнев дирекции и парткома. Обдумывателя идеек выгнали из института.

Позже любитель спать на подоконнике в рабочее время стал академиком.

* * *

Известный итальянский художник эпохи Возрождения Сандро Боттичелли имел довольно скверный харак­тер и порой бывал довольно груб и жесток по отношению к окружающим.

Так, однажды его сосед-ткач установил у себя дома сразу восемь ткацких станков. Шум от них стоял невообразимый, и Боттичелли явился требовать, чтобы это безобразие прекратилось, так как он не может работать в такой обстановке, сосредоточиться на созидание.

— В своем доме я что хочу, то и делаю, — высокомерно ответил ткач и продолжал работать.

Боттичелли затаил обиду. Немного подумав, он нашел остроумный выход.

На стене своего дома, бывшей чуть выше, чем стена дома ткача, он с помощью тросов и лебе­док установил огромную глыбу камня. Причем положил ее так, что, казалось, — чихни рядом, и она свалится на дом ткача со всеми его станками и многочисленными домочадцами. Испуганный ремесленник примчался к живописцу просить, чтобы тот убрал опасную глыбу.

— В своем доме что хочу, то и делаю, — в свою очередь ответствовал Сандро Боттичелли.

В результате ткачу пришлось переехать.

* * *

На фоне новостей из Сирии я вспомнил давнюю забавную историю. Появился у нас на военной кафедре новый препод, — как нам сказали, прямиком из Сирии, где он служил военным советником. Год точно не помню, но не раньше 81-го и не позже 83-го.

Энергичный жизнерадостный полковник очень нам понравился: занятия проводил интересно, много шутил. Про прошлую службу особо не рассказывал, разве что вот эту историю. Постараюсь изложить от первого лица.

"Я ещё недолго пробыл на новом месте службы, ориентировался не очень хорошо. А тут мы с приятелем договорились встретится на одной из площадей Дамаска. Я стою, жду, а товарищ задерживается. И тут проезжает мимо военный патруль. Увидели меня, и притормозили, — во всех смыслах. На мне форма сирийская, но без знаков различия. Я подзагореть успел, так что и не поймёшь: славянин, араб или ещё кто. Просто подъехать и спросить документы они почему-то не рискнули, в итоге кружат по площади, меня разглядывают. Мне это надоело, и, когда они в очередной раз рядом проезжали, я им сказал: "А ну пошли на х[рен]! " "О, советико! ", — обрадовались сирийцы. Отдали воинское приветствие и уехали…. "

Истории о армии ещё..

© анекдотов.net, 1997 - 2025