Человек не может в одиночку изменить мир. Но может изменить часть мира вокруг себя.

Был, например, такой Малькольм Маклауд. Правильнее, на гэльский манер, Колум Маклеод: на его родных Гебридских островах до сих пор в ходу шотландский гэльский, несмотря на все старания англичан свести его на нет. А старания были, взять хотя бы Шотландский акт 1872 года, запретивший преподавать гэльский в школах. Напрашивается параллель с другой империей, тоже запрещавшей смешные языки сельских окраин. Но, как сказал поэт, ходить бывает склизко по камешкам иным, затем о том, что близко, мы лучше умолчим. Вернемся к истории Колума Маклеода.

Островок Разей (Raasey). 23 километра вдоль, 5 поперек. Связь с внешним миром – паром на соседний остров Скай. Население, согласно переписи 1931 года, 377 человек, рыбаки и скотоводы. Большинство живет вдоль единственной дороги, ведущей от пристани парома на юг.

К северу от пристани находится деревушка Арниш, меньше сотни жителей. Еще там есть маяк (смотритель – Колум Маклеод), отделение связи (почтальон на полставки – Колум Маклеод) и школа (директор и единственная учительница – Лекси Маклеод, жена Колума). Дороги в деревню нет. Никакой. Есть 3 километра пешеходной тропы через горы (не Гималаи, но трактор не пройдет). В крайнем случае большой груз можно довезти на лодке.

Естественно, деревня вымирает. Люди бросают свои дома, которые невозможно продать, и уезжают на большую землю. Оставшиеся пишут слезные письма в город Инвернесс, в управление округа Хайленд: мы любим свой край и хотим тут жить, пожалуйста, постройте нам дорогу. Ну что вам стоит, это же всего 3 километра, не тоннель под Ла-Маншем. Из управления отвечают, как все бюрократы на свете: да-да, конечно, но только не в этом году. И не в следующем. Может быть, когда-нибудь. А пока денег нет, но вы держитесь.

И продолжалась эта переписка, как в сказках, ровно тридцать лет и три года. Первое письмо в округ было написано в 1931 году, когда двадцатилетний Колум только вернулся в родную деревню из армии. Последнее – в 1964-м. Колум Маклеод был очень терпеливым человеком.

Через 33 года его терпение наконец лопнуло. Он решил, что раз правительство не хочет строить эту чертову дорогу, он построит ее сам.

Колум не умел строить дороги. У него не было инженерного образования. Да и вообще с образованием было не айс. Он окончил только сельскую школу, такую же, как та, в которой теперь преподавала его жена: в единственной классной комнате единственный учитель (его звали Джеймс Маккиннон) учил детей от 4 до 16 лет всем школьным предметам. Неплохой, наверное, был учитель.

Колум приобрел на книжном развале за 30 пенсов 600-страничный том под названием "Строительство и эксплуатация дорог: практическое руководство для инженеров, геодезистов и прочих". 1900-го года издания, новее не нашел. Прочел его от корки до корки. И принялся строить свою дорогу. В полном соответствии с руководством 1900 года, при помощи кирки, лопаты и тачки. Всё равно других инструментов у него не было, и денег на их покупку не было тоже.

Каждый божий день, сделав что надо на маяке, сходив на пристань за почтой и задав корму коровам и овцам, Колум брал кирку, лопату и тачку и шел превращать тропу в дорогу. И так 10 лет, по метру в день. Так медленно, потому что он не тратил деньги на стройматериалы – денег не было. Тратил только собственную жизнь. Выковыривал лежавшие вдоль тропы валуны, дробил их киркой до состояния щебня и из этого щебня выкладывал дорожное полотно. Однажды наткнулся на 25-тонную скалу, которую нельзя было обойти. Выручил старый армейский друг – украл для него с военного склада немного динамита.

Односельчане продолжали уезжать. В деревне закрыли школу. Закрыли почтовое отделение. Автоматизировали маяк. Колум плевал на всё и строил дорогу. К 1974 году, когда он ее закончил, в деревне Арниш и всей северной части острова оставалось два жителя. Колум и Лекси.

Упрямый Колум поехал в Инвернесс, зашел в управление округа и сказал: вот вам дорога, принимайте. Из управления прислали инспектора, чтобы дал чудаковатому старику официальный ответ, что овечья тропа в вымершую деревню дорогой не является. Инспектор сошел с парома и не поверил своим глазам: от пристани на север вела прекрасная гравийная дорога, соответствующая всем стандартам британского дорожного строительства. Однополосная, но с устроенными в нужных местах карманами для разъезда встречных машин. С правильной толщиной дорожного полотна, с водоотводами, чтобы полотно не размыли весенние ручьи, и так далее.

Управление округа Хайленд решило, что внезапно возникшая дорога ему совершенно не помешает в отчетах. Выделило для завершения строительства 1900 фунтов стерлингов, отбойный молоток и пару рабочих. Уж не знаю, что там требовалось завершать, но с неторопливостью управления это заняло еще 8 лет. В 1982 году Колумова дорога наконец была официально принята в эксплуатацию и появилась на всех дорожных картах Великобритании.

На Колума обрушилась слава. Передачу о нем и его дороге показали по британскому телевидению. Ему вручили медаль "За заслуги перед Британской империей". Правда, с медалью вышел казус: управление округа не желало признавать свои ошибки, поэтому формально медаль дали не за строительство дороги, а за содержание маяка. Маяк он тоже героически поддерживал в рабочем состоянии больше сорока лет, это правда.

Другой казус состоял в том, что Колум Маклеод сам так никогда и не проехал по своей дороге. У него не было водительских прав. Как-то недосуг было получить, да и незачем. А в 1982 году ему уже исполнилось 70, поздновато учиться водить.

Он умер в своей деревне в почтенные 77 лет, успев увидеть, как односельчане, узнав о построенной дороге, возвращаются в свои покинутые дома. В деревню Арниш вернулась жизнь, он работал не зря. Уже после его смерти рок-группа Capercaillie записала песню "Колумова дорога". Роджер Хатчинсон выпустил книгу под таким же названием. Дэвид Харровер сочинил мюзикл, который идет в нескольких шотландских театрах. Компания HandMade Films (та, которая делала шоу Монти Пайтона) выкупила права на съёмку фильма о нем. Фильм, правда, пока не сняли.

Я не знаю, сколько семей вернулось в Арниш после появления дороги и сколько живет там сейчас. Не нашел цифр. Думаю, что немного. Но деревня жива. Там сдаются коттеджи для любителей уединенного отдыха. Для привлечения туристов имеется суровая, но завораживающая северная природа. Прекрасная рыбалка. Особый сорт виски, который делают только на острове Разей. Развалины замка XV века (тут второго Маклеода не нашлось, замок в плачевном состоянии). И главная достопримечательность острова – Колумова дорога.

26 Aug 2024

Айтишные истории ещё..



* * *

Месяц назад друг пришел из армии. Ему 21, и мы друзья детства. И наши родители, всегда пытались сделать так, чтобы мы были вместе. Служил в спец. войсках. Всегда, чувствовала к нему что-то большее, вроде и любила, вроде и нет. Девушка ему изменила через месяц, как он ушел в армию. Я его поддерживала, и вроде, все хорошо стало. И вот, этот долгожданный

* * *

Один мой знакомый, военный вертолетчик, рассказал такую историю, случившуюся с ним где-то в бывшей Югославии, где он был в составе грузинских миротворцев: Выходит он как-то с территории базы, закуривает, и тут к нему подходит огромных размеров [мав]р и по-английски просит сигарету. Приятель, у которого валюты было негусто, на ломаном английском отвечает, что курева не имеет, и добавляет по-грузински (как бы про себя):

— Вот еще, стану я на всяких [ч]удаков пятидолларовое Мальборо переводить!

На что гордый сын Африки оборачивается и выдает ему на чистейшем грузинском языке:

— Ты кого материшь, козел? ! Сам ты [ч]удак, я пять лет в Тбилисском Политехе учился!

Немая сцена...

* * *

Этого дома жители посёлка боялись. В нём стоял деревянный ящик с большим знаком радиации и круглым иллюминатором, за которым что-то таинственно светилось синим. Ещё на ящике была розетка, и по вечерам люди с ужасом наблюдали, как хозяин смотрит воткнутый в эту розетку цветной телевизор.

На мужика настучали. Трое военных с дозиметрами ДП-5 всю дорогу думали, как бы сделать изобретателя "злым, но тихим". Но тот, открыв ящик, показал, что там почти пусто, если не считать синей лампочки (светодиоды тогда быть синими ещё не умели) да феррорезонансного стабилизатора для телевизора. Всё это питалось от настоящей розетки под столом.

— Ты зачем это сделал? Нас, военных, до полусмерти напугал, а их и подавно!

— От воров. Пусть думают, что у меня всё фонит.

— Завтра же выставим твой ящик на улицу в открытом виде, пусть все увидят, что там на самом деле, и успокоятся.

— Да вы чё? Завтра же ограбят. У меня единственный цветной телевизор на весь посёлок!

Покумекали и нашли выход. В части нашлась типография со строкоотливной машиной. Набрали листовку и отпечатали тираж, который затем расклеили по заборам.

Там печатным по белому было написано, что самодельный реактор прошёл проверку на безопасность, и что теперь у мужика есть на него разрешение.

Цветной телевизор доработал на том же месте до полного физического износа.

* * *

ПЯТАЧОК.

Понадобилось мне по делам в ГИБДД по месту прописки. Все как обычно: то-ли обед, то-ли перерыв и образовалась небольшая очередь — я спросил кто крайний и стал ждать. Первым у окошка был угрюмый мужик под 200 кило весом. Смотрит он так на меня подозрительно, прищурив глаз — я сразу понял — вспомнить пытается. Что-то было в нем знакомое, из очень далекого детства, но вспомнить его имя, хотяб приблизительно мне было не под силу. Открывается долгожданное окошко, и тут я почему-то говорю: "Привет, Пятачок". Мужик моментально оx#евает и с нецензурными криками убегает.

Через пару дней он меня как-то нашел, презентовал магарыч и поведал вот что:

У него собственная it-контора. Все разработки выпускались через древний аккаунт, который почему-то заблокировался. Единственный вариант разблокировать — ответить на вопрос "Какое прозвище было в детстве?". Уже несколько месяцев он пытался на него ответить — все безуспешно. Дэдлайны горят, заказчики негодуют, перерегистрировать не вариант. А оказалось — пятачок.

Посидели, выпили, но вспомнить почему, кто и когда прозвал его пятачком мы так и не смогли.

Айтишные истории ещё..

© анекдотов.net, 1997 - 2024