Рассказал друг – врач-травматолог. Дело было в далекие доперестроечные времена. Привозят к ним в "травму" 17-летнего паренька с проникающим ножевым ранением в сердце. Шансов у него немного – давление почти на нуле, большая кровопотеря. И ни о каком переводе в кардиологию или перевозке в областную больницу речь не идет — счет идет на минуты.
В общем, как смогли, зашили ему пробитый ножом желудочек сердца своими суровыми травматологическими нитками. Вроде и кровотечение остановили, и уже грудину зашивали, когда у паренька напрочь исчез пульс. Предприняли еще какие-то реанимационные действия – но, уже понимая, что "поезд ушел". Как, собственно, и предполагалось заранее.
Пошли врачи в ординаторскую. Настроение, понятно, не из лучших – всегда так, когда "теряют" пациента. А в операционной остался интерн: решил потренироваться на покойнике и начал делать тому дефибрилляцию – то бишь, мучить его электроразрядами.
Проходит пара минут. Тут в ординаторскую галопом влетает интерн с "квадратными" глазами: "Он живой! " "Как живой? Не может быть! " "Да он меня только что на х[рен] послал…" Все бегом в операционную, смотрят – есть пульс.
Через неделю паренька выписали за нарушение больничного режима: выпивать начал и молодых медсестренок лапать.
* * *
Каждый из нас по ходу жизни обзаводится привычками, когда полезными, а когда и не очень. Первой из упоминаемых здесь привычек я обязан шахматной секции во Дворце Пионеров — именно там я обнаружил, что стоя играю сильнее, чем сидя. Вот очень просто и наглядно: стоя я выигрываю у тех противников, которых сидя не могу одолеть. Четверть века
спустя одна симпатичная врач объяснила мне физиологическую подоплёку происходящего, но и без всяких объяснений тело накрепко запомнило: когда напряжённо о чём-то думаешь, нужно вскочить со стула, а лучше всего ещё и энергично побродить по комнате. Вторая привычка появилась позже, благодаря занятиям гандболом: тренерша посоветовала носить с собой теннисный мячик и во время дороги, например в метро, сколь возможно быстро и резко перебрасывать его из руки в руку. Мячик я со временем забросил, а привычка на автомате перебрасывать, думая о чём-то другом, перешла на любые попадающиеся под руку предметы. Наконец, третья привычка появилась на моей первой серьёзной работе: мой выход в штат совпал с переездом в более просторное помещение, и в результате весь коллектив сидел в другом месте, пока я в гордом одиночестве работал в оставленных на расширение двух старых комнатах. В одной из этих комнат валялся странноватый обломанный с одной стороны цилиндр из сталинита; обычно его использовали как груз для того, чтобы ветер через открытые окна не хлопал занавесками, а я приспособил как гантелю — разминаться одновременно с напряжёнными размышлениями.
И вот, спустя какое-то время я заметил, что начальник, заходя обсудить со мной текущие дела, ведёт себя как-то странно. Пока мы совершенно нормально беседуем, он стоит в какой-то напряжённой позе, стараясь не отходить далеко от двери, выставив в мою сторону плечо и словно нервничая. Когда подобное повторилось в третий или четвёртый раз, меня это всерьёз заинтересовало. Спрашивать было бы как-то глупо, тем более, что так он себя вёл только в моей комнате, при разговорах в коридоре или у них это был совершенно другой человек. И вот, когда это случилось в очередной раз, я мысленно ещё несколько раз прокрутил в голове весь разговор и вдруг сообразил, как ситуация выглядит его глазами. Итак, представьте себе: он зашёл дать программисту задание, идёт активное обсуждение, оба эмоционально вовлекаются — и тут программист вдруг вскакивает со своего кресла, выхватывает откуда-то здоровенную железяку килограмм на пять-семь и, продолжая всё более горячо и эмоционально излагать своё видение решения, начинает бегать вокруг начальника, то перебрасывая эту железяку из руки в руку, то выжимая её над головой, а то — хуже всего — останавливаясь напротив начальника и в такт аргументации многозначительно подбрасывая её в руке!
* * *
Еду с работы в троллейбусе. Несколько молодых людей стоят у двери и беседуют. Рассказывает один:
— У меня прадед был вообще удивительный. Он воевал ещё в Гражданскую.
Там надо было воевать за красных или за белых. Ему надо было выбрать, к кому идти: к красным или к белым. Если к белым придешь в войско, то тогда тебе выдают сапоги, но шинелей нет. А если к красным - то шинель получишь, а сапогами у них напряжёнка. И тогда дед взял и записался сначала к красным, а потом к белым. Получил и сапоги, и шинель. А потом взял и сапоги отнёс красным и на две шинели их обменял. А шинель наоборот к белым отнёс и на две пары сапог выменял.
Я потрясена историей, товарищи, видимо, тоже. Один спрашивает рассказчика:
— Слушай, а за кого он потом всё-таки воевал — за красных или за белых?
— А он вообще не воевал, он часы чинил!
* * *
Заcтрял κаκ-тο c незнаκοмοй девушκοй в лифте. Ποдxοжу κ панели, пοщёлκал κнοпκи разныx этажей. Λифт не реагирует. Нажал κнοпκу вызοва диcпетчера – тишина. Ηе cмοтря в cтοрοну девушκи, гοвοрю:
− Πриеxали!
Девушκа тяжелο вздοxнула. Ηу, думаю, нужнο κаκ-тο разгοвοр завеcти, чтοбы разрядить οбcтанοвκу. Τаκже не пοвοрачиваяcь κ ней, cпрашиваю в шутκу:
− Девушκа, а вы cлучайнο не маньяκ?
Девушκа улыбаяcь:
− Ηет: )
Я:
− Этο xοрοшο… этο xοрοшο, а тο два маньяκа в οднοм лифте κаκ-тο cлишκο м.
Β οбщем, не умею я разряжать οбcтанοвκу.
* * *
"На каждую хитрую Ж. найдется свой винт с нарезкой" или "Как я помогал милиции"
Я человек мирной профессии, с ловлей преступников никак не связан. И есть у меня доходное хобби — видеосъемка. В декабре 2012 года снимал я свадьбу двух хороших людей (имена упустим ибо не суть). И гости у них были хорошие, и ведущий и звуковик. Свадьба шла уже
третий час, поэтому все они были ХОРОШИЕ.
И вдруг, ВНЕЗАПНО! , один из гостей обнаруживает, что у него пропала ДОРОГАЯ кожаная куртка, да еще и с документами, деньгами и ключами от машины. Паника, крики, взаимные обвинения ни к чему не привели, куртка не нашлась. Гости начинают вспоминать и таки вспоминают, что да, терся какой-то подозрительный субъект в бороде и валенках возле вешалок. Однако лица его никто не запомнил, а кто запомнил — описать не смог по причине полного отрыва от реальности.
Потерпевший идет в милицию (или тогда уже полиция была?) и пишет заявление. Дежурный следователь качает головой, мол, бесперспективное дело — ни описания, ни внятных следов преступника нет.
Тут на сцену выступает ваш покорный слуга, который после начала всей бучи потихоньку, но очень быстро свалил домой, скинул видео свадьбы на компьютер и нашел фрагмент, на котором субъект запечатлен крупным планом. Дальше дело техники — стоп-кадры в разных ракурсах, печать фотографий и предъявление их следователю.
Секунд 15 следак и эксперт смотрели на фото, потом глубокомысленно кивнули друг другу и вызвали дежурный наряд.
К утру преступник уже сидел в КПЗ и давал показания. Взяли его теплым — куртка, документы, ключи при нем были, только денежек немного потратил — на водочку. Кстати, оказался он рецидивистом — за месяц до этого освободился после отсидки за кражу, поэтому и портрет его был органам знаком.
Мораль искать не будем, но закончим словами фильма: "Тебя посодют, а ты не воруй! "
Медицинские истории ещё..
