Работаю в сервис-центре мобильной связи. Обычно в сервис обращается клиент со стандартной просьбой перепрошить трубку. Честно говоря, при такой просьбе я начинаю вести себя настороженно: почему-то многие граждане считают, что перепрошивка — магическое действие, которым излечивается абсолютно любая проблема телефона, и впридачу добавляется куча новых функций и возможностей, причём именно тех, какие пользователь видел в мечтах. Поэтому я сразу спрашиваю, что случилось с телефоном и с какой целью клиент хочет его перепрошить — бывает, получаю ответ про "мегапикселов побольше сделать", "память увеличить" и "деньги со счёта пропадают".

Но этот клиент решительно превзошёл остальных. На мой вопрос он ответил: "Да что-то он работать перестал", — и протянул телефон, который... уж и не знаю, что с ним делали! Грязь с телефона разве что кусками не отваливается. Дисплей разбит. В корпусе несколько трещин, свежих и не очень. Нижний ряд клавиш зверски вдавлен внутрь корпуса. Разъём не просто позеленел, а полностью сгнил. Под крышкой аккумулятора мокрые разводы. Естественно, телефон никаких признаков жизни не подаёт. Оглашаю приговор:

— К сожалению, в вашем случае перепрошивка не поможет. Телефон имеет серьёзные повреждения, ремонтировать его тоже особого смысла нет — ремонт может обойтись дороже покупки нового.

— Чё там ремонтировать? Чё вы меня тут разводите? Это ж телефон, а не утюг — там внутри ничего нет, только прошивка!

Никто не видел, как взрывается кумыс? Сейчас его в пластиковые бутылки разливают, да и кумыс уже не тот, что в стеклянных был. В стеклянных вкуснее. Но опаснее. В самолетах Уфа-Москва одно время стюардессы слезно просили выкинуть перед полетом, или выпить сразу. Даже если бутылку не взбалтывать, а просто пробку открыть, неправильно держа бутылку в ней только на стенках остается: все пеной выходит. Консервантов-то никаких не добавляли. Я один раз вечером оставил бутылку на кухонном столе. И что интересно прибрался ведь тоже, как мог после гостей, все в холодильник попрятал только одна бутылка кумыса из трех, на утро оставленных не уместилась. Не спал еще, когда в два ночи [ман]дануло.

Подумал что газ. Влетаю на кухню, а там... Все в битом стекле и скисшем кобыльем молоке. Оконное стекло — минус, кофейник стеклянный (жуткий дефицит тогда) и две кофейных чашки вдребезги, чистого места на кухне вообще нет и вонища. Через час уборки до меня дошло, что кошки нет нигде. Убило наверное, или умирать уползла, думаю. Нашел потом. Сидит тихо в стиральной машине и дверцу, с@ка, лапой придерживает.

Бомбоубежище нашла скотина. Еле вытащил. Всеми ламами упиралась и хвостом даже. Вся в кумысе. Два раза с кошачьим шампунем мыл все равно неделю кумысом пахла. А когда вылизывалась то такие трагические рожи корчила, что я смеха сдержать не мог.

Возвращались мы с другом однажды из тира, лет нам было по 10-11. Северный город, почти полярная ночь, и вокруг — ни фонаря, ни светящегося окошка. Но светло — звезды, месяц и белейший снег до горизонта. И тишина... После тира, можно сказать, "ватная", в хорошем смысле этого слова. Только валенки наши скрипят по тропинке.

И решили мы с дружком "споймать", значит, эту самую тишину. Упали на спину в сугроб, уставились на звезды и затихли. Ощущения до сих пор помню, это вам не "пьяные вертолёты", там реально в космос унесло.

И вот, откуда ни возьмись, на расстоянии полметра от морды, абсолютно бесшумно, над нами проплывает (нет, не сиреневый туман) — огромная полярная сова. Размах крыльев был такой, что могла бы обнять нас обоих. Я видел глаза и клюв, а друг клялся, что видел Когти.

Ну, полежали мы ещё минут двадцать безмолвно, потом поскрипели до дому.

P. S. Друг позже рассказал, что в первое мгновение подумал, что это — ночная рубашка старшей сестры за ним прилетела(?). И признался, что от страха слегка писькнул в штаны.

P. S. S. А я не признался.

В наши дни во многих странах видна беспрецендентная толерантность (не люблю это слово, русское "терпимость" гораздо выразительнее) к людям нетрадиционной ceксуальной ориентации, которые открыто демонстрируют свою исключительность, прежде всего на дороге следующим образом:

— Невключением "поворотника" перед манёвром,

— Разворотом через двойную сплошную линию, потому что "мне надо! ",

— Парковкой на тротуаре или под знаком "Остановка запрещена",

— Проездом на красный свет с телефоном у уха "пока никого нет",

— Обгон по обочине,

— И т. д. , и т. д. , и т. д.

Возникает вопрос: а почему полиция смотрит на это хладнокровно?

Ответ тут же напрашивается: наверное, полицейские — члены одного с ними гей-клуба, свои своих не трогают.

Припомнилось сейчас. Было это в пору моей пионерской юности.

Образцово-показательная школа, и такая я же училка.

В разгар урока разгильдяй-двоечник Игорёша, нарушая интимную тишину урока, громко спрашивает училку (У): "Можно выйти в туалет?" вызывая тем самым гогот всего класса. Та, смерив Игорёшу негодующим взглядом, попросила встать отличницу, спортсменку и активистку Ирочку и спросила у неё: "ну-ка Ирочка, что ты делаешь, когда хочешь в туалет?" По училкиному сценарию, Ирочка должна была отрапортовать: "поднимаю руку и тихонько спрашиваю разрешения", тем самым воспитательный процесс направленный на Игорёшу был бы особенно эффективен, по её мнению.

Но Ирочка почему-то тупо молчала и смотрела обалдевшим взглядом на училку.

(У): Ирочка, ну в чём дело?? Что ты делаешь, когда хочешь в туалет?

Ирочка в ступоре, а её честные пионерские глаза становятся всё больше.

(У) ещё громче и настойчивей: ИРА!! Что ты делаеееешь, когда хочешь в туалееееет??

У Ирочки трясутся губы и глаза наполняются слезами, но она молчит.

(У) в недоумении и переходя на крик: Я тебя последний раз спрашиваю!! ЧТО. ТЫ. ДЕЛАЕШЬ. КОГДА. ХОЧЕШЬ. В. ТУАЛЕТ???

Ирочка, не выдержав этой пытки: ЮБКУ ПОДНИМАЮ!!!

До конца дня ни о какой учёбе речи быть не могло, а Ирка стала практически ceкс-символом…