Британский медиамагнат Роберт Максвелл любил курить сигары и абсолютно не переносил дешевый сигаретный дым, а так как сигары кроме него на его предприятиях курило не так уж и много людей, то во многих местах курение было запрещено вообще. И вот идет он по одному из своих предприятий и видит как какой-то человек спокойно покуривает сигарету. Максвелл раздраженно подскакивает к нему и говорит:
— Ну как так можно?! Ведь у нас в трудовом соглашении записано, что курение здесь запрещено под угрозой увольнения. Скажите мне немедленно, сколько вы получаете в неделю? — 75 фунтов, — молвил правонарушитель. Максвелл вытащил из своего кошелька 300 фунтов стерлингов и сказал: — Вот вам жалование за 4 недели и с этого момента вы уволены, — после чего он гордо удалился восвояси. А бедный человек, случайно забежавший на это предприятие в качестве курьера, радостно удалился с 300 фунтами, нечаянно упавшими ему на голову. |
14 Dec 2018 | ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() |
- вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Муж научил ее краситься, качать бедрами, читать классику и вести себя в обществе. Их любовь возмущала всю Италию, но они разрешили себе быть счастливыми.
Понти сказал Софии, что она очень хороша и стала бы кинозвездой; вот только похудеть, конечно, надо, особенно в бедрах, и нос укоротить. Софии было неприятно это слышать: себе она нравилась, и этого было достаточно. Сказала, что нет, ничего в себе переделывать она не станет.
После этих слов Понти бесконечно ее зауважал: он привык, что девушки готовы на все, только бы стать знаменитыми. И отказаться от мысли сделать из Софии звезду уже не мог. Он чувствовал себя ювелиром, заполучившим редкий, но не ограненный бриллиант.
Понти возился с Софией месяцами: учил, как говорить без неаполитанского акцента, как краситься и причесываться, чтобы не быть похожей на смешную провинциалку, заставлял читать классическую литературу и слушать классическую музыку… Он даже научил ее красиво ходить: ставил в два ряда письменные столы с открытыми ящиками, а Софи должна была закрывать их, проходя мимо и качая бедрами. Псевдоним Софи Лорен придумал тоже он, и заключил для нее выгодные контракты.
Софи Лорен и Карло Понти прожили вместе полвека — Понти не дожил до золотой свадьбы всего несколько месяцев. Софи всегда говорила, что без мужа она никогда не стала бы той, кем стала.
Я тут на днях решил на своем винте дома порядок навести. А так как у нас с женой компьютер один на двоих, как впрочем, и у большинства читателей, то естественно порядок надо наводить вместе, чтоб не стереть чего нужного. Винт у нас маленький, всего 2 Гб, и соответственно я поставил перед собой и своей супругой задачу — у каждого свой каталог с барахлом общим объемом не более 500 Мб. Я свой вычистил до нужного объема минут за 10 и уступил место жене. Зашел к ней через полчаса, она еще чистит, зашел еще через полчаса — говорит, что уже заканчивает, но все равно метров 600 получается, не меньше. Я ей говорю: "Давай я сам посмотрю, что там у тебя, может, чего подскажу". Она со скрипом согласилась. Захожу в первую папку, там файлики: ДОКУМЕНТ1.DОС, ДОКУМЕНТ2.DОС,... , ДОКУМЕНТ20.DОС и больше ничего. Я в недоумении открываю первый — пустой, второй - тоже пустой и т. д. , спрашиваю: "А это что у тебя такое?". Получаю ответ: "ДА ТАК, ЛИСТОЧКИ ПУСТЫЕ, ВДРУГ ЧТО-НИБУДЬ С РОЧНО ЗАПИСАТЬ ПОНАДОБИТСЯ".
Шесть лет назад я 18-ти летняя девочка-припевочка устроилась, по большому везению, работать секретарем (кем еще может работать припевочка?!) в рекламное агентство на киностудии "Мосфильм". Моими непосредственными начальниками стали небезызвестные клипмейкеры и режиссеры: Андрей Разенков и Егор Михалков-Кончаловский. И моя юная жизнь
История, увиденная, к сожалению, не мной.:-)
На светофоре останавливается новенькая, с иголочки, "девятка". Тут сзади к этому светофору подъежает Мерс. Причем, так хорошо подъежает, не сбавляя скорости. Неизвестно, в каком состоянии был водитель, но затормозить Мерс не успел (или не хотел:-). Шмяк — зад "девятки" размазан.
Ну, оба водителя выходят и, вроде, как разбираются, кто прав. Но как-то странно. Водила Мерса кроет бедного водителя "девятки" матом, орет, брызжет слюной, а водила "девятки" стоит так, потупившись, в асфальт смотрит и молчит...
Ну, собравшийся народ офигел от такой несправедливости и говорит водителю девятки, мол, ты чего, ты же прав, он же тебя ударил, это ты должен крыть его матом, давай, скажи хоть что-нибудь.
На что водитель девятки так жалобно:
— Ну, что я ему могу сказать, это — мой отец.