Гульнара и Панночка
Часть I. Практика
Дело было в Чернигове в 1979 году.
Она появилась в цехе в понедельник утром. Сразу видно — нездешняя. Одежда другая, походка другая, взгляд — как у человека, который смотрит сверху вниз, хотя сама едва достаёт до плеча Олегу.
— Я з Надвірної, — сказала практикантка, когда мастер представил её группе.
— Слухайте, я буду говорити тільки українською. Це моя принципова позиція.
Олег усмехнулся про себя. "Принципова позиція". Ей бы на митинг, а не на завод.
"Панночка" держалась особняком. В обеденный перерыв сидела отдельно, в столовую не ходила, с местными не разговаривала. Парни сначала пытались подойти, познакомиться — кто ж не подойдёт к новой девушке? — но она обрывала любые попытки.
— Я маю свого хлопця, — сказала она однажды.
— Вдома, на Західній Україні. Гуцула. З ним і буду мати справи.
Сказала это так, будто все остальные — и Олег, и его товарищи — были для неё пустым местом. Или хуже того. Сказано это было вслух, при всех. И прозвучало как приговор — не ей, а им.
— Я ж, вроде, теж українець, — попытался улыбнуться Олег.
— Але зі Сходу, — отрезала Панночка, — То не те.
Она не говорила о русских, армянах и других – в её вселенной их не существовало. Мир практикантки делился на "своих" и "чужих", и те, кто жил восточнее Львова, оказывались во второй категории. А те, кто не были украинцами – в третьей. А может, и в десятой. По умолчанию. Без права на апелляцию.
Олег не стал спорить. Он просто развернулся и ушёл.
Позже, в курилке, он поделился с товарищами:
— Ты не поверишь, эта "пани Зося" таких, как мы, вообще за ровню не считает. "Східняки". Я, говорит, буду иметь дело только с гуцулом. С местными, даже если они украинцы, — нет.
Парни переглянулись. Кто-то усмехнулся:
— Ну і хай собі. Знайшов кого шкодувати.
А Олег затянулся и сказал:
— Я не шкодую. Мне просто интересно: она же меня даже не знает. И знать не хочет. Как будто я уже виноват в том, что родился здесь, а не там. А если бы я родился в Киеве — то тоже был бы "східняк". А если в Житомире? А если в Виннице? Где заканчивается "своё" и начинается "чужое"?
Никто не ответил.
?
Часть II. Гульнара
Совсем другая история случилась с тем же Олегом несколько лет спустя. Он уже работал в одном из харьковских НИИ, и к ним в отдел пришла девушка — татарка из Бугульмы. Звали её Гульнара.
Она была весёлой, открытой, быстро вписалась в коллектив. Говорила по-русски отлично, с лёгким, едва заметным акцентом, который придавал её речи особую мягкость.
Олег, как водится, попытался за ней приударить. Не навязчиво, но с интересом. Она улыбалась, шутила, не отталкивала, но и не давала повода. Наконец однажды, когда он пригласил её на чай, она мягко, но твёрдо сказала:
— Извини, Сандро (у Олега было прозвище "Сандро" от коллег). Ты хороший парень, правда. Но у меня кредо: серьёзные отношения — только с татарином.
И добавила, улыбнувшись:
— Так уж в нашей культуре заведено. Это не значит, что я не уважаю других. Ты — друг, хороший товарищ, я рада, что мы работаем вместе. Но семья — это другое... Надеюсь, ты поймёшь.
Олег вздохнул, но улыбнулся в ответ.
— Понимаю. Без обид.
— Я знала, что ты поймёшь, — сказала она и хлопнула его по плечу.
— Ты нормальный. Мы ещё угостим тебя чак-чаком, когда я выйду замуж.
Они остались приятелями. Гульнара действительно позвала его на свадьбу, он пришёл, подарил хороший подарок, потанцевал с невестой и ни капли не жалел, что не сложилось.
?
Часть III. Разница
Олег долго думал об этих двух историях. Одна девушка — с Западной Украины, которая с порога делила мир на "своих" и "чужих", даже не узнав человека. Другая — татарка, которая тоже имела свои традиции и предпочтения, но не ставила крест на человеке только потому, что он родился не там, где надо.
Одна не сказала "нет" — она сказала "ты не наш", "ты чужой", "ты с Востока — значит, хуже". При этом она даже не задумалась, что он — такой же украинец, как и она. Просто родился в другом месте.
Другая сказала "я хочу сохранить свои корни, но ты мне не враг". И слово "татарин" для неё звучало как дань уважения предкам, а не как повод для ненависти к окружающим.
Однажды в курилке Олег поделился этой мыслью с приятелем:
— Понимаешь, я не против, чтобы люди хранили свои традиции. Пусть даже женятся только на своих — это их дело. Но есть разница между "я хочу жить по-своему" и "ты — грязь, потому что ты не такой, как я". Первое — это уважение к себе. Второе — это ненависть к другим. И вот эта ненависть — она ведь не врождённая. Её вкладывают. В школе. В семье. И когда человек приезжает в другой регион своей же республики и смотрит на земляков как на врагов — это не гордость, это беда.
Приятель кивнул:
— А наша Гульнара, получается, показала, как можно оставаться собой, не оскорбляя других.
— Именно, — сказал Олег.
— Она сохранила своё, но не стала врагом чужого. А пани Зося... она даже не дала себе труда узнать, кто я. Ей достаточно было знать, откуда я. И это уже был приговор.
Он затушил сигарету и добавил:
— Жалко их. Тех, кто так живёт. Потому что они не знают, что люди — они везде люди. И добро, и зло — не по национальности, а по поступкам. И если ты не даёшь человеку шанса, ты лишаешь себя возможности узнать что-то новое. А это — самое страшное. Не знать, но судить. И ненавидеть за то, чего не понимаешь.
| Новые истории от читателей |  |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Блогеры провели очень интересный эксперимент. С помощью ИИ они создали третье существо. Как же они это сделали? Они взяли параметры среднестатистической женщины и среднестатистического мужчины, сравнили, разделили, вывели коэффициенты и получили третий пол.
В качестве параметров взяли: рост, вес, силу,
Мой друг — молодой юрист в Минсельхозе. Ему дали задачу: разработать проект по легализации ЛПХ и учёту домашней птицы в регионах. Парень подошел к делу с душой. Назвал проект просто и понятно: "Реестр петухов".
Логика железная: петух — глава курятника, по ним и считаем поголовье. Создали группы в соцсетях, напечатали буклеты, запустили горячую
В музыке семь основных нот. В итальянской традиции их называют привычными нам "до, ре, ми, фа, соль, ля, си", а в немецкой — буквами: C, D, E, F, G, A, H. С одной особенностью: буквой B у немцев обозначался си-бемоль, а натуральное си писали как H.
На этом у товарища Баха была основана своя хохма — он часто использовал в своей музыке последовательность
"Звоните поздней ночью мне, друзья,
Не бойтесь помешать и разбудить;
Кошмарно близок час, когда нельзя
И некуда нам будет позвонить. "
И. Губерман
____
Резкий телефонный звонок бесцеремонно выдернул меня из глубокого сна. Я сфокусировал взгляд на экране: 2 часа ночи, незнакомый номер. Блин. Ох, не люблю