Сейчас с коллегой беседовала, к слову пришлось — вспомнила свою работу в компьютерной фирме. Я была относительно молода (лет 25), фигуриста и слегка наивна.
Моя коллега-менеджер была ещё моложе (студентка-заочница), а уж фигурка у неё была — как у фарфоровой куколки: миниатюрная, розовенькая...
И соседи с юридических фирм очень любили с нами "заигрывать", пользуясь нашей стеснительностью. "Заигрывали" они своеобразно: говорили сальности, пошлости, приглашали в свой кабинет на рюмку чая, пытались зажать нас в уголке. Мы тихо пищали, робко отбивались, просто старались ходить по коридору, избегая встреч с этими юристами (одному под 40, другому за 50). В общем, чувствовали себя, как на минном поле. Потом студенточка уволилась, а на её место пришла замужняя дама лет 28. Тоже с хорошей фигурой: ). И когда один из этих юристов попытался "подкатить" к ней на работе, она ответила мощно — громким голосом, не стесняясь никого, она завопила: "ДА КАК ВЫ СМЕЕТЕ?! У МЕНЯ МУЖ, РЕБЕНОК, А ТУТ ВСЯКИЕ... ПОДКАТЫВАЮТ!... " и т. д. Я ошарашенно смотрю на неё и думаю: "А так можно было? В смысле — так громко? " (просто я считала себя культурным человеком %0 и не допускала публичные скандалы). И главное — стиль поведения а-ля базарная торговка оказался результативным — юристы переключили свои домогательства на кого-то другого. В общем, тогда я поняла, что в некоторых случаях культуру нужно спрятать... И что некоторые люди хорошее воспитание воспринимают как слабость...
Новые истории от читателей

* * *
На рыбалку с Олегом поехали на велосипедах, на пруд Крутой. Как донесла пацанская разведка, там клев начался неимоверный. Места под ветлами и камышами все заняты, пришлось сесть на открытой воде.
Но не успели забросить, первая поклёвка карасик с ладошку размером, сначала я поймал, потом Олег своего вытащил. У меня под рыбу специальный бак пластмассовый, увеличенная копия армейской фляжки, а Олег забыл что-либо взять.
Вышли из положения, как обычно, скидывали всю пойманную рыбу в мой бак, но своим Олег откусывал часть хвоста. Время пролетело до вечера быстро, пора возвращаться.
Уже в деревне Олег говорит:
— Давай я сбегаю домой, что-то возьму под рыбу, и поделим.
Старший брат слышал весь наш разговор.
Возвращается Олег не сразу, видно успел поужинать, высыпаем на траву рыбу начинаем делить. В итоге визуально видно, что моих значительно больше. Старший брат, подливает масло в огонь.
— Олег, пока тебя не было, хвосты были приклеены обратно…, клей БФ-6 с рыбьим жиром…
Долго мне пришлось убеждать Олега в обратном...
* * *
* * *
Не всегда герои те, кто метко стреляет по врагу. Иногда героем можно стать военный, отказавшийся подчиниться приказу. Эта история о генерале, который стал героем, потому что отказался воевать.
На первом фото внизу — герой Курской дуги и многих других ключевых сражений Второй мировой войны генерал-лейтенант Матвей Шапошников. Но его имя вошло в историю не потому, что он храбро сражался под Курском, и не потому, что его бригада первой форсировала Днепр. Главным его подвигом был и навсегда останется отказ расстрелять мирную демонстрацию рабочих в Новочеркасске в июне 1962 года. Несмотря на повторенное несколько раз распоряжение начальства стрелять по демонстрантам на мосту через реку Тузлов, Шапошников категорически запретил подчиненным ему танкистам и мотострелкам открывать огонь. "Не вижу перед собой такого противника, которого следовало бы атаковать нашими танками", — ответил он члену политбюро ЦК КПСС Микояну и выключил рацию.
Рабочие Новочеркасского электровозного завода вышли на демонстрацию потому, что накануне им было объявлено о снижении зарплаты на 30 процентов, одновременно радио сообщило о повышении в СССР цен на продукты тоже на 30 процентов. По пути к горкому КПСС демонстранты несли с собой плакаты с портретами Ленина и коммунистическими лозунгами.
Единственным "крамольным" лозунгом был плакат "Хрущева — на колбасу! ". Когда охранявшие горком автоматчики открыли по людям огонь, Шапошников пытался остановить бойню, но этими стрелками распоряжался лично командующий округом генерал Плиев и расстрел продолжился, пока площадь не оказалась буквально заваленной трупами мужчин, женщин и детей. Это был почти полный аналог николаевского Кровавого воскресенья. Один из младших офицеров, осознав масштаб трагедии, тут же на площади застрелился.
Шапошников был уволен из армии за неподчинение приказу и исключен из КПСС, но после этого стал распространять письма с информацией о Новочеркасской трагедии по стране и миру. Благодаря ему о расстреле рабочих узнали за рубежом.
"…Партия превращена в машину, которой управляет плохой шофёр, часто спьяну нарушающий правила уличного движения. Давно пора у этого шофёра отобрать права и таким образом предотвратить катастрофу".
"Для нас сейчас чрезвычайно важно, чтобы трудящиеся и производственная интеллигенция разобрались в существе политического режима, в условиях которого мы живём. Они должны понять, что мы находимся под властью худшей формы самодержавия, опирающегося на огромную бюрократическую и вооружённую силу".
"Нам необходимо, чтобы люди начали мыслить, вместо слепой веры, превращающей нас в живые машины. Наш народ, если сказать коротко, превращён в политически бесправного международного батрака, каким он никогда не был".
Эти слова обрекали его на долгую опалу и даже тюрьму. Шапошникова обвинили в измене родине, и только благодаря заступничеству маршала Малиновского, воевавшего с ним на Курской дуге, обвинения были сняты. Всю жизнь генерал казнил себя за то, что не повернул оружие против убийц в военной форме и не встал на сторону рабочих. И все же в той ситуации он был единственным русским офицером, отказавшимся стрелять в собственный народ.
Генерал-лейтенант Шапошников пережил Советский Союз, был полностью реабилитирован и в свои последние годы пользовался огромным уважением коллег-офицеров и жителей Новочеркасска. Он остался в народной памяти героем-военным, который впервые в жизни отказался выполнить приказ. Тем, который не стрелял.
* * *
Историей "Краснодар монамур" навеяло. Вспомнилась одна из поездок в Крым.
Было это где-то в 2008-2010 годах, точно не помню уже. ( Эх, славное, мирное время!)
Выдвинулись мы семьёй на авто из Бреста да прямиком через Украину. С навигаторами в то время было как-то не очень, частенько подводили.
Где -то под Житомиром решили сократить путь, ну и повернули, как оказалось, не туда. Дорога сначала была асфальтированной, потом плавно перешла в гравийную, а местность становилась все глуше и глуше... Потом мы вообще оказались в лесу, и лес этот становился все дремучей и дремучей. Казалось, еловые ветки скоро сомкнутся над машиной.
Однако, возвращаться не хотелось, наоборот, было интересно, куда нас заведет.
Тут на самом краю леса у дороги показалась сгорбленная старушка с клюкой. Прямо как в сказке, не хватало лишь избушки на курьих ножках! Ничего не сказала старушка, лишь флегматично проводила нас взглядом.
Лес отступил, и взору нашему открылась настоящая украинская деревня. Живая, без признаков запустения и какой-то безнадеги, коих не счесть в российской глубинке.
Все тут было: и живописные домики с белыми стенами и расписными окнами по типу мазанок, и стадо коров, весьма внушительное, неспешно двигавшиеся по главной улице к полуденной дойке. Возле клуба кучковалась молодежь, был выходной день, значит вечером танцы. За поворотом нас показалась красивейшее озеро.
Как же там было хорошо! Это трудно описать, это надо почувствовать... Какое-то умиротворение. Казалось, именно здесь когда -то Гоголь написал свои "Вечера на хуторе близ Диканьки".
И как-то вполне естественно пришла в голову мысль: " А, может, тут останемся? Ну хоть на денёк. Море подождёт".
Задержались мы в этой деревне, отдохнули, погуляли, да и дальше в путь. Опять же, хотели объехать Житомир, но получилось так, что проехали через весь город, а в центре был какой -то праздник, играл оркестр. Таким нарядно-праздничным и остался в памяти Житомир.
А дальше были поля, бескрайние желто-оптимистичные поля подсолнухов, просторы, степи. Благополучно добрались до Крыма, отдохнули. Везде встречались доброжелательные, гостеприимные люди.
Чтобы узнать страну, не обязательно ехать в столицу или в какое-то раскрученное курортное место. Именно там, в глубинке, в деревне ее душа, именно там она настоящая. Ту украинскую деревушку под Житомиром я запомнила на всю жизнь. И я знаю, я чувствую, в Украине хорошо! Было...
Надеюсь, и будет..

Рамблер ТОП100