Подарок к 8 марта

На Дерибасовской, в самом сердце Одессы, есть магазин. Не скажу какой, но вы его знаете. Там полумрак, витрины с кружевами и игрушками для взрослых, и за прилавком — женщины с понимающими глазами, которые никогда ничему не удивляются.

Входит Рабинович.

Он невысокий, щуплый, метр шестьдесят с кепкой. Кепка — отдельный разговор. Такая серая, кожаная, видавшая виды. Он её снимает у входа, мнёт в руках, будто пытается из неё что-то выдавить. Оглядывается по сторонам — с достоинством, но с лёгкой опаской.

К нему подплывает консультант. Высокая, статная, с ярко накрашенными губами и такой профессиональной улыбкой, что сразу хочется купить всё, даже то, что вам не нужно.

— Здравствуйте, мужчина! Чем могу вам помочь?

Рабинович кашляет в кулак, поправляет галстук, которого у него нет, и говорит:

— Да вот, понимаете... надо что-нибудь подобрать. Моей жене. К 8 марта.

— Ой, какая прэлесть! — консультант всплескивает руками, как одесская мадам, увидевшая хорошую скидку.

— Что конкрэтно вас интересует? Кружевное белье? Эротическое белье? Может, что-то более... смелое?

— Белье, белье, — кивает Рабинович.

— Только вы на меня не смотрыте. Жена моя — женщина видная. Выше меня, и, как бы это сказать... корпусная. В плечах широкая, в бёдрах мощная. Так что вы подберыте, пожалуйста, подходящий размер...

Консультант понимающе кивает, прищуривается, оценивает Рабиновича, мысленно добавляет ему сантиметров двадцать вверх и столько же вширь. Быстро находит нужный вариант.

— Вот, посмотрыте, — она вынимает кружевной комплект.

— Размер семьдесят второй. Французское белье, натуральный шёлк, кружево ручной работы. Дорого, красиво, жена будет в восторге.

Рабинович осторожно берёт в руки комплект, поворачивает, разглядывает, вздыхает.

— Дорого? Ну, раз жена будет в восторге... ладно. Беру.

Он достаёт кошелёк, отсчитывает деньги с такой же осторожностью, с какой хирурги делают операции.

Консультант, чувствуя, что клиент "разогрелся" и душа и портмоне его открыты для покупок, решает не останавливаться:

— А может, и вы для себя что-нибудь подбероте? У нас большой выбор товаров для мужчин. Ну, например, для поднятия... — она выразительно поднимает бровь, —... мужского тонуса. Виагра, экстракты, спреи. Некоторые говорат — помогает.

Рабинович смотрит на неё, потом на подарок, потом на свои кожаные туфли, которые, кажется, тоже вздыхают.

— Я вас умоляю, — говорит он тихо, но с достоинством.

— Я когда увижу результат подарка... мне корвалол нужен будет. Скорее всего.

Консультант открывает рот, закрывает и понимает: в этом магазине она слышала многое — просьбы, капризы, мужские тайны, — но такая философия жизни встречается редко.

Рабинович прощается, забирает пакет, надевает кепку и выходит на солнечную Дерибасовскую. Подарок куплен, совесть чиста, а корвалол всегда в кармане. На всякий случай.

(в тексте нет орфографических ошибок, это попытка передать одесский диалект?)

Новые истории от читателей


* * *

Дядя Паша и телефон.

У меня есть дядя Паша. Ловелас, причём, кажется, с рождения.

Его отец был военным, и однажды его срочно направили куда-то прямо посреди учебного года. Чтобы не дёргать ребёнка, дядю Пашу оставили доучиваться у своей бабушки, моей прабабушки Валентины Михайловны, учительницы на пенсии.

С успеваемостью у дяди Паши было не очень. Зато с девочками было просто прекрасно.

И девочки отвечали ему взаимностью.

Телефон в квартире был, и одноклассницы дражайшего дядюшки ему названивали. Звонили часто и, по мнению педагога со стажем Валентины Михайловны, сильно отвлекали внука от выполнения домашних заданий.

И вот раздаётся звонок — уже, кажется, третий за вечер.

Валентина Михайловна снимает трубку и, не спрашивая, кто звонит, не выясняя, кому, прекрасным поставленным педагогическим голосом произносит:

— Не звоните больше, суки.

И кладёт трубку.

Вот, собственно, и вся история.

Особенно мне нравится, что звонила одна девочка, а обращение сразу шло ко всему контингенту.

* * *

Про [м]лядей.

Все давно собираются написать про них, а я- напишу.

Несколько лет назад моего мужа обрабатывали и Центробанк, и ФСБ, на пару. Грозили уголовкой за " разглашение".

После того, как ему не дал кредит ни один банк, он " разгласил" мне.

Я ох[рен]ела- Как можно так обработать нормального человека? Послали дружно, с мужем, и Центробанк и ФСБ.

В этом году мне, спросонья, пришёл в Максе вопрос- хочу ли я присутствовать в чате жильцов?

Квартир несколько, поэтому спросонья, не разбираясь, ответила / да/

И тут приходит в Максе великолепный мужчина, который лепит в фотошопе мой паспорт, с другой (не моей) фотографией, снимая видео с процессом. А также прилетают сообщения якобы с Госуслуг, что я набрала кредитов.

Заблочила, пожаловалась в Макс.

Удалили мошенников.

А самое раннее— было по телевизору.

Там разводили просто- угадай слово, позвони первым.

Мой папа мне звонил- Рита, срочно звони! Я знаю слово!

Пап, успокойся, это развод,. Пусть и по телевизору.

Это- мошенники- [м]ляди.

* * *

Как-то я недолго бомжевал в Сан Франциско. Полтора дня.

... Было уже поздно и довольно прохладно, и рубашка с длинным рукавом не особо грела. Ночь на лавочке в парке в ноябре не прельщала. Навигаторов тогда ещё не было, просто шёл вертя головой. Уже основательно подустав, вышел на перекрёсток 16-й улицы не помню с чем и встал перед дилеммой:

* * *

Ирландцы своих не бросают

Эрнест Генри Шеклтон родился 15 февраля 1874 года в небольшой ирландской деревушке к югу от Дублина.

Первого августа 1914 года экспедиция, возглавляемая Шеклтоном, отправилась в Антарктику с грандиозной целью — пересечь ледяной континент через Южный полюс. В их распоряжении был и корабль с соответствующим

© анекдотов.net, 1997 - 2026