О любви к братьям меньшим

Есть такое понятие "мамины пироги". Это когда: черствые, воняют, и мучное тебе вредно. Но жрешь: мама, все таки.

Так случилось, что подобных пирожков на мою долю выпало чуть поболе среднестатистического. Проблема в том, что большинство сверстников из моей среды обитания давно и навсегда свалили из страны, и матушка моя систематически сдает меня осиротившем ( или — соломенным?)родителям в барщину. Понятно, что такой умноженный сыновний долг не вызывает у меня энтузиазма, но уклониться от него мне удается не всегда или не сразу.

И в тот раз все началось с обычного: "ну, что тебе стоит…". Я скрежетнул зубами и заранее смирился с неизбежным.

— Светлана Михайловна едет в Израиль! — очень значимым тоном продолжала родительница.

— Так им и надо! — поддержал я беседу.

— Но маркиза же туда не возьмешь, — полувопросительно-полуутвердительно, не обращая внимания на мои ответные реплики.

— Туда только от барона пускают? Или земля обетованная вообще родовую знать не приемлет? Конрада Монферратского все забыть не могут?

— Так вот, позвони ей: ты будешь заезжать к ней и кормить Маркиза.

— Трюфелями и устрицами?

— Телефон ты знаешь... -и -частые гудки.

По приезде к Светлане Михайловне, я обнаружил, что Маркиз-это огромная волосатая персидская скотина(слово кот тут не подходит-таких толстых котов не бывает) со взглядом падишаха и вальяжностью главного евнуха султанского сераля.

Когда мне описывали диету аристократа, я поначалу подумал, что надо мной просто глумятся.

— Надо взять вот этой рыбки и отварить ее ровно 12 с половиной минут (12, с половиной! -это очень важно). Маркизушка больше ничего не ест. Правда, Маркизик? (сюсюкает) Запишите.

— Я запомню.

— Нет, вы обязательно запишите.

— Простите, Светлана Михаловна, у меня вопрос.

—?

— Так, чисто гипотетически, а что произойдет если я отварю ему рыбу 13 минут или, мне страшно это даже произносить-13 с половиной?

— Вы что, с ума сошли? Маркиз это есть не будет!

В первый день после отьезда я заскочил к Маркизу, отломил в морозильнике часть фюзеляжа какой то рыбины и неприцельно запустил этим в сторону кота. Авось сам себе сварит.

Маркиз подошел, потрогал лапой, понюхал, посмотрел на меня, как на буйнопомешанного, демонстративно вытер лапу об пол и с достоинством удалился в коридор.

И мстительно нагадил мне в штиблеты. В оба.

— Ах ты ж сссс…аристократичессская, — шипел я в поисках пылесоса и швабры. Кот бесстрашно и насмешливо отслеживал мои метания с высоты книжного шкафа.

... Часа полтора гонял я эту зарвавшуюся знать с азартом и сноровкой озверевшего в своей классовой ненависти санклюлота и орал Марсельезу...

Затем отбыл за новыми калошами.

... Мне, честно, стыдно продолжать историю, но и "из песни слов не выкинешь". Эх! В общем: закрутило-замотало меня ( был я тогда — молодой-красивый, холостой-неженатый), и… Что тут объяснять?

Через неделю позвонила матушка: справиться о коте. Мол, завтра хозяйка возвращается.

— Ат, черт! -пробило меня в пот…

... Караул, что делать, соображал я, лихорадочно пытаясь натянуть джинсы при надетых туфлях. Помер ведь, небось, почил в бозе, сердяга… Может, с балкона его…Там высоко вроде, скажу, что недоглядел… Кот, мол, выбрал свободу…

Приехав, я с облегчением обнаружил сильно постройневшего, но вполне жизнеспособного кота. Как выяснилось, сообразительности ему было не занимать: шевалье вскрыл хлебницу и выжрал из нее все плесневелые корки.

Мороженую рыбу, растерявший все манеры кавалер глотал, как удав, не прожевывая.

Выл при этом и требовал еще.

На следующий день, матушка сообщила, что Светлане Михаловне срочно нужно со мной поговорить.

"Кот застучал! "-привычно ворохнулась в мозгу шизофрения.

Но в телефоне засюсюкали-закудахтали:

— Я вам так благодарна! Просто выручили… Что бы я без вас…Только у меня один вопрос...

—?

— Вы знаете, до поездки Маркизик ел только одну рыбку одного сорта. Мы волновались, пытались ему витаминчики заворачивать в рыбку, а он не ел. А теперь: ОН ЕСТ ВСЕ. То есть: хлеб, молоко, мясо, крупы. Даже, вот, вчера яблоко стащил со стола и сгрыз в углу…Мы вам так благодарны, но как вы этого добились?

— Лаской, Светлана Михайловна, исключительно лаской.

PS Стоит мне приехать к Светлане Михайловне с каким нибудь очередным родительским поручением, как кот мгновенно исчезает. Дематериализуется. Найти его не могут три человека, как ни стараются. Но, часа через три после моего исчезновения, он выползает из засады и начинает лихорадочно жрать все подряд.

В Америке все перед праздниками украшают лужайки перед домом. Потом ходят экскурсиями по району и сравнивают, у кого прикольнее.

Один наш сосед лет 10 назад устраивал шикарную инсталляцию на Хэллоуин. Поставил между деревьями с десяток старых садовых кресел, задрапировал их чем-то вроде простыней и паутины. В кресла посадил чучела: штаны, ботинки, плащ, какая-нибудь жуткая маска, всё это набито каким-то синтепоном или соломой. Если не присматриваться, точь-в-точь человек сидит, только страшный. Между креслами поставил столик с конфетами. А в одном из кресел, в таких же штанах, плаще с капюшоном и дурацкой маске, сидел сам сосед. Тихонечко и совершенно неподвижно. Когда посетители подходили поближе, чтобы рассмотреть чучела и взять конфету, он кого-нибудь внезапно хватал за руку. Визгу стояло на весь квартал. Маленьких детей щадил, хватал родителей, которые их сопровождали, или подростков.

Я думаю, он так себя обеспечивал клиентурой на следующий год. Он психиатр по профессии.

Было это в 90–е. А когда же еще? Как раз в те годы кругом работали салоны черной и белой магии, а по телевизору крутили рекламу этих салонов. И вот один молодой человек, у которого была своя маленькая рекламная студия, подписался делать рекламу центру черной магии под названием "Инферналус". Но вот он был, салон такой. С вывеской.

Колдуны оказались жадными,

Моя жена вся такая нежная миниатюрная девушка, всегда просит помощи в бытовухе. Особенно когда нужно перестилать постель — она корячится с пододеяльником, и всегда ей не хватало сил сделать все, как надо. Потому, когда мы ссорились, я просто приходил в спальню и выдергивал одеяла из пододеяльников, после чего уходил и ждал. Работало! В этот раз ругались по поводу имени дочери, и я сделал все, как всегда. Жена распсиховалась, ушла, и я не видел ее где-то полтора часа (залип). Пришел в спальню — все пододеяльники надеты и ПРИШИТЫ НА УГЛАХ яркими нитками.

Ну, окей, Мелисса, так Мелисса...

Иван Середа, повар 91-го танкового полка 46-й танковой дивизии, стал фронтовой знаменитостью в августе 1941-го. Его полк базировался в районе Даугавпилса в Латвии. Товарищи были на задании, Середа в одиночестве кашеварил на полевой кухне. И тут — фашистский танк.

Немцы увидели полевую кухню, а рядом — ни души. Неплохо бы подкрепиться! Начали вылезать из люка, но тут из-за котла выскочил разъяренный человек с винтовкой и топором в руках. Он с криком бежал на врагов, те еле успели заскочить обратно в башню и задраить люк.

Пулеметчик хотел открыть огонь, но Середа был уже на броне. Ударами топора погнул ствол пулемета, а потом снял гимнастерку и закрыл смотровую щель. Иван принялся стучать по броне, выкрикивать команды, делая вид, что пришла подмога и что через минуты танк будет подорван.

Фашисты не выдержали и открыли люк. Один за одним они вылезали под прицелом винтовки. Середа заставил их связать друг друга. А потом побежал помешать кашу, чтоб не пригорела. Остается только догадываться, как удивились его товарищи, обнаружив, что на базе их ждет не только еда. За этот подвиг Середа был удостоен звания Героя Советского Союза.

А топор Середы долго хранился в части как реликвия.