Добрый человек из Мичигана.

Был я в гостях в Мичигане. Маленький городок, в котором все всех знают. Делать абсолютно нечего. Чтоб не свихнуться с тоски, все жители чем-нибудь увлекаются. Охотой, рыбалкой, кто-то пиво варит с немыслимыми добавками, кто-то картины маслом рисует и дарит всем соседям. У одного во дворе полный Юрский парк жестяных динозавров. Кто вообще ни к чему не способен, те пьют.

Пошли с хозяйкой дома выгуливать их собаку. У них доберман, довольно суровый, меня поначалу чуть не съел. На площадке встретили какого-то мужичка. Такой лысый колобок лет шестидесяти, похож на Евгения Леонова, только в очках. Доберман при виде его забыл всю свою мизантропию и кинулся лобызать в щеки. Мужик, похоже, обрадовался не меньше. И хозяйка обрадовалась: о, Рик, говорит, как дела? Мило поболтали.

Тут до меня доходит, что Рик выгуливает одновременно шесть собак! Все разных пород, от корги до лохматого кабысдоха ростом с лошадь. Семья Барбоскиных в натуре. Когда ушли с площадки, я хозяйку спросил, чего это он так. Председатель местного клуба собаководов или подрабатывает собачьим бебиситтером?

Нет, оказывается. Он вообще всю жизнь собак боялся. Но тут один парень отъехал в психушку, похоже, навсегда. То ли двинулся на местной почве, то ли с рождения такой был. А собачка осталась, собачку жалко. Рик ее забрал. Потом старушка-соседка померла, тоже собака осталась бесхозная. И так шесть раз. Собачьего приюта в городке нет, вместо него Рик.

Он одинокий, семьи никогда не было, жил с мамой, пока она не скончалась. Работает в средней школе (это 6-8 классы) помощником учителя. Должность принеси-подай, зарплата нищенская, долларов 15 в час, наверное. Обычно на этой работе задерживаются на год-два, не больше, потом сдают экзамен и становятся учителями, или уходят куда-нибудь. Рик поначалу тоже пытался сдать экзамен на учителя. Раз 10 пытался, пока не понял, что ему эту премудрость не одолеть никогда. Но в школе остался, он там на своем месте. У кого бы из учеников что плохое ни случилось – подрался, или плохую оценку получил, или в семье нелады – все бегут к Рику. Он пожалеет, утешит, угостит яблочком. Фактически школьный психолог, только бесплатный.

И всем соседям помогает, тоже бесплатно. Там много пожилых вокруг. Кому в саду порядок навести, кому полку прибить, кому покрасить что-нибудь. Руки у него из правильного места растут, мог бы хорошо зарабатывать на этом. Но не хочет. Меня, говорит, мама учила помогать людям.

Вот как бы вы к такому человеку отнеслись? С презрением, в лучшем случае – покровительственно-снисходительно. Сверху вниз, в общем. Обозвали бы неудачником и оленем. А в этом городке он самый уважаемый человек... хотел написать “после священника и мэра”, но тоже не факт.

Что меня больше всего потрясло. Школьный совет учредил премию его имени. Так и называется – премия Рика Майерса. 100 долларов, для шестиклассника неплохо. Вручается раз в семестр тому ученику, который совершил самый добрый и бескорыстный поступок. И, по решению совета, будет вручаться еще сто лет, когда давно забудут и мэра со священником, и нас с вами, и еще кучу богатых и успешных людей. А добряка и недотепу Рика будут помнить.

В 1865 году работники табачной фабрики в Гаване нашли способ поддержать умственную активность в течение долгих часов рутинного физического труда. Они ввели должность лектора (или чтеца), которому сами платили за то, что он читал вслух для всех тружеников цеха.

Как правило, рабочие фабрики избирали комитет, который проводил кастинги для лекторов, и платили взносы, чтобы обеспечить зарплату чтецу. Лектором выбирали кандидата с отличной дикцией и навыками ораторства.

Чтец сидел или стоял на возвышенности и читал из источников, которые отбирали сами работники: от кубинских и американских газет до классической литературы.

Если чтение воспринималось с особенным удовольствием, работники постукивали ногами по разделочным доскам, что заменяло аплодисменты.

В США так же была распространена подобная практика, но среди материалов для чтения часто оказывалась социалистическая или левая литература, что вызывало трения с владельцами фабрик, которые совсем не были заинтересованы в том, чтобы их сотрудники задумывались о классовой борьбе и экономической справедливости.

Если лектор читал материал, признанный владельцем излишне радикальным, его выгоняли. Но тогда рабочие реагировали забастовками или простоями.

После окончания университета работал я некоторое время в одном из институтов. Естественно (для меня), что большую часть времени я проводил в местах расположения всяческих компьютеров. Старшие товарищи, с подобными увлечениями, не только помогали приобретать новые знания, но иногда и радовали забавными историями. В те времена в институте

Я вышла замуж за вдовца с двумя детьми, живём вместе уже два года, общих детей нет. Так совпало, что он больше не хочет, а я чайлдфри не только по убеждениям, но и из-за проблем по женской части.

И все эти два года мои родственницы и подруги не могут успокоиться. Во-первых, из меня постоянно пытаются вытащить признание, что я вру, когда говорю, что у меня хорошие отношения с детьми мужа; что они на самом деле меня ненавидят и мечтают настроить своего отца против меня. А я со своим мужем именно благодаря его детям и познакомилась, мы с ними на одной собачьей площадке с питомцами гуляли.

Во-вторых, меня постоянно пытаются убедить, что я обязана хотеть своего ребёнка. Чего мне только не советовали: подставлять детей перед мужем, чтобы он сплавил их каким-нибудь родственникам, тайно прекратить пить таблетки, проколоть презервативы. Даже мама, которая в курсе моих проблем со здоровьем, постоянно скидывала мне адреса клиник и уговаривала на ЭКО. Никакие мои объяснения не слышали.

Когда меня совсем достали, я стала закидывать родственников и подруг рекламой слуховых аппаратов и адресами клиник, где лечат нарушения слуха. Обиделись.

История эта случилась с родственником нашей близкой подруги. В 20-е годы прошлого века он был врачом, жил в Питере и каждый день ходил на работу через Марсово поле. В те времена Марсово поле превратили в кладбище погибших революционеров. Людей там по вечерам совсем не было, нормальных людей, но разбойнички пошаливали. Правда, нашего