Как я мозги потерял

О том, что мозгов у меня больше нет, мне сообщил врач, который сделал мне ЭЭГ – то есть электроэнцефалограмму. Я, конечно, расстроился. И так жизнь не сахар, а тут теперь без мозгов и совсем туго придется.

Но начну по порядку. Подошел, знвчит, у меня срок замены водительского удостоверения и поехал я проходить медкомиссию в ближайший частный медицинский сервис, который недалеко от метро. Отстоял длинную очередь в регистратуру – там меня заставили надеть бахилы и оплатить услуги. Выяснилось, что, по новым правилам, на категорию "С" надо еще делать и ЭЭГ.

Неприветливая бабка в регистратуре, явно не желавшая никому здесь добра, приказала мне сиплым прокуренным голосом:

— Начинай с любого кабинета. Вход по сигнальной лампе. Последним — кабинет терапевта.

Я оглянулся. Ряд дверей в коридоре. Только успел на ближайшей к регистратуре двери прочитать надпись "терапевт", как вдруг в конце коридора мигнула лампочка и я ринулся туда подобно собаке Павлова.

В кабинете сидел грузный неприветливый мужик в белом халате. В ответ на моё приветствие, он принялся зло отчитывать меня за то, что я позволил себе придти к нему на прием в верхней одежде.

— Это пиджак такой, заграничный, замшевый, — стал отшучиваться я, поспешно стягивая с себя куртку. – И вообще, у меня куртка больше используется как сумка: много чего нужного и ненужного по карманам распихано.

— Считаете пиджак сумкой? – угрюмо переспросил мужик в халате.

"Психиатр" — догадался я и на всякий случай промолчал.

— Наркотики употребляете? – продолжил допрос доктор.

— Нет, — я отрицательно покачал головой.

— А почему? – вдруг удивился тот.

— Водка лучше! – выдал я старую шутку от Михаила Задорнова.

Но, то ли он так не считал, то ли не был знаком с творчеством известного сатирика, но шутку психиатр не оценил, а лишь молча указал мне на стул посреди кабинета. Я сел. Доктор также молча нацепил мне на голову розовую шапочку для плавания с электродами и приказал закрыть глаза.

Пару минут он чем-то щелкал у меня за спиной, а потом объявил, что, согласно результатам ЭЭГ, состояние моего головного мозга не позволяет мне управлять автомобилем.

Услышав такой вердикт, я конечно, сильно расстроился. Хотя, с другой стороны, многие другие, вон, живут без мозгов и ничего, и даже счастливы и успешны.

Решил, на всякий случай, перепроверить диагноз: как там говорят, два врача – три мнения. Или это про юристов?

Поехал в районный ПНД и снял там ЭЭГ по новой. Получил справку: оказалось – всё хорошо, просто отлично. Мозги есть и даже вполне адекватные.

Вернулся в "Медсервис" у метро, где, размахивая справкой из районного ПНД, спросил у нарколога-психиатра с максимальным использованием традиционной и нетрадиционной морской лексики: "Какого..? "

В ответ тот заявил, что не может считать здоровым человека, входящего к нему в кабинет в верхней одежде.

Я посмотрел на него, на свою справку из ПНД, потом снова на него и понял: мозги здесь, конечно, есть. Но, похоже, только у меня одного.

Многим известно, что зубная боль самая свирепая, её невозможно терпеть. Когда я её почувствовал, у меня совсем не было денег на лечение, но я решил сходить к врачу, мол, вдруг я преувеличиваю. К моему несчастью, стоматолог назвал огромную сумму за лечение. Потерпев боль ещё два дня, пытаясь избавиться от неё народными методами, я психанул и начал настойчиво искать, где бы заработать больше, чем есть.

И вот через полтора года я строю загородный дом, катаюсь на новой дорогой машине и хожу с отличными зубами. Мотивация.

7 интересных фактов о пластической хирургии Южной Кореи

Операция в подарок — обычное дело в Южной Корее. Ее жители почти одержимы стремлением к идеальной внешности, ставшей залогом успехи и удачи в карьере, учебе и личной жизни. Всего 10 лет назад основными пациентами клиник были люди с серьезными травмами, но сейчас изменить себя

В Ногинске учитель английского языка после колоноскопии внезапно перешел на английский и на 40 минут "забыл" русский язык

27-летний пациент отошел от седации и начал исключительно по-английски. Медики позвали его супругу, чтобы она привела мужа в чувство, и он успокоился. Оказалось, у мужчины возникла кратковременная амнезия после наркоза. Спустя 40 минут русский вернулся.

Спроси у любого, с каким цветом ассоциируется хирургия, и все без исключения скажут: с белым. Врач — значит в белом, в белом — значит врач.

Раньше и хирурги оперировали в белом. Но при длительной работе они постоянно смотрят на красные и тёмно-красные ткани, на алую артериальную и тёмно-бордовую венозную кровь. Глаз адаптируется к преобладанию красного цвета, и чувствительность к его оттенкам постепенно снижается. Если после этого перевести взгляд на белую поверхность, могут возникать цветные послеобразы — пятна зеленовато-голубого оттенка.

Зелёный и голубовато-зелёный находятся примерно в противоположной красному области цветового восприятия. Поэтому зелёная или синяя одежда и операционные простыни дают глазам своеобразный нейтральный фон и помогают сохранять способность различать оттенки тканей.

Есть и более простая практическая причина: кровь на белой ткани выглядит чрезвычайно контрастно, тогда как на зелёной или синей она воспринимается менее резко. Это удобнее и для персонала, и психологически спокойнее для пациента, если он случайно увидит использованные простыни или одежду.

Интересно, что переход от традиционного больничного белого к зелёному в хирургии начался примерно в первой половине XX века. Постепенно зелёный, а позднее и синий стали практически символическими "цветами операционной".