Учился я в школе. И был у нас тогда учитель истории-олигарх. Он ездил в школу на горбатом запорожце. Тогда, представляешь. Один-с@ка ездил из всех учителей. Остальные пехом шли. 70-е года тогда были, если че.

Приедет и поставит, главное перед центральным входом, как для насмешки всем. И с понтом потом про гегемонию нам на уроке втирает. Штрейкбрехер, с@ка такой. Но пацаны-то наши пионеры как на подбор были тогда все, главное, на такую фигню не велись. И как большая перемена, все на улицу бегом, покурить, снежки там зимой, если лето – карты, сека, бура, потом бокс, как всегда. Ну и пожрать, конечно, на ходу. Да, макдональдсов ваших тогда еще не было, так перебивались нашими пирожками-ватрушками.

Ну и конечно заодно, брали этот капиталистический запорожец руками человек двадцать-двадцатьпять, поднимали и бережно уносили его за школу.

На раз-два. Там аккуратно ставили. И так каждый божий день. Сука, не вру.

И каждый вечер потом смотрели, как на ступеньках школы хватался за голову и голосил наш незабвенный учитель истории. "с[тыр]или, суки-и-и".

От такого крика сразу ходил в туалет весь наш микрорайон. А мы сидели в школьных кустах, и ржали до не могу.

Сейчас я понимаю, что он был еще и хороший актер. Знал ведь все заранее, наверняка. Но тогда, много ли было надо нам, пацанам. Верили ему. И ржали.

Посвящаю местным бандерлогам. Ваш КаРе.

Когда Пу И, последний император Китая, был свергнут (1 марта 1934), он начал работать дворником и в качестве туриста посетил Запретный дворец, где начал показывать посетителям различные экспонаты, которыми он владел, пока был императором.

Роль рядового китайского гражданина не очень огорчала Пу И. Он занимался тем, что ему нравилось — выращиванием цветов, и работал над своей биографией под названием "От императора до гражданина".

Книга вдруг понравилась Мао Цзэдуну, была издана, широко продавалась. На волне этого успеха в 1961 году Пу И даже вступил в компартию и стал сотрудником Государственного архива, а потом вошел в состав политико-консультативного совета КНР. Новый крутой поворот в его необычной жизни.

Когда он скончался (1967 году, в возрасте 61 года), все расходы на похороны взяла на себя КПК, тем самым выразив уважение последнему императору Китая.

Тело было кремировано.

А нам остается только констатировать, что это был человек незаурядный как в лучших, так и в нелучших своих проявлениях.

P. S. Наглядный пример, что никогда не надо падать духом. В жизни есть падения — есть взлеты, на то она и жизнь.

Ездили на базу в Семикаракорск. Чудное место, домики на две комнаты, каждая на два человека. Мы поехали большой компанией, семьями с детьми. Вечером детей разложили в одном домике, причём самого буйного малыша удалось заякорить только тем, что по его требованию был нарисован ослик ("нарисуй мне барашка"...)

Рисовал ослика-барашка мужик, которого в компании толком и не знали — знали только, чей он муж. Помню, гадали, кто он по профессии.

Взрослые отаборились в другом домике, где наелись шашлыков и напились. Ну, и мужчины так устали, что все остались ночевать там же, в одном домике — более того, в одной комнате, на одной большой кровати.

Ранним утром шестеро ещё не протрезвевших толком мужиков подкинулись от дикого рёва малыша, который стоял в дверях с листиком в руке:

— Он не сможет покакать!

Все сидели охреневшие, и я тоже прибежала посмотреть, у кого там такая беда приключилась.

Оказалось, ослика мужик не успел дорисовать полностью — так, по пояс. Но траву перед мордой нарисовал.

Пока все соображали, мужик молча (и мне показалось, что даже не открывая глаз) взял листик, дорисовал огурец вместо туловища и две палки вместо задних ног и отдал пацану со словами:

— Насчёт ходить ничего пока сказать не могу, но срать будет.

Как выяснилось за утренним пивом, он хирург.

В подростковом возрасте я перенёс операцию на колене. Доктор принёс мне фломастер и сказал пометить кружочком нужное колено, а второе крестиком, после чего вышел из комнаты. Я всё сделал в точности, как он сказал.

А потом дорисовал стрелочки к кружочку и написал "Оперировать тут", добавил больше крестиков на другое колено и надпись "Не трогать". От скуки следующие полчаса я провёл разрисовывая собственное тело и оставляя послания вроде "Аппендикс не отдам", "На что уставился? Колено находится ниже". Я даже попросил свою маму написать у меня на спине что-то вроде "Если ты это читаешь, не та сторона. Переверни. "

Когда появился анестезиолог, я успел накрыться простынёй. Рассказывали, что я нёс всякую чушь перед тем, как отключиться, но это уже другая история. Операция прошла успешно, на ночь пришлось остаться в больнице. Позже доктор зашёл проведать меня и рассказал, как я умудрился сорвать им график операции.

В общем, когда персонал снял простыню и прочитал те самые пометки, то все рыдали, не переставая, минут десять. Наконец, успокоившись, с большим трудом взяв себя в руки, они стали меня переворачивать, чтобы положить на операционный стол... И тут увидели последнюю надпись...

В итоге, операция началась аж на полчаса позже запланированного, и всё благодаря моей любви к рисованию.

Ресторанный бизнес — наше семейное ремесло. Только вот я кондитер. Никогда не имел интереса к ресторанам как таковым. В управлении полный ноль. Я не лидер, вести за собой людей не могу, принимать тяжёлые решения, от которых зависят мои подчинённые, не хочу. Мне нравится делать сладости, но никак не пахать 24/7, чтобы поддерживать рестораны рентабельными. Если бы так вышло, что мне достались все 5 ресторанов, не думая, продал бы всё под чистую, т. к. я бы их только погубил. Родители в шоке, не понимают и не хотят признавать это. Связь со мной разорвали.

Уехал в небольшой городок, где проживал мой бывший одногруппник. В складчину открыли кондитерскую. Он управляет, я делаю сладости и ставлю подписи на важных бумагах. Все счастливы. Имеем большой успех у местных. По вечерам все столы заняты. Пирожные и тортики разлетаются на ура. Никакого управленческого геморра и давления, только моё любимое занятие и очень приличная выручка.