По одежке встречают.
Юрфирма. Прошлая зима. Утро. Сотрудники забегают в двери и рассыпаются по клетушкам "опена". На ресепсе занимает пост строгая красавица Динара, работающая с июня.
И тут в дверь заходит дед. Классический деревенский дед — желтоватый заиндевелый тулуп с меховым воротником высотой в небоскреб, разлапистая меховая шапка, которая свешивается на уши и лоб развитыми боковинами, бесформенные толстые штаны поверх ботов типа "прощай молодость". Плюс то ли шарф, то ли платок из серой шерсти, намотаный так, что только глаза видны. Единственная деталь, не вписывающаяся в образ, — городской рюкзачок.
— Здравствуйте. — произносит Динара, уже четко усвоившая (после пары головомоек), что "хоть пьяный-сраный, а клиент, и возможно с чем-то прибыльным. " -Вы по какому вопросу?
— Здрассте, Дина. Я это, на работу, типа, иду.
Процессор Динары зависает, о чем сигнализируют хлопающие ресницы. Голос одного из ведущих спецов — а внешность чуть ли не бомжацкая!
"Дед" подмигивает королеве ресепса, проскакивает в офис и начинается чудесное превращение. Тулуп — на деле старая дубленка — и шапка сбрасывается на жалобно скрипнувшую вешалку, туда же вешается серый толстый шарф. Пока еще чучело выхватывает из рюкзака лаковые туфли и ныряет в туалет — снять штанищи, клочковатый свитер и сменить обувь. Вуаля! И вовсе то не дедушка с деревни, а Александр Константиныч, умница-разумница, юрист по наследствам.
Процессор перезагружается:
— А. К. , но почему вы так жутко оделись?
— Динарочка, солнышко, посмотрите за окошко — на улице зима. В городе минус семнадцать, у меня в деревне — минус двадцать пять, рядом речка. Холодина с сыростью. Утром у меня тупо не завелась машина и пришлось идти на электричку. Хорошо, что я не выкинул старые вещи папы...
* * *
Чёрные грязи
Тульская область. Уютная деревенька с интересным названием –
Чёрные грязи. Еду скромно, не балуюсь – 60км. Ни о какой разметке и речи быть не может — Чёрные ведь грязи. Ба-бац! Стоит с радаром. И пользоваться видимо умеет. Лицо приятное такое, глаза умненькие. Вы, спрашивает, Антон Иванович, с какой скоростью
двигались?
— Нисколько не вру, но не более чем 60 км/час.
— Это правильно, говорит. Но ведь быстрее, чем 40?
— Да, немного побыстрей.
— А помните, спрашивает, на въезде в наш населённый пункт, знак ограничении 40км?
— Честно не помню.
— А не хотите пешком пройтись, посмотреть и вспомнить?
— А как Вы считаете, Ваше это предложение вполне корректное? Или я что-то отрицаю или веду себя вызывающе?
Смущен. Не зря мне его мордочка понравилась.
— Но ведь Вы нарушили скоростной режим.
— Раз Вы знаете, что знак там висит, значит нарушил.
— Я Вас обязан как-то наказать.
— Раз обязан — значит наказывайте. Но как?
— А как бы Вы хотели?
— Я считаю, что с учётом всех сложившихся обстоятельств достаточно сделать мне замечание. Или даже выговор.
— Да нет, говорит, нарушение серьёзное. Буду составлять протокол.
Согласны?
— Ну как тут не согласиться. Конечно, согласен. Ведь на штраф на месте
Вы не согласитесь. Так?
— Почему это не соглашусь?
— Да потому, что даже дети знают, что это самая настоящая взятка. А Вы ведь не взяточник?
— Нет, конечно! Не взяточник.
Оба ужасно огорчены. Оба хотим как лучше, но ничего на ум не приходит.
Он возвращается к протоколу, глядя в это время не на бумагу, а на меня.
Пожимаю плечами. Он продолжает на меня смотреть, а бланк протокола уже на его планшете. Ручка шариковая готова к выстрелу.
— Знаете, – говорю — и протокол честно не хочется, и не хочу толкать Вас на преступление. Предлагаю выход.
— Какой?
— Вы отдаёте мне документы и я тихонечко уезжаю. Вот увидите, что после этого у нас у обоих будет очень хорошее настроение.
Он подумал, улыбнулся, протянул мне мои корочки и пожелал счастливого пути.
До чего мне было приятно. Да и ему наверняка. Дай Бог ему здоровья.
* * *
Я pаботаю сейчас в сектоpе некнижных носителей кpаевой наyчной yнивеpсальной библиотеки, известной в наpоде под именем Леpмонтовка. Я всегда знал, что сpеди людей много идиотов, но чтобы столько... и таких...
Заходит женщина.
— У Вас есть глобальная компьютеpная сеть Интеpнет?
— Есть.
— А там пpо
экологию есть?
— Есть.
— Сколько стpаниц?
—!!:) Полагаю, что несколько миллионов.
— Ой... Почемy? Мне столько не надо. Мне бы стpаниц тpидцать...
— Вам pефеpат, что ли, нyжен?
— Да. Мне нyжна глобальная компьютеpная сеть интеpнет. И чтобы пpо экологию было. Для стyдентов.
— Так... "Глобальная компьютеpная сеть интеpнет" — это тема pефеpата?
— Да... Только чтобы ещё пpо экологию было... И чтобы тема была достаточно pаскpыта...
— Hасколько pаскpыта? Какой ypовень?
— Hy, для стyдентов экологического колледжа...
— Вот что... Hапишите мне заказ. Укажите темy, пpимеpный объём, план... И yкажите, что должно пpевалиpовать — интеpнет или экология...
— Ой... Я так не понимаю... А можно мне самой посмотpеть?
— Сейчас нет. Клиентский компьютеp y нас yже закyплен до завтpашнего полyдня. Если хотите, могy записать Вас на завтpа. Умеете в интеpнете pаботать?
— Hет... Hо там же, навеpное, написано, какие кнопки нажимать?
— Какие кнопки? Где написано?
— В интеpнете...
— Ясно... Видимо, сами Вы ничего не найдёте... Оставьте заявкy...
— Только, молодой человек... Вы могли бы побыстpее... Понимаете, мне надо стyдентам по этой теме сессионнyю контpольнyю дать...
—?
— ... Дело в том, что я инфоpматикy пpеподаю...
—???!!!
Ох...
* * *
Начальство — как дети: оно хорошо, только когда спит зубами к стенке. А у нас в отделе был один начальник бешено кипучий, озаряемый вспышками идей внезапно и в произвольный момент времени. Вдобавок, он был мастер спорта по альпинизму и усталости не знал. У него-то и работал мой приятель Коля. Коля — выраженный флегматик, что не мешало
ему смотреть в корень и отыскивать радикальные решения (в частности, орущей по весне кошке он предложил удалить голосовые связки).
Но тут задача была потруднее. Дело в том, что архитекторы, строящие НИИ, ничего общего с зодчим Росси не имеют. А в Колиной комнатушке они изобрели огромную дверь, которая открывалась внутрь, описывая широкую дугу. Дуга эта упиралась своим концом в Колин затылок при любом мыслимом расположении стула. Надо ли объяснять, что начальника мой приятель старался отличить по шагам в коридоре и, когда тот с разбегу врывался, успешно уворачивался -страдала только спинка стула. Но это дело ему надоело, и он изобрел сатанинскую штуку, которой нет ни в одном компьютерном лабиринте: он пробил шлямбуром дырку в полу, вставил вертикально стальной пруток, а чтобы дверь не пострадала, одел кусок вакуумного шланга (кто не знает - толстый такой упругий резиновый шланг). Якобы, сделал упор-ограничитель. Система била без промаха: дверь легко и бодро распахивалась наполовину, а затем резко и почти без звука меняла направление и возвращалась входящему по очкам. Я увернулся, я входил не спеша, и я моложе. Колин шеф, понятно, так не смог. Очередная светлая идея вылетела из его зазвеневшей головы обратно в коридор.
Ну, штырь Коля, конечно, вынул, но дело было сделано, и начальник после этого посещал его неохотно, и едва ли не стучался.
* * *
Недавно разобрал свою беспроводную мышь (ну там кнопочка сломалась, решил поменять) и обнаружил интересную вещь — в мышь установлено 2 пальчиковых батарейки, но соединены они не последовательно, как по и дее и делают, когда в девайс пихают несколько батареек. И даже не параллельно. Там что-то типа гальванической развязки — одна батарейка питает собственно саму мышиную схему, а вторая занимается работой приемно-передающего устройства (мышь беспроводная, напомню)
Та вот, когда вторая батарейка села, первая еще только наполовину разряжена. Если поменять их местами еще можно довольно долго работать — заряда уже севшей батарейки вполне хватает для функционирования схемы.
Собственно история —
Сижу с клиентом, что-то ему демонстрирую на мониторе, показываю, доказываю, объясняю. Тут всплывает сообщение, типа батарейки сели, срочно менять надо.
Я, без всякой задней мысли говорю клиенту
— Подождите минуточку, у мыши батарейки сели, сейчас поменяю и продолжим.
При нем же открываю мышь, достаю батарейки. МЕНЯЮ ИХ МЕСТАМИ. Закрываю мышь. Продолжаю работать. Боковым зрением вдруг улавливаю совершенно обалдевшее лицо клиента. Даже боюсь предположить, что он при этом думал.
Айтишные истории ещё..
