автомобилей авторитета ему не прибавляли. Требовалось РАЗБОЙНОЕ НАПАДЕНИЕ. По рассказам старших товарищей, это можно было легко сделать, избив и ограбив какого-нибудь пэда, которые тусуются у Большого и у памятника героям Плевны, что старшие товарищи неоднократно проделывали. Решив, что у Большого пе[тух]ы ушлые и отвести их в сторонку (ну не прессовать же гомоса на глазах у ментов!) не удастся, наш герой в одиночку отправился вечерком к памятнику героям Плевны, что за Политехническим музеем. План, созревший в его бритой голове, был предельно прост: прикинуться съемным мальчиком-зайчиком, потусоваться на пятачке, пока не подойдет клиент, договориться об оплате авансом, получить бабки, пару раз сунуть клиенту в репу и убежать (поскольку качком он был начинающим и мог запросто быть избитым гомоc@ками). Первая часть плана удалась на славу: через пять минут ожидания к нашему герою-любовнику подвалил дяденька лет 55-ти, после короткой беседы цену интим-услуг определили в сто баксов. Дяденька сам предложил посетить ближайший подъезд жилого дома для передачи денег и однополой любви. В полутемном подъезде дяденька доверительно сказал юноше, что денег ему вовсе не жалко, но он боится, что сладкий котеночек его кинет. Поэтому им был предложен такой вариант передачи: парень спускает штаны и наклоняется, а дядька передаст ему сто баксов через плечо. Это нашего героя не смутило, он сразу представил себе следующую лихую комбинацию: дядька дает ему баксы, он одной рукой их хватает, локтем другой руки бьет дядечку в солнце и, подхватив портки, убегает. Как только будущий бандит спустил штаны и наклонился, дядька КРЕПКО СХВАТИЛ ЕГО СЗАДИ ЗА ЯЙЦА и не торопясь жестко совершил свое грязное дело, после чего оставил в подъезде ох@@вшего и о%;: аханого пацана и спокойно удалился. Естественно, не расплатившись. С тех пор на одного бандита-культуриста в нашей качалке стало меньше.

пауза, легкая стадия офигения)

— Ну привет, урод...

— Как дела?

— Да нормально..

— Давно пришел?

— Да с полчаса назад (дед ходил в магазин).

— Бухать пойдем?

(задумчивость)

— Пойдем.

— Бабки есть?

— Ща гляну...

Дед на полном серьезе идет проверять наличие денег.

— Ну, лар 50 есть (грузинская валюта).

— Отлично! Ща я приду.

— Ну давай.

— А предков дома нет?

(офигение возвращается, так называемые "предки" умерли лет за 10 до этого).

— Нет.

— А не придут?

— Не, точно не придут.

— А дед у тебя вроде дома был...

— Да нет, он умер!

(начинается офигение на другой стороне)

— Как умер?

— Да так!

— Так я же его седня видел?

— Да он у меня еще в 43-м умер!!!

(апофеоз, 30-ти секундная пауза)

— Ээээ... Ааа... Ааа Ираклия можно?

ответ получишь только уважительно-завистливые взгляды. Это слово означает профсоюз. Я отработал в таких фирмах 14 лет.

Исторически профсоюзы были прогрессивным изобретением, сильно урезавших издевательства над людьми. Но вот к 90м большинство их требований стало государственными законами. А профсоюзы остались, и продолжают множится. Их главная привлекательность состоит в очень тяжелой процедуре увольнения работника. Обратной стороной стала незаинтересованность в качестве работы. В мою бытность в университете (где параллельно существовало аж 8 профсоюзов) я сталкивался с тем, что уборщики чистили только пол. Когда я показывал их начальнику паутину на потолочных светильниках и по углам вроде бы очищенных помещений, тот сетовал, что его подчиненные не замечают ничего выше уровня глаз. А так как большинство из них маленького роста... и так далее. И сделать, мол, он ничего не в силах. Он же однажды обмолвился, что однажды уборщики потребовали, чтобы пылесосить стали электрики, потому что пылесос работает от электричества.

Комплайн, или гриванс (жалоба), кстати, это очень распространённое средство достать руководство. Они пишутся по любому поводу, и требуют рассматривания специальной группой. На что уходит полдня болтовни, и прекращения работы.

Кстати, об электриках. Мой хороший знакомый попал на работу в госпиталь после нескольких лет на крупном штамповочном заводе. Ну, там где опоздание на минуту влечет урезание зарплаты на полчаса, и где отказ приехать на аварию в выходной означает увольнение, и где камеры смотрят, как часто ты разговариваешь с другими. Так вот, в этом госпитале он едва избежал увольнения еще на испытательном сроке. Ему поручили работу, которую тот легко выполнил за смену. О чем и сказал новым коллегам. Но на следующий день к нему подошли два профсоюзных фюрера, и пояснили, что он во время этого задания залез в обязанности механика, сварщика, слесаря, и специалиста по автоматике, сделав их работу. И поэтому занимать такая работа должна неделю. А то и две. И что после второго такого залета его выпрет сам юнион.

А вот про другого электрика, делавшего хорошие деньги на вызовах из дома, рассказывали, что после его внезапной смерти обнаружили серию таймеров, отключавших освещение и разное оборудование во внеурочное время. Переработки (овертайм) очень ценятся за быстрые деньги и отсутствие контроля.

Сам я тоже сперва по незнанию вызвал гнев, всего лишь спросив на собрании, где можно посмотреть расходы наших профсоюзных взносов (а это была сотня баксов в месяц). Испепелив взглядом, мне ответили, что у меня нет допуска к подобной информации. Гораздо позже шепнули, что, кроме страховки на время возможных забастовок, этот фонд уходит на предвыборные кампании нужных политиков, отмазок от обвинений, и красивую жизнь для профсоюзной верхушки.

Профсоюзы обожают грозить забастовками. Например, учительский профсоюз (который признал недавно, что заставлял своих членов голосовать за дурачка нашего), делает это регулярно. Объявляя об этом четко за неделю до начала занятий. Как только его требования выполняют, немедленно объявляет о забастовке профсоюз помощников учителей. Без них тоже учить нельзя (ведь не будет же учитель сам стирать доску!), и конвейер прожирания налогов крутиться дальше...

Одна из главных заповедей профсоюза — это выслуга лет (сеньорити). Это означает гарантированное повышение зарплаты, удлинение отпуска (для обычных работ в Канаде это только две недели в год), и пенсию (могущей достичь уровня заработка). Список возглавляют люди со стажем в 30-40 лет, которые выбирают самую легкую работу (или могут вообще ничего не делать), и которых невозможно выгнать. На одной из работ я столкнулся с одним таким "сеньором". Коллегой по специальности. И редким бездельником. В том месте единственным способом заработать больше была работа по выходным. На которые я часто выходил. Но каждый раз, в понедельник, это хрен запускал жалобу, что он, как старший по выслуге, должен был приглашён на переработку первым. И каждая жалоба заканчивалась немедленной денежной компенсацией ему в размере моего заработка за этот выходной. Юнион!

Другой пример был еще круче: бухгалтер (от которого несло перегаром каждое утро и каждый обед) после очередной ссоры с начальством объявил о своем психологическом срыве, и исчез на полгода. Вернувшись, он получил все невыплаченные ему деньги. А через месяц снова исчез, и пока не появился. Думаю, что финт ему снова удастся.

Устранение страха перед увольнением неизменно ухудшает качество. Это было ясно еще в СССР, но кого волнует чужой опыт! Да и как правильно ответить, что важнее: комфорт на работе сейчас, или выживание предприятия в будущем? Я не знаю. С одной стороны, неплохо бы очистить коллектив от мусора, а с другой — жаль людей старше 45, которых выбрасывают только за естественную слабость...

В Канаде фонд зарплаты составляет довольно чувствительную часть затрат. Возможно, по этой причине Тойота и Хонда, где нет юниона, более успешны, чем американские компании с профсоюзами. Я уже не говорю о китайских автоконцернах.

Так что скорее всего, Маск прав.