путешественники.

Решающий перелом случился буквально за три года, и произошел он так стремительно, что весь мир до сих пор обсуждает этот феномен.

Никакого мяса, рыбы и птицы

Для большинства из нас нормальный рацион немыслим без рыбы, мяса или хотя бы птицы. Но представьте, что вы лишены всего этого пожизненно. День за днем на вашей тарелке только рис, макароны и кукурузная лепешка, напоминающая лаваш.

Ни кусочка белка, ни витаминов. Просто однообразная еда, от которой организм медленно слабеет. Именно так сейчас питаются десятки тысяч преступников в Сальвадоре, и это не случайность, а часть новой тюремной политики. Н

CECOT это настоящий город-тюрьма, построенный из огромных металлических ангаров. Внутри камеры, куда набивают сотни заключенных. Кровати из железа, по четыре яруса, всего два туалета в виде дырок без стен на сотню человек, постоянный свет, который не гаснет даже ночью.

Раз в неделю есть короткая прогулка по коридору длиной всего десять метров. И всё. Для многих это навсегда: отсюда не выходят.

Короткая прогулка по коридору и обратно в камеры

Когда журналистов впервые впустили внутрь, они увидели то, что теперь регулярно показывают по телевидению во всем мире: полуголые молодые мужчины, сплошь покрытые татуировками, сидят в тесных рядах, с пустыми глазами, у которых впереди нет ни малейшей надежды на свободу.

Еще недавно Сальвадор был страной, куда лучше не приезжать даже транзитом. Грабежи, убийства, бесчинства банд и всё это было нормой. Но после 2019 года началась эпоха президента Найиба Букеле. Он принял решение, которое одни называют гениальным, а другие – жестоким.

Он взял под контроль все тюрьмы страны и построил новую, самую большую во всей Америке. Туда отправили 40 тысяч человек – самых опасных и беспощадных. И, как он сам подчеркнул, они никогда не выйдут наружу.

Самое жуткое в том, что искать этих людей даже не приходилось. Члены двух главных банд сами рекламировали свои преступления. Они наносили татуировки, где отмечали количество убитых.

Чтобы попасть в группировку, иногда нужно было убить собственного родственника – такое было правило посвящения. Это звучит как дикий вымысел, но это подтверждают сами бывшие бандиты в интервью, которое записали журналисты.

Так что полицейским оставалось только ловить тех, кто добровольно расписал свое тело татушками, как визитную карточку.

Побег невозможен

Никакой надежды на побег. За каждой группой охранников следят другие охранники, за ними еще одна служба, а сверху над ними военные. Все понимают: любое нарушение или попытка взятки немедленно станет достоянием мировой прессы.

Даже охраннику, решившему закрыть глаза за деньги, грозит то же самое место в этих камерах. Система выстроена так, что сбежать невозможно.

Результат этой политики ошеломил мир. С 2019 по 2023 годы уровень убийств и других тяжких преступлений сократился в пятьдесят раз. Для Сальвадора это настоящая революция. Люди впервые за десятилетия начали спокойно выходить на улицу, а туристы стали приезжать в страну. Президент Букеле превратился в национального героя, хотя методы его работы и вызвали жаркие дискуссии.

Ни единого зерна риса

Разумеется, у банд остались связи на воле. Оттуда регулярно звучат угрозы в адрес властей. Но однажды президент выступил по телевидению и сказал: "Если хотя бы один честный гражданин пострадает, заключенные не получат даже зерна риса!". Это прозвучало как приговор, и с тех пор угрозы заметно поутихли.

Правозащитники критикуют подход: мол, не все люди с татуировками действительно виновны. Но в условиях, когда страна десятилетиями задыхалась от террора, правительство выбрало радикальное решение.

Сальвадор сегодня это пример того, как можно переломить судьбу государства всего за три года. Да, метод жесткий, бесчеловечный, без мяса, без рыбы, без надежды. Но именно он вернул жителям безопасность, а стране шанс на развитие. А как думаете вы? Это оправдано или слишком жестоко?

в этом. Нужно знать где, что и когда покупать. Многие просили мастер-класс показать. И только одному удалось в этом действе самому поучаствовать.

Когда готовились к празднованию НГ, ни у кого не было сомнений, кого за фруктами командировать. Выпросил себе помощника, потому как тягать много придется.

Сослуживца, коего мне вырядили, заранее предупредил:

— Где и что покупать, выбираю я. С торговцами не общаться, на понравившееся слюни не пускать. Если спрошу мнение о товаре — ругай.

Сказал и забыл.

Приехали на Выхино, зашли на рынок. Подвел его к первым рядам: "Цены запомнил? А теперь смотри, почем я брать буду. "

Прошли весь рынок. Ближе к дальним рядам у него округляются глаза. Тихо шепчет мне:

— Таки да. Здесь брать будем?

— Погоди. Ты еще сладких цен не видел.

Я знал, куда идти. Пройдя рынок насквозь, попали на оптовый рынок. Где торгуют прямо с машин. Раньше действительно торговали только ящиками. Потом постепенно перешли на розницу, ибо по скорости не сильная морока и геморроя не так много. Да и одно другому не мешает. Народ уже давно фишку просек и ходил напрямую туда. Там намного многолюднее, хоть от метро заметно дальше. Торговаться при таких ценах я даже и не думал. Искал что получше. Нашел, выбрал, спросил мнение коллеги, напрочь забыв, о чем его предупреждал:

— Вроде ничего яблоки. Как думаешь?

— Да ну на фиг. Совсем сдурел. Пошли отсюда.

Коллега настолько вжился в роль, что я не почувствовал подвоха.

— Так вроде нормальные. Что не так-то?

Несчастный торговец. Где-то с минуту слушал наши препирательства, переводя взгляд с одного на другого. Больше тяготея ко мне, нежели к оппоненту, он решил прекратить наши споры.

Обращаясь ко мне:

— Дорогой. Видно, что человек ты добрый, хороший. Столько-то уступлю. Бери товар, не пожалеешь.

Уже когда взвесили, расплатились и отошли, спросил у коллеги причину его негодования.

— Дык. Ты ж вроде сам велел ругать товар.

— Мда... А я и забыл...

Оба ушли с рынка несколько озадаченные. Он с чувством восхищения моим умением торговаться, ибо все, что произошло, принял за ловкий психологический трюк. А я с некоторым удивлением, какие артистические таланты могут раскрыться в человеке в нужный момент.