Дело было в 60-х годах. Два сотрудника одного подмосковного предприятия, Поммер и Смирнов, поехали в длительную командировку на один из уральских заводов.

Эх! Славные застойные командировки. После работы в гостиницу. Курица сваренная минимум три раза в чайнике (два раза пьется бульон, на третий съедается сама курица), из развлечений — тусовка "Для тех кому за 40". И что закономерно, командировочные кончаются очень быстро. Через три недели бедолаги отправились на почту и на последние деньги дали телеграмму на родное предприятие — "Высышлите деньги" Поммер, Смирнов.

В пути телеграмма видно попала какой то очень грамотной телеграфистке и пришла на предприятие в таком виде — "Вышлите деньги" Смирно умер.

Шокированная общественность собрала деньги и выслала на Урал делегацию. Приехали, заходят в номер, а умерший с Поммером курицу доедают. Радости у всех небыло предела.

Решил как-то раз выгулять я дочу, благо как раз воскресенье было, взяли мы с собой её двоюродного брата (такая же мелочь), сходили в кино. После просмотра оголодавшие выгуливаемые затребовали кормления в кафешке. Сидим, потребляем вкусняшки, а за соседним столом сидит компания, будто бы прямо из девяностых — качки в мастях и по понятиям все. Рядом с нами стоит музыкальный автомат — типа суёшь в него денежку, а он тебе за это песню поёт. Соответственно все песни исполненные им при нас тесно связаны с Владимирским Централом и всякими крестами. Неподалеку культурно отдыхала компания студентов, и было видно, что этот репертуар им вообще никуда. Вскоре студенты собрались уходить и один из них сделал крюк к автомату, что-то там заказал и ушел. Следующей песней был "Голубой вагон". Блатные ломанулись к автомату, но он не выключается, пока не доиграет песню. После этого к автомату не подпускался никто.

Работаю секретарем. Сейчас со мной произошла реальная история, правда началась она еще на прошлой неделе...

Короче, звонит тетенька какая то, я говорю:

— "Добрый день, компания ***", она говорит:

— "Валентину Ивановну можно?",

Я – а она кем работает?

— а это разве не квартира?

В тот день мы зашли вместе домой к коллеге, который за мной ухаживал, чтобы забрать инструменты для мелкого ремонта у меня дома. Он всегда вёл себя, как джентльмен — был вежлив и заботлив, просто чудесный мальчик. Я уже несколько дней, как на всё согласная, и думаю, что этот мальчик может делать со мной всё, что захочет. Пока были у него, преподнёс букет огромных белых роз, укрыл своей кофтой, чтобы не замерзла. Собрались выходить. Одеваясь в коридоре, он пригнулся, надел ботинок, выставил ногу вперед, и сказал:

— Танюш, завяжи шнурки. Я смотрю на него, на его развязанный ботинок, на букет, который держу двумя руками, и соображаю, куда мне его деть, чтобы завязать мальчику шнурки. Видя моё замешательство, он добавляет:

— Наступишь же, споткнёшься и упадёшь. И показывает пальцем на мои кеды с болтающимися шнурками, продолжая завязывать свои ботинки. Хорошо, что я слоупок — не успела отложить букет и броситься завязывать мальчику шнурки. Хорошего человека напугала бы. А так он ещё несколько недель не знал, какая я неадекватная.