анекдотов.net / К вопросу об автоматике или что такое положительная обратная связь.  Надумали в нашем доме коммуналь..
Главная Анекдоты Истории Фото-приколы Шутки
😜 😎 😉 🙂
6 июля Анекдоты Истории Фото Шутки

"К вопросу об автоматике" или "что такое положительная обратная связь".
Надумали в нашем доме коммунальщики бороться за экономию. То есть, чтобы подъездное освещение автоматически включалось, когда на улице темнеет и отключалось, когда на улице светло. Под козырьком одного из подъездов приляпали фотоэлемент, сделали автоматику, а в подъезде поставили огромный автомат, который, собственно, все включает и выключает, но при этом производит "Бабах! " с громкостью взрыва снаряда.
Проверили (методом прикрывания фотоэлемента ладошкой) — все отлично работает. И пошли по домам.
Наступает вечер. А дело было в разгар лета и темнело поздно, где-то часов в 23, люди уже спать начали ложиться.
Итак, наступает вечер. "Ага! " — думает умный фотоэлемент — "стало темно, пора включать! ". И включает. Огромный автомат делает свой взрывоподобный "Бабах! ", от которого весь дом аж подпрыгивает — и включается подъездное освещение. Все прекрасно.
Но под козырьком того же подъезда (то есть, рядом с фотоэлементом) тоже висит лампочка, и она тоже включилась. "Ага! " — думает умный фотоэлемент — "стало светло, пора выключать! ". И выключает. Огромный автомат снова делает свой "Бабах! ", дом снова подпрыгивает — и освещение выключается.
"Ага! " — думает умный фотоэлемент — "стало темно, пора включать! ". И снова включает... снова бабах! снова стало светло...
Дальнейшее понятно — эти "бабахи" с интервалом в несколько секунд и с непрерывным подпрыгиванием всего дома продолжались до глубокой ночи. Пока кто-то из технически грамотных жильцов не сообразил, в чем дело и не расколошматил эту лампочку кирпичом. Дом, наконец, заснул.
На следующий день приходит комиссия принимать работу — и видит, что лампочка разбита. Непорядок! Электрики быстренько вкручивают новую, демонстрируют работу — все довольны, все отлично.
Наступает вечер. "Ага! " — думает умный фотоэлемент — "стало темно, пора включать! ". И снова начинаются бабахи с последующим разбитием лампочки.
Борьба электриков с жильцами за целую/разбитую лампочку продолжалась еще несколько дней. Пока кто-то совсем уж технически умный не приляпал к фотоэлементу жестянку, чтобы свет от этой лампочки на него не падал.
И воцарилась благодать!
Лучшие анекдоты из жизни
* * *
* * *
КАПУСТА
Казалось бы, ерунда, каких-нибудь девяносто километров от Москвы, но добирались мы туда по пробкам часа четыре, когда приехали, уже окончательно стемнело, так что, снимать получилось только в квартире.
А вот и древняя пятиэтажка, в которой с самого утра: волновался, пудрился и прихорашивался, настоящий белорусский партизан Вера Сергеевна.
Я был уверен, что Вера Сергеевна, как гостеприимная хозяйка, потащит всю нашу группу за стол, а потому заранее хорошенько подготовился. С собой мы прихватили то, что пригодится в хозяйстве любой бабушке: здоровенную пачку хорошего чая, сгущенку, пару килограммов разных леденцов, литровую банку меда и немеряное количество мятных пряников.
Вера Сергеевна оказалась очень приятной, миниатюрной старушкой, в белой нарядной блузе и сером жилете с орденскими планками. Когда она увидела нашу огромную камеру, аж за сердце схватилась. Очень уж она боялась сниматься, а чтобы немного успокоить героя, начать мы решили с толстых плюшевых альбомов, где бережно хранились фотокарточки грустных партизан, худющих лошадей и каких-то деревенских родственников.
Потихоньку наш белорусский партизан — Вера Сергеевна немного оттаяла, осмелела, свыклась с камерой и начала рассказывать о таких страшных и будничных военных вещах, что делалось как-то не по себе. Даже оператор иногда не выдерживал и шептал из-за камеры: — «Да как же так? » «Вот ни черта себе! » «Это уже какой-то, ну совсем…»
Всем нам еще раз хотелось снять шляпу перед этой маленькой старушкой, с простодушной улыбкой. Просто не перестаю удивляться – как же тяжело им досталась победа.
Вера Сергеевна рассказывала, например:
— Наш партизанский отряд был не обычный, а боевой.
— Извините, «боевой» – это в смысле — героический?
— Нет, боевой – это – боевой. Дело в том, что на десяток партизанских отрядов, боевых приходилось всего три, или четыре.
— А остальные, что же?
— Остальные просто сидели в лесу тихо как мышки, и пережидали — когда, наконец, война закончится сама собой.
А мы — боевые отряды, все время совершали разные вылазки и диверсии, убивали немцев — охранников железной дороги, разбирали пути, в общем — пакостили, как могли.
Боевые партизанские отряды не любили обычных партизан, а те ненавидели нас…
— Извините, но то, что вы не любили их – это понятно, но им-то за что вас ненавидеть? Вы же воевали за них, пока они просто отсиживались.
— Ну, что вы, если они кого из наших в лесу ловили, то и убить могли. Бывало, целые делегации на переговоры к нам посылали, дескать – сидите смирно, как мы и не воюйте, красная армия и без вас придет и немцев прогонит.
Ведь после каждой нашей боевой вылазки, фашисты сатанели и посылали в лес большие отряды карателей. А те уж не разбирались – кто боевой, а кто просто отсиживался в землянке и грибы сушил…
Еще она рассказывала, как ходила в деревню на разведку и в маленькой плетеной корзиночке всегда брала с собой гранату, чтобы живой не попасть в плен.
И вот однажды, она вернулась в отряд только поздно ночью, босая, без юбки и прижимая к себе гранату «деревянными» руками.
В деревне девушку Веру остановили немецкие солдаты, что-то спросили, да и пошли себе дальше, но Вера, с перепугу, уже успела незаметно выдернуть чеку, оставалось только отпустить рычаг.
Чеку обратно вставить не сумела, так потом и вернулась с гранатой в онемевших в руках, а ботинки и юбка утонули в болоте (руки-то были заняты) сил не было даже от себя гранату отбросить…
После съемки хозяйка позвала всех к столу и налила чаю. Ей очень хотелось угостить нас не только тем, что мы сами принесли, но и чем-то своим. Я краем глаза видел, как Вера Сергеевна достала из холодильника какую-то кастрюльку с супом. Постояла, подумала и, видимо постеснявшись его предложить, убрала обратно в холодильник.
Тяжело было смотреть на это. Детей у старушки никогда не было, так что теперь, в свои восемьдесят с гаком лет, рассчитывать она могла только на себя и свою пенсию…
Вера Сергеевна, вдруг что-то вспомнила и воскликнула: — «Вот я балда, у меня же есть! » Она проворно встала на коленки и из-под стола вытащила трехлитровую банку с квашеной капустой:
— Вот, я вас сейчас своей капусткой угощу, у меня ее много насолено.
Мы не отказались.
Сидим, хрумкаем и хозяйку нахваливаем:
— Интересная у вас капуста, необычная, но очень вкусно. Почему-то морковки в ней не меньше, чем самой капусты, интересный рецепт. А нарезано-то как мелко, просто идеально.
— Да, там и капуста и морковка и яблочки и огурцы и лук, даже помидоры иногда попадаются. Всего понемногу.
— Ну, помидоры, еще ладно, но огурцы и лук в квашеной капусте зачем? Странное сочетание. Без огурцов, скорее всего, будет лучше, а то уже какая-то окрошка получается…
— Да, вы правы, без огурцов было бы лучше, но не беда, и так есть можно. Правда ведь?
Эту капусту мне сосед приносит и денег не берет, дай ему Бог здоровья. Он в электричках продает разные овощерезки, и на овощах показывает людям – как оно работает. За день, пока по вагонам ходит, целую сумку настрогать может, хоть и вперемешку все, да мне, старухе, и то за счастье…
…Мы молча доедали свою капусту и пытались скрыть что нам отчего-то было невыносимо стыдно…
* * *
* * *
Расказал эту историю наш водитель. Дед его во время Отечественной танкистом служил, механиком-водителем на доблестной "тридцать четверке" воевал. Машина эта в те времена была чудом техники, Гансы за ней охотились дабы разобрать и какое-нибудь "ноу-хау" спионерить.
Так вот по существу...
После крупного танкового сражения (уже не помню где) на поле боя среди гор покореженной техники застрял танк нашего героя.
Застрял по пустяковой причине: срезало ему гусеницу, да и застрял он в грязи.
Экипаж гусеницу-то натянул, да выбраться не может, так как новая проблема - сели аккумуляторы и не заводится. Сидят, ждут подмогу, матерятся.
Как я уже говорил, очень немцам танк этот нужен был, даже отпуск внеочередной давали, кто его притащит в плен или как металлолом. А в отпуск кому же не хочется? Да еще когда вроде бы брошенный танк посреди поля стоит? В общем, на "Тигре" подкатили, буксир привязали, дернули...
Заводили машину с "толкача" когда-нибудь? Знакомо? Вот наши-то под шумок передачу-то и включили...
Бензиновый движок "Тигра" для вида попробовал потягаться с советским дизелем, но тщетно (владельцы дизельных джипов поймут), да и башня нашего "34-го" все-таки вперед была повернута, пушкой прямо немцам в затылок.
В общем, съездили в отпуск... Наши.
* * *
* * *
Может, если коты приелись, то другой кто подойдет? У меня вот однажды киндерсюрприз пернатый был.
Мы шли как-то с папой по росе, по лесополосе. Вдруг из-под ног кто-то вышмыгнул. Смотрим — птенец типа цыпленка. В пуху еще, пестрый, а на спине — так вообще полоски, как у бурундука. "Куропатка! " — сразу определил папа и сказал: "Смотри и слушай, где-то должна быть мать с остальными. " Мы стояли-стояли, слушали-слушали — нигде ничего. Взяли куропатенка с собой, принесли в квартиру. У мамы приключился когнитивный диссонанс, а когда он отключился, то говорить что-то за или против не было смысла. Птиц остался. Был наречен Прохором.
Проха был кореш без проблем: ел практически все, что давали, даже вареное яйцо и тушеную капусту. Я ему каждый день ловила мух, мух он ценил. На балконе ему поставили большую картонную коробку с добротной корягой и листьями, в которую он забирался на ночь.
Ну да, он гадил, конечно, — но только на гладком полу! Папа, как главный специалист по дрессировке (не только куропаток), двумя-тремя затрещинами дал ему понять, что с кровати, диванов, ковра надо сойти сначала на линолеум, а потом уже ляпать свои шедевры. Невероятно, но факт: Проха приучился. Вот лежим с ним на кровати, я читаю книжку, а он, привалившись к моему боку, пух свой чистит. Вдруг встает, топчется-топчется — скок с кровати на пол, сажает там кляксу — и обратно, на кровать, ко мне под бочок.
Обожал, когда солнечное пятно под окном появляется, сесть пузом на теплый пол и закемарить. При этом начинал заваливаться на бок, ноги из-под него по гладкому полу выезжали в сторону, и так он и валялся на боку, как кот какой-нибудь.
А один раз прихожу утром на кухню, застаю картину: сидит мама, на коленке у нее Прохор, она держит перед ним чашку, а он оттуда чего-то пьет. Оказалось — кооофе с молоком...
Но не все коту масленица. У Прохора начали расти настоящие перья, и папа сказал: "Его надо учить летать. Иначе он потом в лесу не выживет. "
Сказал — сделал. У Прохора начались тренировки. Против полетов птиц категорически возражал. С небольшой высоты он либо просто нехотя с@скакивал, либо намертво цеплялся за руку когтями. Высота была увеличена. Тогда он наловчился, обдирая когтями поднятую вместе с ним руку, спускаться по ней вниз, на плечо, а уж быть спихнутым оттуда было не так страшно. С полетами не клеилось. И тут у Прохи стал расти гребешок. "А, — сказал папа, — тогда это однозначно петух. Не знаю, что он делал в лесу, но это петух. А раз петух, то летать ему не обязательно... А вот драться учиться — НАДО! " Надо — так надо. Тренировки перешли в партер. Проху дразнили ногой, а он на нее нападал. Это он делал с азартом и рвением, достигнув успехов. В результате успехов всем пришлось носить по два носка на каждой ноге — тогда синяков почти не было.
В общем, при добротном питании и должном физическом воспитании через пару-тройку месяцев у нас был шикарный сторожевой петух вишнево-коричневой расцветки, с зелеными и синими перьями в хвосте, радостно орущий в 5 утра на балконе. "Хм, — сказал папа, — а ведь ему теперь курица нужна! ". Папа знает, что говорит. Нужна так нужна. И от знакомых из деревни была привезена молодая курица, такая же пестрая. Курицу привезли вечером, Проха уже спал на своей коряге в коробке. Правда, коробка уже стояла не на балконе, чтоб все-таки не улетел ненароком. "Курицу надо подсадить к нему прям сейчас. Тогда утром они проснутся, как будто так и было. Иначе он ее побьет", — инструктировал папа.
В самом деле: утром Проха увидел незнакомую мадемуазель, тюкнул ее лишь пару раз по голове, обозначив, кто тут главный, и настала семейная идиллия. Только вечером нам надо было уйти допоздна, а когда мы пришли, то в квартире был полный разгром. Похоже, деревенская курица с полным отсутствием манер пыталась найти место для насеста. Она мирно дрыхла в ванной, на полочке перед зеркалом, сметя все, что там стояло, на пол. Убрав осколки и вытерев лужу туалетной воды, мама сказала: "Или она, или я. " Прохор и его молодая жена были отправлены в ссылку, в деревню к тому самому владельцу курицы.
Мы были там потом, год спустя. Проха заматерел, еще увеличился в весе и размере, только одного глаза не было. "Зато весь гарем — полностью его, — сказал хозяин, — он моего петуха тогда чуть не до смерти уделал, сам глаза лишился, но того вообще пришлось прирезать, чтоб не мучился. Чужие все сюда ходить боятся, хоть люди, хоть коты, про соседских петухов вообще речи нет. "
Без особой надежды на эффект, мама позвала его: "Проша! ". Он встрепенулся, прислушался — и вдруг каак припустит к ней, бегом! Прибежал, мы его погладили... На следующее утро смотрю — сидит папа у крыльца на корточках, протягивает Прохе на ладони хлеб. Проха как-то потоптался вокруг, потом примерился — взгромоздился на руку — клевать, как раньше... Хотя теперь он на руке еле-еле умещался и с трудом балансировал. Но ведь вспомнил! Вот зря говорят — "мозги куриные".
А Проха вот был индивидуум, личность куриной породы, не хуже кота.

Главная Анекдоты Истории Фото-приколы Шутки
Рамблер ТОП100