анекдотов.net / 9/11: РАССКАЗ БОРТПРОВОДНИКА  Утром вторника 11 сентября мы уже пять часов как вылетели из Франкфурт..
Главная Анекдоты Истории Фото-приколы Шутки
😜 😎 😉 🙂
6 июля Анекдоты Истории Фото Шутки

9/11: РАССКАЗ БОРТПРОВОДНИКА
Утром вторника 11 сентября мы уже пять часов как вылетели из Франкфурта и летели над Северной Атлантикой.
Неожиданно занавески раздвинулись, и мне велели немедленно пройти на кокпит для разговора с капитаном.
Как только я туда попал, я заметил, что экипаж крайне серьезен. Капитан дал мне распечатанное сообщение. Оно было из главного офиса Dеltа в Атланте и коротко сообщало: «Все воздушные линии над континентальной частью Соединенных Штатов Америки закрыты для коммерческих полетов. Немедленно приземляйтесь в ближайшем аэропорту. Сообщите о своем направлении».
Никто не сказал ни слова о том, что это могло значить. Мы поняли, что ситуация серьезная и нам нужно как можно скорее приземлиться. Капитан выяснил, что ближайшим аэропортом был Гандер, на острове Ньюфаундленд, в 600 километрах позади нас.
Он запросил разрешение на изменение маршрута у канадского диспетчера; разрешение дали моментально, не задавая вопросов. Лишь позже мы узнали, почему так произошло.
Пока экипаж готовил самолет к посадке, пришло еще одно сообщение из Атланты. Из него мы узнали о террористической активности где-то в Нью-Йорке. Несколько минут спустя стало известно об угоне самолетов. Мы решили не говорить пассажирам правды до приземления. Мы сказали им, что в самолете обнаружилась небольшая техническая неисправность и что нам необходимо приземлиться в ближайшем аэропорту, в Гандере, чтобы все проверить.
Мы пообещали сообщить больше подробностей по приземлении. Конечно, пассажиры ворчали, но к этому мы привыкли. Сорок минут спустя мы приземлились в Гандере. Местное время было 12: 30 — это 11: 00 по стандартному восточному времени.
На земле уже стояло десятка два самолетов со всего мира, которые тоже изменили маршрут на пути в Штаты.
После остановки капитан сделал объявление: «Дамы и господа, вы, вероятно, хотите знать, какая техническая проблема привела сюда все эти самолеты. На самом деле мы здесь по другой причине».
Затем он рассказал то немногое, что мы знали о ситуации в Штатах. Были громкие вскрики и недоверчивые взгляды. Капитан сообщил пассажирам, что управление воздушным движением в Гандере велело нам оставаться на своих местах.
Ситуация находилась под контролем канадского правительства, никому не разрешалось выходить из самолета. Никто на земле не имел права близко подойти к любому из самолетов. Только периодически приближалась полиция аэропорта, осматривала нас и двигалась к следующему судну.
В течение часа или около того приземлились еще самолеты, и в Гандере собралось 53 воздушных судна со всего мира, 27 из них американские коммерческие борты.
Тем временем по радио понемногу начали поступать новости. Так мы узнали, что самолеты были направлены во Всемирный торговый центр в Нью-Йорке и здание Пентагона в Вашингтоне.
Люди пытались воспользоваться мобильными телефонами, но не могли подключиться из-за различий в системах сотовой связи. Некоторым удалось пробиться, но они получали только сообщения канадского оператора о том, что все линии в Америку или заблокированы, или забиты.
Ближе к вечеру к нам пробились новости о том, что здания Всемирного торгового центра рухнули и что четвертый угон закончился крушением. К этому времени пассажиры были морально и физически обессилены, не говоря уже о том, что напуганы, но все оставались на удивление спокойными.
Нам достаточно было только посмотреть в окно на остальные 52 самолета, попавших в такое же затруднительное положение, чтобы понять, что мы не одиноки.
До этого нам говорили, что людей будут выпускать из всех самолетов по очереди. В шесть вечера аэропорт сообщил, что наша очередь наступит в 11 утра следующего дня. Пассажиры были недовольны, но смирились с этой новостью без особого шума и начали готовиться к тому, чтобы провести ночь в самолете.
Гандер пообещал нам воду, обслуживание туалетов и медицинскую помощь при необходимости. И они сдержали слово.
К счастью, у нас не случилось никаких медицинских ситуаций, о которых стоило бы беспокоиться. Впрочем, у нас была на борту девушка на 33-й неделе беременности, и мы очень о ней заботились. Ночь прошла спокойно, несмотря на не самые подходящие для сна условия.
Около 10: 30 утра 12-го числа появилась кавалькада школьных автобусов. Мы сошли с самолета и попали в терминал, где прошли пограничный и таможенный контроль, а затем зарегистрировались у «Красного Креста». После этого нас (экипаж) отделили от пассажиров и в микроавтобусах отвезли в небольшой отель.
Мы не знали, что делали наши пассажиры. От «Красного Креста» мы узнали, что население Гандера — 10 400 человек, а позаботиться им надо было о 10 500 пассажирах, которых занесло к ним в город! Нам сказали, чтобы мы отдыхали в отеле и ждали, пока американские аэропорты снова откроются и с нами свяжутся. Нас предупредили, что вряд ли это случится совсем скоро.
Весь ужас ситуации дома мы осознали, только когда добрались до отеля и включили телевизоры. К тому времени прошли сутки.
Между тем выяснилось, что у нас уйма свободного времени, а жители Гандера невероятно дружелюбны. Они начали называть нас «люди из самолетов». Мы пользовались их гостеприимством, исследовали город и в конечном итоге неплохо провели время.
Два дня спустя нам позвонили и увезли обратно в аэропорт. Вернувшись в самолет, мы воссоединились со своими пассажирами и выяснили, как провели это время они. То, что мы узнали, было потрясающе…
Гандер и окрестные городки в радиусе 75 километров закрыли школы, конференц-залы и прочие крупные помещения. Все эти залы превратили в жилые зоны. В некоторых были раскладушки, в некоторых матрасы, спальные мешки и подушки. Все школьники старших классов были обязаны на волонтерских началах заботиться о «гостях».
Наши 218 пассажиров попали в небольшой городок под названием Льюиспорт, в 45 километрах от Гандера. Их поместили в школе. Если кто-то из женщин хотел разместиться только с женщинами, это тоже можно было устроить. Семьи не разлучали. Пассажиров в возрасте устраивали в частных домах.
Помните нашу беременную пассажирку? Ее поселили в частном доме через дорогу от круглосуточного центра скорой помощи. При необходимости пассажиры могли вызвать стоматолога. Медсестра и медбрат оставались с группой непрерывно.
Звонки и электронные письма в Штаты и по миру раз в день были доступны каждому. Днем пассажирам предлагали экскурсии. Некоторые поехали кататься на лодках по озерам и бухтам. Некоторые ходили в пешие путешествия по окрестным лесам. Местные булочные были открыты, чтобы обеспечить гостей свежим хлебом.
Жители готовили еду и приносили в школы. Людей возили в рестораны по их выбору и кормили великолепными блюдами. Багаж оставался в самолетах, так что всем выдали жетоны в автоматические прачечные, чтобы постирать вещи.
Другими словами, путешественники получили все мыслимое и немыслимое.
Рассказывая нам об этом, пассажиры плакали. Когда в конце концов им сообщили, что аэропорты открыты, их всех доставили в аэропорт точно вовремя, ни один не пропал и не опоздал. Местное отделение «Красного Креста» обладало полной информацией о местонахождении каждого пассажира и знало, на каком самолете каждому из них надо быть и когда все эти самолеты отправляются. Они замечательным образом все организовали.
Это было невероятно.
Когда пассажиры поднялись на борт, было ощущение, что они побывали в круизе. Каждый знал всех по имени. Они обменивались историями о своем пребывании, стараясь впечатлить друг друга и помериться, кто лучше провел время.
Наш полет обратно в Атланту выглядел как частный полет-вечеринка. Экипаж просто старался не вмешиваться. Это было ошеломительно. Пассажиры передружились и звали друг друга по имени, обменивались номерами телефонов, адресами и электронной почтой.
А затем случилось нечто невообразимое.
Один из пассажиров подошел ко мне и попросил разрешения сделать объявление по громкой связи. Мы никогда такого не позволяем. Но этот раз был особенным. Я сказал «конечно» и дал ему микрофон. Он взял его и напомнил всем, через что они прошли за последние несколько дней. Напомнил им о гостеприимстве, которое оказали им совершеннейшие незнакомцы. И сказал, что хотел бы отблагодарить хороших людей из Льюиспорта.
Он сказал, что хочет основать трастовый фонд под названием Dеltа 15 (номер нашего рейса). Цель фонда — дать стипендии старшеклассникам Льюиспорта, чтобы они могли учиться в колледже.
Он попросил у своих коллег по путешествию пожертвовать любую сумму. Когда листок с записями вернулся к нам с указанием сумм, имен, номеров телефонов и адресов, итог составил больше 14 000 долларов! Этот мужчина, врач из Вирджинии, пообещал собрать пожертвования и начать процедуры для организации стипендии. Он также добавил, что обратится в Dеltа и предложит им тоже поучаствовать.
Я рассказываю эту историю, а трастовый фонд уже составляет 1, 5 млн долларов, 134 студента попали в колледж.
Отличная история, да? Напоминает нам о том, как много в мире людей, готовых помочь. Просто о тех, кто не помогает, больше пишут в газетах.
Лучшие анекдоты из жизни
* * *
* * *
* * *
Наши следователи – люди особого склада. По молодости они беспечно считают, что любое дело можно расследовать бесконечно долго. Как в полиции Майами, отдел нравов, с 4-ой серии по 94-ую. Но после хорошего орального ceкса в прокуратуре (надзирающий за следствием прокурор орет, следователь слушает) эти жрецы Фемиды постигают страшную правду: сроки расследования ограничены. Очень жестко и конкретно. И за нарушение этих сроков оральный ceкс уже может перейти в aн@льный.
Это была присказка, для понимания обстановки. Сказка начинается, когда только что отceксованная у прокурора девочка-следователь стала срочно закруглять дело. Прокурор до конца недели потребовал или дело, или хорошую порцию вазелина, не будем уточнять зачем. Так вот, в четверг бедная девочка обнаружила, что в деле нету почерковедческой экспертизы. Чертова экспертиза должна была стать основным доказательством вины злодея, без нее в прокуратуру можно было идти только с вазелином. И девочка поплелась к экспертам.
А в ЭКУ сидит Павел Стаканыч (назовем его так) – подполковник, отпахавший 27 лет на экспертизах. Стаканыч за свою службу выпил спирта больше, чем многие люди воды, умел ВООБЩЕ все, выслужил себе повышенную пенсию и никого не боялся. Тем более пигалицу-следователя, которой больше всех надо. И на просьбу срочно учинить экспертизу предложил девочке зайти за результатом через месяц… Или через два… А если не перестанет нудеть, то и через три. От безысходности девочка сорвалась на запрещенный и особенно ненавистный Стаканычу прием:
— Но мне очень надо! Я же женщина!
Стаканыча этим не проймешь:
— Тут нет женщин, тут все сотрудники! Через месяц приходи!
Но и девочка твердо решила не отступать:
— Но я же КРАСИВАЯ женщина!
И вот тут Стаканыч сорвался:
— Ах, значит красивая?! А голую ж@пу покажешь? Чтоб мы тут все твою красоту заценили?
Вместо того, чтобы хамить или в слезах выскочить вон, девочка пошла ва-банк:
— Если для вас это так важно… Честное слово – вы мне завтра экспертизу, а я вам голую попу!
Весь отдел затаил дыхание. Девочка поставила себя в очень сложную ситуацию. Или она теперь прослывет на всю контору мошенницей почище своих клиентов – то есть теряет лицо, — либо завтра устроит публичный стриптиз – то есть опять-таки теряет лицо. Но Стаканычу было море по колено:
— Договорились! Приходи завтра.
Вечером Стаканыч засиделся в отделе за полночь и сделал злополучную экспертизу по всем правилам искусства. На следующий день на работу пришли все эксперты, включая тех, кто был в отгуле и отпуске. До нас слухи дошли неисповедимыми путями, и у нас куда-то пропала половина оперов. В оговоренное время девочка снова заявилась в ЭКУ. Стаканыч на глазах своих коллег, приблудных оперов и просто зевак с торжеством выложил на стол заключение экспертизы. И вот тут-то я и понял, чем юрист отличается от простых смертных. Девочка спокойно убрала заключение в большой пластиковый пакет и ласково сказала:
— А теперь показываю голую попу!
Из того же пакета был извлечен и развернут свежий номер свежий номер журнала «Хастлер». На развороте красовалось полноцветное и крупноформатное изображение. Гордо показав журнал ошеломленному Стаканычу, девочка повернулась и была такова. Ни до этого случая, ни после я не видел старика в таком состоянии. По всем понятиям, девочка свое слово сдержала, да еще при этом не уронила авторитет. Она же не обещала, что покажет именно СВОЮ часть тела, а не журнальную! Еще пару недель после этого Стаканыч вышвыривал в окно кабинета таинственным образом попадавшие на его стол журналы для взрослых…
* * *
В 1989-м году я был студентом технического ВУЗа и с целью подработки и
проведения досуга за преферансом устроился лаборантом в ИВЦ
(информационно-вычислительный центр) этого же ВУЗа.
Обязанностей было не много: запустить студентов в дисплейный класс,
загрузить ЭВМ размером с пять холодильников, потом выгнать после пары —
всего и делов-то. Покуда студенты писали лабы, мы с коллегами в соседней
каморке резались в преф.
Но кроме префа и нескольких рублишек получки была еще одна замануха —
первые только что появившиеся персональные компьютеры! Абсолютно
недоступные в продаже частному потребителю, стоившие каких-то совершенно
очумелых денег, в ВУЗе они все же имелись. Модели вроде Mаzoviа,
Электроника-85, IBM PC хT с характеристиками типа четырехцветного
дисплея и жесткого диска на ПЯТЬ (аж целых пять!!!) мегабайт казались
верхом технической мысли. Однако таких персоналок было мало, не хватало
даже преподам, и попасть за них в дневное время пусть и с благими
намерениями было сложно, а уж поиграть и подавно. Но, поскольку ключами
от аудиторий заведовали все-таки мы, то вся честнАя кампания взяла за
моду засиживаться вечерами очень сильно допоздна, до самой ночи.
Последних студентов выгоним, запремся, а там уж кто во что горазд —
кто-то в тетрис какой или арканоид играется, кто-то в эхе в BBSке торчит
(прообраз интернета), а кто-то даже прогу какую для собственного
удовольствия ваяет.
Среди наших было двое особенно активных парней — Вова и Саня, друзья "не
разлей вода". Они могли не отходить от компов сутками. Хотели было
оставаться в лаборатории ночами, но все помещения с ценным имуществом
ВУЗа в определенный час сдавались на сигнализацию. Стало быть, входную
дверь открывать нельзя, однако окна оказались не подключенными к
контуру. Под наиклятвеннейшие заверения не открывать дверь ни при каких
обстоятельствах, завлабом было позволено оставаться на ночь; последний
уходящий запирает парней внутри лаборатории, сдает ключ и сигнализацию,
а утром первый пришедший их открывает.
Ну парни и развернулись: понатащили еды-питья, чайники-кастрюльки,
электроплитку, раскладушки и стали зависать едва ли не каждую ночь. Но
остается вопрос: а как же поссать? А в окошко. Окна-то открывались без
проблем и время года было теплое. Стоишь себе на подоконнике в полный
рост (окна высоченные), ссышь с третьего этажа во внутренний хоздвор,
чем не прелесть? А то, что с утра внизу вонять будет, так это алкаши,
бомжи там всякие, кто ж еще?
Дело было то ли в конце мая, то ли в начале июня, в общем, лето жаркое
зовет проводить время на природе, но на дворе сессия и надо напрягаться.
Я, как всегда, затянул с курсовиком дальше некуда, сдавать край на
следующий день, а надо дописывать и еще печатать кучу листов на
матричном принтере, а это очень долго. Лазерников и струйников тогда в
природе не было. Времени надо было много, чтобы все закончить, решил
остаться на ночь с Вовой и Саней. Те даже рады были. Взял с собой
пожрать и засел за комп. Ближе к ночи нас закрыли и сдали сигнализацию.
Сидим, по кнопкам бьем, каждый сам себе режиссер. Вдруг слышу голос
Сани:
— Вова, я срать хочу!
— Да иди ты нах.. Утром посрешь.
— Вова, я РЕАЛЬНО срать хочу!!
— Терпи!!!
Саня начал терпеть. Старался долго с каменным выражением лица. Потом не
выдержал:
— Вова, я больше не могу, надо что-то делать!!
— Ты че, дурак?! Как выйти-то? Сигнализация!!!!!
И вправду, перспектива попасть под разборки с нарядом милиции не
улыбала. Результат был очевиден — обезьянник, потокол, разборки с
начальством, увольнение, прощай любимые компы... И клятва, данная
завлабу... Мне это тоже не понравилось. Курсовику каюк, пересдача хрен
знает когда, а сдуру и отчислить могут, здравствуй кирзовые сапоги! Мы
уже в два голоса стали просить Саню потщательнее терпеть дальше, но тот
уже никак не желал.
— Мужики, а у нас тут есть ведро?
Поискали, нету.
— А может мне на газетку посрать?
— Урод, мы потом всю ночь твое г@вно нюхать должны?
— А я в окно выкину!
— Блин, ты уж тогда сразу иди срать из окна!!
— А как? Как держаться-то?
Действительно, как? Жопу надо свесить наружу, центр тяжести сместится и
ж@па утянет Саню вниз, а это плохо...
Но тут Вову осенило:
— Иди, садись на подоконник, я тебя за руки подержу.
Иных вариантов не придумывалось, Саня взлетел на подоконник, скинул
штаны, протянул руки Вове и уселся. Их дуэт стал напоминать воздушных
гимнастов в цирке. Срал Саня долго и качественно. Я, глядя на эту
картину, ржал навзрыд, дрыгая ногами. Меня даже попросили не мешать
сосредотачиваться. Снизу что-то долго и звонко хлюпало. Такое было
ощущение, что Саня копил г@вно с неделю. Наконец, процесс завершился,
Вова затянул Саню назад, тот воспользовался газеткой и оделся. Мы вместе
похохотали и потом продолжили наши занятия.
Утром, как обычно, нас открыли, и мы прикинулись рано пришедшими
сотрудниками. Я пошел вниз в сортир на первый этаж, а там рядом, ровно
под нашей лабораторией, помещения столовой и их служебный вход как раз с
заднего двора, куда Саня срал. Вдруг слышу оглушительные маты-перематы.
Подошел поближе к столовой, прислушался. Орала завстоловой, крупнючая
баба лет сорока. Помимо этого происходила какая-то суета и беготня
персонала столовой во двор. До меня стало смутно доходить — не Санин ли
подвиг тому причиной?
Я вышел с другой двери, обогнул здание и зашел в хоздвор. Передо мной
предстала толпа баб во главе с заведующей и в компании с проректором по
АХЧ (главным завхозом ВУЗа). Бабы орали и показывали проректору на
ОГРОМНУЮ кучу говна, лежащую на покатом КОЗЫРЬКЕ над входом в их
столовую, то бишь почти на уровне второго этажа! Видно все было
великолепно, как на ладошке!
Я подошел поближе, встал незаметненько и прислушался. Версии выдвигались
разные: обнаглевшие бомжи или алкаши, науськанные зелеными чертиками,
залезли на козырек; кто-то из кровельщиков, работавших на крыше здания,
кинул подлянку; мерзавцы-студенты насрали всей группой и лопатой
закинули г@вно, чтобы, видимо, выразить таким образом свое отношение к
качеству работы столовой. К единству и, главное для нас, к единственно
правильной версии так и не пришли. Переключились на более актуальную
тему — как это убирать? Желающих лезть наверх и счищать не наблюдалось.
В итоге, протянули шланг с водой и смыли струей всю благодать.
Днем ВУЗ полным составом обсуждал инцидент. Слухи обрастали новыми
подробностями, выдвигались кандидатуры героев. Первым, кто все понял,
оказался завлаб. Мужик он был с чувством юмора, к тому же не переваривал
завстоловой, поэтому все обошлось. А Саню за спиной в своем кругу стали
именовать не "Саня", а "Сраня".
* * *
СЛЕДСТВЕННЫЙ ЭКСПЕРИМЕНТ
Известен факт: во время просмотра 38-й серии "Покемонов" у людей, предрасположеных к эпилепсии, начались припадки. Сотни японских детей были госпитализированы. Оперативное расследование показало, что это вызвано частой сменой изображений в одном из эпизодов. О происшествии и его причинах сообщали в новостной программе, при этом "додумались" показать злополучный эпизод. Еще сотни японцев были отправлены в больницы с эпелиптическими припадками.
Это было вступление, а теперь рассказ знакомого следователя.
После серии взломов и краж из гаражей один владелец решил установить в своем гараже сигнализацию. Принцип действия простой: в течение некоторого времени после открытия двери нужно нажать "секретную" кнопку, спрятанную где-то между полками. Если этого не сделать, через несколько секунд звучит сирена, привлекая внимание окружающих и отпугивая незадачливых воришек. В качестве сирены наш умелец решил применить корабельный ревун, заботливо припасенный еще его дедом.
Кто плавал на больших судах, тот знает, а для тех кто не знает, поясню.
В условиях плохой видимости, в частности при тумане, штурман, обнаружив на радаре другое судно, дает команду включить ревун чтобы идущий встречным курсом капитан по звуку имел ориентир и заранее предпринял правильный маневр с целью избежать столкновения. Слышно эти дудки на несколько километров.
И вот, пара дворовых алкашей решили что-нибудь пропить. А чтобы что-нибудь пропить, надо что-нибудь украсть. Фигня делов, 3 часа ночи, район крепко спит, монтировкой срывается навесной замок, открываются ворота. Вот только про кнопочку бедолаги не знали. Пока они искали что украсть, реле времени включило ревун. Район уже не спит. Прибывший почти одновременно с хозяином гаража патруль застает на месте два тела без сознания, все содержимое желудка вывалилось у обоих в штаны. Один из них чуть позже скончался от инфаркта.
С владельцем гаража ничего особо не сделали, разъяснительная беседа, штраф за нарушение покоя граждан. Главный аргумент — "мой гараж, как хочу, так и охраняю. А этот синяк наверно от пъянки окочурился". Ревун, правда, впоследствии конфисковали.
А вот у следаков — с одной стороны труп, с другой — попытка кражи со взломом. И кому-то из "верхов" пришло в голову поставить следственный эксперимент. Два мента, с разрешения владельца гаража, должны были повторить "подвиг" незадачливых воришек, а оперативный работник снимать это на камеру.
Срывается замок, открыываются ворота, включается ревун. Один мент в бессознанке, другой с очумевшими глазами выскакивает из гаража и с кучей собственного дерьма в брюках убегает в неизвестном направлении. Судя по видеозаписи, он еще пытался кричать, скорее всего что-то нецензурное, но этого все-равно никто не слышал. Предусмотрительный опер, заранее зная что произойдет, оставил камеру на штативе и удалился на безопасное расстояние.
Как потом шутили в отделе — "эксперимент удался". В этот раз к счастью никто не пострадал, кроме казенных милицейских брюк. А конфискованный рквун теперь "охраняет" дачу у моего знакомого, только схему управления, которую он просил меня собрать, я спроектировал так, что громкость нарастает плавно.
* * *
Знакомый, застенчивый программист Боря, первые полгода в Сиэтле жил один-одинешенек и полюбил от такой жизни цветные сны на рассвете. После которых шансов добраться до работы вовремя по обычной дороге у него не было. Но к его программистскому счастью, оставалась дорога льготная. Она была сооружена штатом Вашингтон специально для тех сознательных водителей, которые берут попутчиков. Так они борются с пробками и вообще за спасение планеты Земля. Одиночкам там ездить просто запрещено. Но попутчик в американском понимании – это не какой-то там бедолага, машущий рукой у обочины. Таких подбирать наоборот категорически не рекомендуется. Попутчик – это достойный член пула из твоих соседей, который довезет тебя в следующий раз сам по расписанному на год вперед графику. Своих собратьев по пулу Боря заколебал уже в первую неделю. Он остался в своем пуле один. А цветные сны видеть по-прежнему хотелось. В приступе отчаянья Боря раздобыл манекена. Точнее говоря, манекенщицу – миловидную пластиковую девушку из модного магазина. Ему и мужского пола предлагали. Но с девушкой в дороге, как ни крути, все-таки веселее. А ее как раз собирались выбросить из-за поломанной случайно ноги. Взял он ее в голом виде, одел как мог. Укутал девушку в платок, посадил на заднее сиденье и стал ездить с ней напару по льготной дороге без всяких графиков. Дорога длинная, иногда он с ней разговаривал о своей горькой жизни и даже как-то к ней привязался. Но в постель не тащил.
Проблема была одна – Боря с ужасом чувствовал, что кольцо вокруг него стремительно сужается. Один из полицейских стал бросать на его пластиковую девушку уж очень внимательные взгляды. Боря прекрасно понимал, что он далеко не единственный хитрый русский программист на этой дороге. В одно из утр у него не выдержали нервы. Боря запаниковал до такой степени, что посадил в свою машину живую попутчицу. Девушка по-русски голосовала на обочине и оказалась действительно русской. Ее он усадил на переднее сиденье, а пластиковую подружку за несколько секунд до этого успел затолкать в задний проход, ну или как там называется проход перед задними сиденьями, а сверху набросил платок. В то утро Боря был особенно любезен и занимателен. Он очень боялся, что симпатичная попутчица оглянется и примет его за гнусного извращенца.
Выяснилась, что девушке приходится ездить в эту сторону на работу ежедневно, а кредита на машину ей пока не дают. Боря наконец нашел пул своей мечты — стал ее подвозить. Влюблялся он постепенно, с каждой поездкой. Пластиковую девушку украдкой выкинул после первой же встречи.
Но платок зачем-то оставил. Завидев однажды знакомого полицейского, он протянул этот платок девушке и загадочно сказал – «Хочешь прикол?
Закутайся и не шевелись! » В первый раз розыгрыш не получился — полицейский видимо просто оторопел от такой наглости, как пересадка манекена на переднее сиденье. Зато второй раз клюнуло. Боря, не выходя из машины по здешнему обычаю, принялся лепетать полицейскому, что неважно, живой пассажир или неживой, если ему надо ехать – что можно например избавить владельца манекена от поездки в ремонтную мастерскую, потому что сам манекен передвигаться не в состоянии. На прямой вопрос, признает ли подозреваемый, что под личиной пассажира возит манекена,
Боря ограничился идиотским «ну это как посмотреть! » Посмотреть у полицейского получалось как раз не очень – его зад возвышался над ветровым стеклом в рассветном полумраке. Полицейский потребовал открыть окно со стороны пассажира, обошел машину, иронически оглядел конструкцию в платке и вдруг протянул руку через окно, явно намереваясь схватить девушку за нос. В последний момент она на одном выдохе сказала «Ам! », клацнула зубами и рассмеялась…

Главная Анекдоты Истории Фото-приколы Шутки
Рамблер ТОП100