анекдотов.net / У меня в дипломе (во вкладыше) написано совершенно официально.  1. Русская литература I половины 19-..
Главная Анекдоты Истории Фото-приколы Шутки
😜 😎 😉 🙂
6 июля Анекдоты Истории Фото Шутки

У меня в дипломе (во вкладыше) написано совершенно официально.
1. Русская литература I половины 19-го века.
2. Русская литература II половины 19-го века.
3. Русская литература III половины 19-го века.
Но это филологи, нам можна.
Истории о студентах
* * *
Студенческий строительный отряд имел приставку «интер-», в его составе, кроме советских студентов, были немцы, вьетнамцы и один голландец. Голландец родился немцем, но числился членом коммунистической партии Нидерландов и считался голландцем для разнообразия. Жили в пустующей летом школе. Кто где, а мы в кабинете черчения и графики.
Кисти, краски, кактус на подоконнике. Немецко-голландский коммунист. Именно из-за него на третий же день кактус был выкрашен в цвета Вильгельма Оранского. Наш флаг видели? А там красная полоса сверху.
И это все увидела молодая учительница рисования, обеспокоенная созданием студенческого общежития в подотчетном помещении. Не знаю, что она подумала о растении, но приняв позу командующего парадом, изрекла:
— Немедленно отмыть.
На нее смотрели все. Вьетнамцы – широко открытыми глазами, немцы с прицельным прищуром, русские — с азиатской хитринкой. Трудно отказать красивой девушке, но вы когда-нибудь мыли кактус? Там же иголки.
Мы тоже не мыли. Мы его в зеленый покрасили.
* * *
* * *
* * *
Как я ввел ЯК-42 в штопор и разбился или УПК мечты
В последних классах школы, каждый школьник должен был выбрать свое направление в УПК (учебно-производственный комбинат), где и получит основы рабочей специальности. Выбор был "богат": слесарь, токарь и всякие там сантехники и еще хрен знает что. Билиад... .
А у моего отца был друг, летчик гражданской авиации, поляк по фамилии Шиманский. К сожалению, забыл как его звали по имени-отчеству. И вот однажды, Шиманский мне сказал, что при аэропорту Жуляны открыли особый УПК, в котором школьников учили основам... . авиации. Туда по умолчанию брали детей летчиков, но он может за меня похлопотать. Вот это да!
И в моей жизни наступил волшебный период. Во-первых, нам выдали форму курсантов, во-вторых, нашими преподавателями были не профессиональные педагоги, хорошо обученные отбивать у школьников любую тягу к учебе, а действующие летчики гражданской авиации. Если верно помню, среди них была ротация, т. е. преподавательский состав периодически сменялся, но я хорошо помню, что все они были влюблены в небо, в самолеты. Такую любовь к своей профессии можно было видеть исключительно редко: я видел это только дома (у своих родителей) и на УПК.
Мы изучали углы атаки (угол под которым воздух попадает на крыло во время полета), закрылки, элероны, полет по "коробочке", основы ориентации самолетов (навигаторов еще не было: на дворе 1990-1), приборы. Помню, когда держишь в руках гироскоп — прибор, который сохраняет свою ориентацию в пространстве — т. е. его в руках практически не возможно развернуть вокруг своей оси — такое ощущение, что если его отпустить, то он зависнет в воздухе... Это, конечно не так: законы физики никто не отменял. Нас возили в институт ГВФ, где мы "на сухую" учились разбираться в проборах АН-2, доводя свои знания до автоматизма. Мы часто бывали на кладбище старых самолетов на летном поле Жулян, где изучали историю советского самолетостроения.
Не хватало только практики.
И вот, где-то через 3-4 месяца после начала учебы, нас стали брать на авиатренажер. Тренажер был настоящим, на котором тренировались летчики, переходящие на ЯК-42 с других самолетов. Тренажер занимал весь первый этаж какого-то здания в аэропорту Жуляны и представлял из себя впечатляющее зрелище для эпохи до развития компьютеров. Итак, представьте себе кабину, вырезанную из настоящего ЯК-42, в котором работают ВСЕ приборы, штурвалы, тумблеры. Когда газуешь моторами — слышен настоящий звук моторов из динамиков, а главное: когда двигаешься по рулежке, летишь или приземляешься — в окна виден самый настоящий пейзаж: дома, дороги, коровы какие-то — короче, все очень натурально. Кроме того можно было имитировать ночь, плохие погодные условия, боковой ветер под заданным углом и кучу всего другого. Не забываем — тренажер был предназначен для настоящих летчиков, которым потом людей возить, так, что все было сделано очень реалистично и машина вела себя как настоящая машина в воздухе и на земле, включая встряску кабины при посадке.
Это сегодня таким никого не удивишь. В Мюнхене за 80 евро за пол часа можно "полетать" на Боинге 707 со всеми теми-же наворотами, даже круче. Но сейчас на дворе 2018-й, а тогда был 1990-й и компьютерные технологии были, мягко говоря, не развиты.
Как-же они это сделали? Очень "просто": соседнее помещение, размером с небольшой заводской цех было оборудовано под летное пространство. Там был очень реалистичный макет аэропорта и окрестностей. Макет был площадью около 800 квадратных метров (по моим прикидкам). И вот, когда в кабине ЯК-42 очередной "камикадзе" пытался совершить облет аэродрома по коробочке, в макетном зале специальное устройство из 3-х или 4-х совмещенных камер ездило над макетом, в точности повторяя движения "летчика" в кабине. А картинка передавалась на проекторы, установленные над кабиной. Вот так и достигалась реалистичность. Точность исполнения макета поражала. Казалось бы: какая разница будут ли в окрестных домах оконные проемы или дома будут просто коробками? Ан нет — все было очень точно выполнено. Видимо и макет делали любящие свою работу люди.
Со временем каждый из нас научился неплохо управлять самолетом. Самое сложное, это посадить самолет: поначалу или грохаешь его о посадочную полосу или, увлекшись направлением носа самолета в горизонт при посадке — проскакиваешь полосу и тогда нужно идти на второй круг. Интересно сажать самолет при сильном боковом ветре: самолет садится немного боком — ощущение — непередаваемое.
В общем, я за несколько месяцев отлично натренировался.
И вот однажды во время такого тренировочного полета мне в голову пришла идея... сорваться в штопор и попробовать из него выйти. Во время облета аэродрома по коробочке, я стал набирать высоту. Препод, всегда сидящий на месте второго пилота во время наших полетов, но не держащий штрувал, еще не заподозрил неладного и буднично мне указал, что я превышаю высоту. Я выровнялся на пару секунд и продолжил подъем.
— Штурвал плавно от себя!
Я подлетал к повороту "коробочки" и решил перед поворотом сбросить скорость, а на самом повороте попробовать скользнуть на крыле в бок и войти в пике. Мои странные действия не ускользнули от внимания опытного пилота рядом со мной (скорее всего он давно раскусил мой "хитрый" план). Я уже начал скользить по крылу влево, когда препод взял штурвал, начал поддавать газу, и исправил ситуацию.
А тогда я говорю что-то вроде: "Дядь Паш, дай я скользну, а потом попытаюсь вывести" (профессионального сленга я сейчас уже точно не помню). Поворот был пройден, но через минуту был следующий. Надо заметить, что такой фамильярности с преподами мы себе никогда не позволяли — всегда обращались к ним только на Вы и по имени-отчеству. А они при нас никогда себе не позволяли ни матом ругнуться, ни как-то по-другому уронить свое достоинство, хотя и вели себя с нами на равных, без заносчивости.
И тут я услышал от препода то, чего не слышал ни до ни после: "Бл*дь, меня ж вы*бут". Пауза 2-3 секунды. "Ладно, давай по-быстрому. "
Как раз подлетаем к повороту. Выравниваю самолет ("закрылки на ноль", если правильно помню как это называлось). Сбрасываю газ до минимума. Вхожу в поворот. Штурвал влево градусов на 25 и немного вперед.
Ура! Я заскользил по крылу влево! Даю газ, пытаюсь вывести самолет из пике. А хрен — не дается.
Короче, разбился нахрен об какой-то дом на макете.
Заодно узнал, что в таких ситуациях камера в макете не бьется об "землю" или "дома", а за секунду до этого отключается и уходит на исходную взлетную позицию.
А мои одноклассники в это время учились стругать табуретку, менять резец в токарном станке и прочее г@вно.
* * *
* * *
О пользе знаний или Из грязи в князи
Приехал я в Израиль с огромной по меркам Украины начала 90-х суммой: 10000 долларов. Нет, я, конечно, представлял себе, что пропорции денег в Израиле не такие, как в Украине. Но оказалось, что при израильских ценах, 10К не то, что совсем уж не деньги, но очень мало.
Ехал я по программе вместе с группой таких-же, как я 18-19-летних парней. Все они четко знали, что будут делать в Израиле: один пойдет в Технион учиться, другой будет возить оргтехнику в Украину, третий будет давать машины на прокат, четвертый будет разводить породистых собак, пятый знал, что его родственники куда-то пристроят... Я был единственным, кто понятия не имел, что буду делать, да и родственников в Израиле у меня фактически нет, только сестра моего деда, которой уже под 90... .
Короче говоря, начал я подрабатывать. На завод или фабрику идти не хотел: не мое, а главное — туда люди приходят ненадолго, а остаются навсегда. А у меня мечта была.
Работал я официантом (тяжелая малоденежная работа), уборщиком улиц, колбасой висел на сзади на мусорной машине, мыл подъезды, чистил канализацию... . И вот однажды меня случайно пригласили в дом богатого еврея из Голландии — уборщиком. Точнее, я был одновременно садовником и уборщиком. Платил он мне щедро, где-то в полтора раза больше обычного для такой работы.
Я часто видел его работающим за компьютером (486? уже не помню точно, как называлась та телега). Однажды, проходя мимо него, я увидел через его плечо знакомый график на экране компьютера.
— График изменения прочности чугуна в зависимости от содержания в сплаве углерода? (я это сказал гораааздо более коряво — иврит я тогда еще плохо знал)
Сказать, что голландец охренел — это ничего не сказать. Он смотрел на меня минуту ничего не говоря. Для него это было полнейшим разрывом шаблона. А я перед отъездом в Израиль отучился полтора года в строительном институте и нас на Материаловедении на втором курсе буквально дрючили на этот график, разбирая его в мельчайших подробностях, обильно пересыпая это технологическими подробностями работы доменной печи.
Я ожидал от голладнца любого вопроса: откуда ты это знаешь? , кто ты такой? — но только не того, который он задал:
— Почему разрушаются валики в прокатном стане?
И тут охренел я. Я знал почему разрушаются валики в прокатном стане, более того — я знал, как наладить заводской эксперимент, чтобы определить глубину прокаливания валиков и экспериментального установления оптимального содержания углерода в валиках прокатного стана. А я ведь не только не успел стать инженером — я даже второго курса КИСИ не закончил. А знал я это благодаря тому, что Материаловедение у нас вел инженер с настоящего доменного производства и он таки да любил свое дело.
Именно благодаря этому знанию, моя жизнь изменилась и уже никогда не была прежней. По свидетельствам западной деловой прессы, по состоянию на конец 2015-го года мои активы составили более 3-х миллиардов долларов. А пресса в данном конкретном случае знает лучше меня — мои активы сильно диверсифицированы — и я сам точно не знаю, сколько их у меня. Все это только благодаря тому, что я, практически, случайно знал из курса Материаловедения о валиках прокатных станов. Но знал я о них практически все.
На одном из заводов голладнца постоянно крошились валики прокатного стана. Для решения проблемы они варьировали разные параметры, но всегда получалось или валики крошились или из под валиков выходило г@вно вместо прокатной стали. Решить задачу инженерам на заводе никак не получалось.
Я взял бумагу и ручку, и с трудом подбирая термины на иврите я набросал схему заводского эксперимента. И про литые валики из оргстекла для анализа напряжений (там у них был немного нестандартный прокатный стан) и про прокатку сплава свинца в эксперименте и какие хим параметры сплава свинца нужно ставить в эксперименте, чтобы сохранить пропорцию: сталь-чугун к оргстекло-сплав свинца и др. Я чертил и думал — не может быть, что они этого не знают. Что за хрень?
Много позже мне стало ясно: я, сам того не подозревая, рассказал им схему допотопного советского метода анализа прокатных станов, который использовали чуть ли не до революции, а в 40-50х немного модернизировали. А на западе от такого отсталого метода давно отказались, да так, что инженеры его даже не изучали. А новые метода в этом конкретном случае — не канали.
Завод был в Голландии (потом они его перевезли в Китай, но я к тому времени уже давно был не с ними). Они наладили заводской эксперимент, по его результатам отлили валики, которые не разрушались и прокатный стан стал выпускать качественную прокатную сталь. Всю работу сделали, разумеется, их инженеры, они даже доработали предложенную мной схему, т. е. по сути дела использовали рассказанное мной, как отправную точку, идею, дальше — сами все доработали и сделали.
Но тот самый голландец, у которого я убирал дом и мыл унитазы, был не просто хрен с горы на том заводе. По воле судьбы он был владельцем того и других заводов.
Он предложил мне хорошую зарплату, от которой у меня буквально мурашки пошли по спине. Более того, когда узнал, что я формально и не инженер вовсе, он был готов послать меня доучиваться в Англию на полное содержание от его завода, плюс гарантированное место работы инженером после учебы.
Я не знаю человека, который бы отказался от такого царского предложения.
Единственного человека, который отказался я вижу каждый день утром в зеркале, когда умываюсь.
С дрожью в коленях, я сказал, что это не то о чем я мечтаю. Я рассказал о своей детской мечте быть владельцем крупной международной корпорации, акционерного общества, выходе на биржу и много другое. Не забываем, что буквально 2-3 недели назад я у голландца мыл унитазы в его доме и выгребал листья из бассейна.
— Ну ты даешь — ответил он — этого всего нет даже у меня.
Он немного подумал и сказал:
— Корпорацию я тебе предложить не могу, но помогу тебе открыть свое дело.
Я почему-то сразу подумал про какой-то голимый киоск на углу, который продает семки — сказалось напряжение, в котором я был. Но я ничего не сказал.
Очень жаль, что не могу рассказать о дальнейших событиях тех лет, иначе можно будет легко проследить кто я, а я стремлюсь сохранить инкогнито. Те события были тоже полны маловероятных событий, как будто невидимая рука расчищала мне путь к моей мечте.
Скажу лишь одно: в какой-то момент мне для одной сделки понадобилось немного-немало 12 миллионов долларов, когда уставной капитал моей фирмы составлял всего 500000 долларов и имущества, кроме фирмы у меня было как у латыша: хрен да душа.
Голландец дал мне 12 миллионов, при чем как беспроцентную(! ) ссуду на 4 месяца, а мне хватило и 3-х. Дал, конечно, не в руки, а перевел по сделке, но все же.
Почему он это делал для меня, почему помогал? У него были свои дети, в том числе и сыновья, при чем не т. н. мажоры, а очень толковые ребята, люди дела.
К сожалению, голландец умер в начале 2000-х, благословенна память праведного человека.
Вывод: мечтайте. Мечты сбываются.

Главная Анекдоты Истории Фото-приколы Шутки
Рамблер ТОП100