анекдотов.net / Наш «опытно-экспериментальный стенд», а иначе «ОИС» обладал достаточно большим станочным парком и по..
Главная Анекдоты Истории Фото-приколы Шутки
😜 😎 😉 🙂
6 июля Анекдоты Истории Фото Шутки

Наш «опытно-экспериментальный стенд», а иначе «ОИС» обладал достаточно большим станочным парком и по сути представлял собой хорошо развитое, небольшое машиностроительное предприятие. Что не удивительно, коллектив станочников и слесарей был разношерстный, но совершенно мужской. Как на всяком опытном производстве, месячные авралы чередовались с недельным бездельем. Во время простоев мужики за зарплату с усердием шлифовали обитые сталью столы костяшками домино, сражались в «фишечный» бильярд, или пин-понг. Когда надоедало домино, ребята могли пошутить над кем-нибудь из начальных мастеров и инженеров. Вон когда Федька свою цвета мокрый асфальт восьмерку, у цыган купленную, ковырял в моторе, они пошутили.
Тихо подошли вдесятером посмотреть, один болтовней отвлекал, восемь здоровых оболтусов рабочими ладонями сверху надавили, так что машина на все амортизаторы села, а когда отпустили резко, еще один оболтус на бетонный пол железяку лишнюю кинул. Машина подпрыгнула и звякнуло одновременно. Федька, подумав что отвалилось чего важное, тех цыган-автопродавцев матом полчаса на одном дыхании клял. Безобидно так
"подкалывали". Все кроме Федьки.
В коллективе самый большой авторитет это Степаныч. И у начальства, и у работяг. Он это все с железкой и организовал. Степаныч — слесарь. И не какой-нибудь простой лекальщик, а еще универсал полный. На всех станках от прецензионных токарных до ДИП-500 и простейшей маятниковой пилы мог любого специалиста превзойти. Если в чертежах ошибку видел или неясность, то сам исправлял. Спокойно, без нервов и так, что никто из конструкторов недовольным не оставался. Правильно все делал и подходец имел, потому что. Сколько его знали ни разу не ошибся и не напортачил.
Все наши конструкторские «изыски в машиностроении», если к ним Степаныч руку приложил работали как положено и надежно. И от работы никогда не бегал, а сам ее искал. Иногда даже ночевать мог остаться, когда аврал.
Единственно чего Степаныч сторонился так это партсобраний и общественной работы. Во время собраний Степаныч исчезал. Не по волшебству, а нормально: здания ОИС — бывшие каретные мастерские, жилые дома и фиг его знает чего еще, связанные общими коридорами, подвалами, крышами, переходами и пристройками, могли «исчезнуть» пару батальонов, а не одного хитрого, старого слесаря.
Федька тот другой. Это вам не Степаныч. Из рук все валится от неохоты работать. От любого дела отопрется по тысяче болезненных причин. Не то что бы он больной был. Наоборот даже — вполне здоровый тридцатилетний бугай. Но мнительный правда. Чуть чихнет — в медпункт. Споткнется — опять туда же на обследование. А если палец, не дай бог, поцарапает без укола от столбняка с места не двинется. Так и будет стоять столбом, чтоб зараза по телу не разошлась. Зато общественный работник каких поискать днем с огнем надо. Душевный очень, если деньги на подарок собрать, политинформацию прочесть, или в стенгазету о здоровье заметку написать.
Если собрание, то до конца высидит проголосует и последним уйдет. Лишь бы не работать, в общем. А шутки у него злые и несмешные были. И все к
Степанычу неравнодушен. В замок от шкафчика эпоксидки налить, дверь в сортире палкой подпереть, или втихаря соли солонку в столовский суп высыпать — это Федька, даже и проверять не надо.
Его мужики предупреждали. По-мужски. Оставь Степаныча в покое, проучим не то. Не внял. Степаныч до поры до времени терпел. Пока в обед с любимого стула не упал и ушибся сильно: в шестьдесят с лишним красиво не упадешь. Ножка подпиленной оказалась. П%%%%ц тебе, Федя, — тихо промолвил Степаныч, — надоел. И это был первый раз, когда от него матерное слово на работе слышали.
Федька поржал, конечно, и забыл. А зря.
Через день, придя на работу Федька обнаружил у себя на верстаке толстую книжку размером со школьный альбом для рисования. «Сифилис», 1967 года издания. Брезгливо потыкав книгу пальцем, и убедившись, что ему не чудится, Федька спросил чья. Никто не знал. До обеда книжка пролежала нетронутой, а вот Федькину вчерашнюю «Вечерку» с кроссвордом, кто-то увел. В домино Федьку не взяли по вредности, в бильярде был полный комплект, а в пин-понг он не умел. Федьке стало скучно и он взялся за книжку.
Пропустив предисловие, рассказывающее о роли КПСС и советского правительства в победе над сифилисом в СССР, Федька углубился в чтение.
Книжка оказалась с картинками, картинки настолько ужасными и цветными, а текст так красочно и живо описывал тяжести и совершенно неизлечимые последствия запущенного сифилиса в царском и капиталистическом обществе, что Федька проникся. Он перелистывал страницы, особое внимание уделяя описанию симптомов и методам профилактики. С обеда в цех он опоздал на два часа, был выматерен мастером, в первый раз не смог придумать объяснение своему проступку и отмазаться.
На следующий день в столовой все увидели, что ложку и стакан Федька принес из дома. И тут же вспомнили, что утром он ни с кем не здоровался за руку. Душевой Федька пользоваться перестал и уходил бы домой грязным, если бы работал. Неделю Федор был чернее тучи, пугливо озирался по сторонам и обходил встречного метра за полтора. Кто-то рассказывал, что видел Федьку в туалете возле зеркала, рассматривающего прыщ на своем носу в большую лупу. А когда у него на губе выскочил «герпес», в просторечии называемый лихорадкой, он пропал на три дня.
Вернулся отдохнувшим, спокойным и веселым. Справку с Соколиной горы об отсутствии у него сифилиса он показал даже Степанычу, хотя тот с ним не разговаривал. Федькина душа пела.
Утром следующего дня он нашел у себя на верстке книжку «Ишемическая болезнь сердца в молодом возрасте». Или как-то так.
А через месяц он уволился. Председателю профкома, нежелавшему расставаться с таким ценным работником, он объяснил, что не может работать в таком черством коллективе где ему никто не хочет даже давление померить и очень нервная работа. Председателю профкома его уговорить не удалось. А жаль.
Потому что я лично в ящике верстака у Степаныча видел еще одну медицинскую книгу, на обложке которой красовались большие буквы:
«Шизофрения».
Лучшие анекдоты из жизни
* * *
* * *
Когда я родился, отец занимался приобретением квартиры.
Была в советское время такая мутка под названием МЖК: Два года после основной работы фигачишь на стройке — и без очереди получаешь квартиру в этом же доме. Жили в частном доме, причем молочная кухня на другом конце района, стиралка ручная, памперсов не придумали и в магазинах по еде тоже особо нифига небыло. Мама справлялась и еще умудрялась на пол-ставки работать дома на печатной машинке.
Когда моей маме было 2 месяца, дедушка нарубил дров, привез угля, заколол хрюшку на мясо и уехал на полгода в
Москву, учиться на новую технику.
Бабушка осталась в деревне одна с тремя детьми(старшему из которых было 3 годика) и спокойно перезимовала — топила печку, носила воду, стирала, гладила, убирала и работала в яслях на пол-ставки.
А сейчас я хуею, дорогая редакция: Благоустроенная квартира с горячей водой.
Стиралка автомат. Посудомоечная машина. Мультиварка практически сама варит. Питьевую воду, детскую одежду, памперсы, молочную смесь и лекарства привозят на дом. И что бы ты думал жена мне заявляет? Ты на своей работе специально сидишь чтобы нас не видеть, а я одна, я не справляюсь, мне тяжело, давай мама у нас поживет!!! !!! !!! !
* * *
В давние-давние времена был у меня друг Эдик. Эдик был бы обычным дворовым гопником, если б он не умел играть на скрипке и пианино и круто не шарил в химии. Он был пироманом, причем серьезным. Будучи в восьмом классе, он в домашних условиях получил нитроглицерин и пироксилин. Пироксилин он, правда, недосушил — и тот вяло разложился у Эдика на балконе, выбив окна. Но это все лирика. Для меня лично главным достижением Эдика было минное поле для тараканов. То были тараканьи времена! Тараканы были везде, и не было с ними сладу. Эдик делал какой-то чрезвычайно чувствительный взрывчатый состав (одним из компонентов был кристаллический йод, вторым, кажется, нашатырный спирт — но не уверен).
Пироман наносил его мелкими капельками на ватман, ватман клал на стол в кухне, сыпал приманку — хлебные крошки, сахар и т. д. , после чего мы шли пить водку в комнату. По мере высыхания состав становился взрывоопасен — и после третей рюмки на кухне раздавались щелчки. Мины убивали тараканов насмерть далеко не всегда — часто просто контузили. Контуженных не добивали — Эдик помечал их крохотной капелькой гуаши, аккуратно сметал на бумажку и ссыпал за плиту — чтоб не задавить ненароком. Самый заслуженный таракан имел три отметки. Это был крупный, плечистый экземпляр темного окраса. У него осталось 4 ноги из 6-ти, но он упрямо снова и снова лез на минное поле.
Очередной взрыв убил ветерана. Эдик был искренне огорчен, и следующую рюмку мы пили не чокаясь...
* * *
Остров Гомер, тропики, вчера — навестил потому, что там Аватар снимался. Летающие скалы, инопланетные пейзажи и все такое — это оказывается существует наяву, дизайнеры только снизу слегка подрисовали.
В парке редких растений — вавилонское столпотворение на куче языков, гиды пытаются разойтись и говорят тихо, чтобы не перекрикивать друг друга. И вдруг вопль — наглый, противный, кошачий. По дорожке затрусила большая черная кошка, непрерывно и настойчиво мявкая с довольно ехидной интонацией. Гиды от неожиданности заткнулись. А кошка перла прямо на толпу, как будто это было пустое место. Вежливо посторонились французы, презрительно — поляки, дисциплинированно — немцы. Прошив как нож масло все эти малые народности севера, кошка уткнулась в два неподвижных исполинских мужских тапка. Посверлив их взглядом, неохотно задрала башку. Сверху грохнуло по русски: "Чего разоралась-то? " Властно, грозно и добродушно. Мужик явно умел общаться с бабами — от одного его рыка кошка с ходу села на задницу, по струнке вытянулись француженки, полячки и немки. Без перевода. Мужик молниеносным движением вынул черт знает откуда и отломил кошке здоровенный ломоть колбасы. Теперь на него с интересом поглядывали и русские дивчины : )
* * *
Согласно педагогическим идиотизмам деточек наказывать низзя, а надо им рассказывать какие вони замечательные, показывать их по ТВ вместе с Галкиным, где за их простейшие тупейшие телодвижения пускать сопли восторга. В результате вырастает замечательное дитятко, убежденное в своем величии и значимости, и неспособное ни к чему, кроме как сидения в интернете и выставлении лайков за похвалы самим себе. По дурости весь этот бред тиражирует наше ТВ, где за подзатыльник дебилу великовозрастному увольняют публично учителей и нахваливают идиотов родителей. Се ля ви. Тем более удивительно видеть истории прямо противоположные по сути своей и пропагандирующие совершенно иное, нормальное отношение к детям, как к будущим людям, которые должны заработать и заслужить право быть уважаемым человеком за дела свои а не за лайки. Наверное редакторы по тупости своей пропустили. Совсем недавний пример истории простой ижевской женщины-пенсионерки, занимающейся марафонским бегом.
Выросла в простой рабочей семье, сама без репетиторов поступила в университет на факультет высшей математики. Много вы знаете выпускников подворотен, выросших среди алкашей и быдла, поступивших на факультет высшей математики без помощи? Это раз. По дурости родила в студенчестве детей, муж общажный тупо сбежал. Осталась одна, оставила ВУЗ и пошла сборщицей аппаратуры на радиозавод. Чтобы кормить детей. Это два. Детей приучала к самостоятельности и организованности, отправив их в спортивные секции и музыкальные классы, сама работая сутками уборщицей и мойщицей посуды в 90-е гайдаровско-чубайсовские годы. Это Три.
Ее дети погодки сами поступили в МГУ. Много вы знаете провинциальных деток уборщиц, поступающих на мехмат и ВМК МГУ без репетиторов и родственничков в приемной комиссии? Это Четыре. У деточек не было в Москве бабушек с квартирами и мамочек, вытирающих им сопельки. Они сами начали работать и заработали квартиры, создали семьи и традиционно отправляли маме-бабушке своих внуков в Ижевск. В том что они поднялись и обеспечили сами себя без всякой помощи — это прежде всего заслуга их матери. Это пять. Бабушка не стала дуть деточкам в попку, выкармливая их оладушками, а заставила их, московских дурачков просто начать делать зарядку и бегать по утрам. Через не могу, через не хочу (представляю как визжат сейчас ювенальные придурки — деточек заставляют делать то шо вони не хотят! ! ). Но дети без примера старших ничего не делают, и это правильно. Если родители не делают сами того, что требуют от юного человека, то грош цена их словам. Сама стала бегать с внуками. Те за лето мало того, что выросли в нормальных спортивных пацанов, но и характер получили человеческий, а не ювенально-сопливый. Сейчас они первые и в спорте и в учебе. Спасибо бабуле за твердость и пример. Это шесть. Сама бабушка освоила бег на дальние и марафонские дистанции и в свои семьдесят показывает пример целеустремленности и крепости духа. Это семь. А вы способны на то, что сделала это простая женщина из Ижевска? Кем стали и чего добились ваши дети? Ау?
* * *
Вскоре по окончании войны возобновилось участие советских ученых в международных научных встречах. Одной из первых полетела в Нидерланды академик Анна
Михайловна Панкратова, которая звание академика дополнила званием члена ЦК.
Она как рачительная хозяйка предположила, что за рубежом ей доведется устраивать небольшие приемы, угощать зарубежных коллег... Не покупать же водку за границей, тем более что и валюту-то отсчитывали знаем какой мелочью. Водку надо везти с собой. И тут выясняется, что по нидерландским таможенным правилам можно беспошлинно провозить только одну бутылку для личного употребления. Любая вторая облагается непосильным для советского человека налогом. Далее события разворачивались так.
Прилетев в Амстердам, Анна Михайловна выкладывает свой чемодан на прилавок к таможеннику. Тот, поигрывая замочками, спрашивает:
— Мадам провозит водку?
Анна Михайловна отвечает срывающимся баритоном:
— Провожу одну бутылку для личного употребления.
Таможенник щелкает замочками, крышка чемодана отскакивает и открывает его восхищенному взору незабываемую картину.
В чемодане с угла на угол, лежит, как гусак, четверть водки (трехлитровая емкость). Таможенник бережно закрывает чемодан, придвигает его к владелице, прикладывает руку к козырьку и уважительно произносит: "Я преклоняюсь, мадам! "

Главная Анекдоты Истории Фото-приколы Шутки
Рамблер ТОП100