анекдотов.net / Прихожу от подруги, сажусь с семьей за стол, меня спрашивают: разве у подруги не кормили? Я отвечаю,..
Главная Анекдоты Истории Фото-приколы Шутки
😜 😎 😉 🙂
6 июля Анекдоты Истории Фото Шутки

Прихожу от подруги, сажусь с семьей за стол, меня спрашивают: разве у подруги не кормили? Я отвечаю, что налили чай и все. Через день придя с работы узнаю следующее: муж и сынок (7лет) встретили ту самую подругу, она позвала приходить, а сынок по простоте душевной выдал " Чего приходить, если кроме чая у вас НЕЧЕГО есть? "
Занавес.
Истории о детях
* * *
Опять про детский лагерь.
Дети должны хапать романтику полной пастью, ибо больше как в детстве это вряд ли удастся сделать, да и восприятие тогда совсем другое.
Сидим с напарником (двое воспитателей), готовимся к завтрашнему мероприятию. Питоны (пионеры)спят, время полночь, жарко, душно. Что меня пробило? Купаться захотелось. Нет проблем. Заходим в палату, будим одного питона: "Купаться хочешь? ". Найдите мне хоть одного ребенка, который откажется купаться. Задачу ему поставили тихо разбудить всех в своей палате и отправить в игровую комнату. Свет не зажигать. Сами идем во вторую палату, там то же самое. И так все восемь палат. Собрали всех в игровой комнате, окна завесили одеялами, свечку зажгли. Говорим питонам, что сейчас пойдем купаться. Они давай ура кричать. Мы на них цыкнули, типа время ночь, никто не должен знать, чем мы тут занимаемся. "Для того, чтобы незаметно пробраться на старый пляж, надо по лесенке спускаться на цыпочках, затем из двери выглядывать головой на уровне пояса, потом, если никого нет, вдоль корпуса нагнувшись, чтобы под окнами, как разведчики, возле угла не вставая снова посмотреть по сторонам. Если все нормально, то ползти по пластунски до ближайших кустов, если, вдруг кто-то появится, замереть и не двигаться в траве, по кустам мелкими перебежками, под фонари не выходить, и чтобы все передвигались без единого звука. Если кто-то нас заметит, то нас (воспитателей) выгонят из лагеря, отряд расформируют, Вы этого хотите? " Естественно нет. Вы бы видели глаза наших питонов. Ночь, тайна, запретное общее дело. и парни и девченки ползли на пузе, на четвереньках, на цыпочках, мелкими перебежками. Выглядывали из-за угла. Замирали, если кто-нибудь появлялся. Цыкали друг на друга, шипели, если хоть шорох кто-то издавал...
Никто из них не знал, что мы с руководством договорились, под свою ответственность, проводить иногда "слегка" неформатные мероприятия. Все-таки первый отряд — самые старшие ребята, всем по 14 лет.
Потом было ночное купание в реке, костер на берегу, песни под гитару, показывал им огненный факел изо рта, учил ходить босыми ногами по стеклам... РОМАНТИКА.
Прошло уже больше десятка лет, у них уже свои дети есть. До сих пор с некоторыми дружим уже семьями.
* * *
* * *
Говрят, что одна голова — хорошо, а две лучше. Но, в частности, можно докозать, что два полудурка дают в сумме одного полного придурка.
Дело было давно, в памяти еще школьной беззаботности, но уже половой озабочености. На уроке физкультуры, на школьном стадионе, два чела нашли себе занятие: покататься на полуоткрытой каналлизационной крышке люка. Им обоим было весело, пока одного из челов не позвал физрук к сдаче очередного норматива(он, к стати, находился в далеке). И чел пошел, а его опонент исчез. Почти исчез. . Полному ичезновению помешала та самая злосчастная крышка, с разворота долбанувшая тело в аккурат под ребра. Тело сильно заорало, то ли от боли, то ли от изумления. Конечно, стоящие рядом сотоварищи не остались безучастными: кинулись тело вытаскивать, ухватившись с двух сторон за руки. Но коварный люк не отдавал жертву: с подъемом тела тяжелая крышка стопорила другим краем где-то в области паха, от чего тело еще больше материлось и орало. К тому же спасательной операции сильно мешал гомеррический хохот спасателей: не каждый день увидишь кандидата на Дарвинскую премию.
Казалось безысходную ситуацию неожидано разрешил физрук: "Тащите крышку, идиоты! ".
И в самом деле: крышку вытащили и тело само выскользнуло на землю, все еще корчась от боли. Когда же взглянули в проем открывшегося люка, то стало ясно, что крышка, на самом деле, явилась для тела своебразным анегелом-хранителем для его чести, а возможно и для всего его будущего потомства. Там в низу торчал длиный и толстый штырь с резбой.
* * *
Из цикла "Сельская школа". Открытый урок в начальной школе.
В работе завуча есть ряд "приятных" моментов, связанных с различными мероприятиями по линии департамента образования, одним из которых является открытый урок. Как правило в школу приезжают учителя и завучи из других школ района или города, смотрят сам урок, анализируют его и проч. Подготовка к такому событию дело муторное, нужно всегда соблюдать тонкую грань между зазубренным отрепетированным материалом и реальной работой учащихся, чтобы урок не превратился в фарс. Одно из таких мероприятий запало в память.
Итак, открытый урок математики в третьем классе сельской школы. Перед началом занятия, чтобы не было никаких накладок всем детям раздали новые карандаши и линейки (особенность сельских школ — большое количество детей из малообеспеченных семей, где не всегда есть средства на приобретение школьных принадлежностей, Слава Правительству РФ и Единой России за это!!! ). В школу приехало много гостей; учителя, завучи из других школ, работники департамента образования, руководитель методического объединения завучей — матерый педагог с 20-летним стажем, женщина со стальным характером и развитым чувством юмора.
Начался урок, все вроде идет своим чередом; дети отвечают домашнее задание и т. д и т. п. На следующем этапе урока учитель объявил: "А теперь, дети, откроем тетради, приготовим карандаши и линейки для самостоятельной работы". После ее слов ученики активно зашевелились, но с задней парты вдруг раздался громкий плач. Руководитель метод объединения сидела за партой рядом и тут же отреагировала: "Малыш, ты что плачешь, что случилось? " Малыш — зареванная кроха с красным от огорчения и слез носом, которого практически и не было видно из-за парты, громким голосом прорыдал на весь класс: "У меня, у меня ... карандаш украли! " Гости попадали со стульев от смеха, но окончательно добила последняя реплика крохи: "А чего вы смеетесь, его и правда украли! "
* * *
Ленин и купальная шапочка
Из Ленинграда в Москву меня забрали ранней весной, месяца за полтора до того, как пришла пора вступать в пионеры. На день рождения Ильича нас повезли в Музей Ленина. Накануне учительница громко сказала классу, обращаясь при этом только ко мне: "Ты приехала к нам из города Ленина и, конечно, по нему скучаешь, но зато в Москве ты завтра увидишь самого Владимира Ильича. Смотреть на него грустно, это же близкий и родной тебе человек, но это хорошая грусть. После приема в пионеры мы пойдем в Мавзолей! "
Дома я учила клятву, мама гладила мне галстук и белую кофту, а отчим, то есть московский папа, кроил свою военную диагональ (старшему офицерскому составу выдавали отрезы из особо мягкой качественной шерсти). Он срочно доделывал мне пионерскую юбку, которую сам высчитал и вычертил, как курс корабля, а потом заложил крупными складками.
Когда я повторила "перед лицом своих товарищей торжественно обещаю", мама нервно сказала: "Витя, это плохо кончится. Я знаю, что перед лицом товарищей ее обязательно вырвет. Помнишь, что с ней было в зоологическом, у мамонта? "
Когда я дошла до "жить, учиться и бороться", то вспомнила о Мавзолее и сказала родителям, что нас завтра поведут еще и туда. Мама охнула и села с утюгом на табуретку, а потом сказала твердым голосом, как заведующая отделением педиатрии: "Ты слышал? Ее ведут смотреть на мумию. Наталья, не вздумай так завтра сказать. Ленин не мумия, и выйди отсюда в маленькую комнату. Витя, она же умрет там, у этой мумии. Еще когда мы были в зоологическом... Когда она увидела слепок нижней челюсти парапитека... Витя! Шей к юбке большой карман! "
"Зачем? " — поинтересовался папа. "Чтобы рвать! — отчеканила мама. — Она туда положит купальную шапочку! И в нее будет тошнить! Не на Ленина же! И хорошо, если у нее вдобавок приступ астмы не начнется! "
Утром меня накачали теофедрином, чтобы не кашляла и не задыхалась, и дали с собой в большой карман купальную шапочку. "Если что, уткнись в шапку, как будто ты плачешь, — сказала мама. — И не вздумай даже поворачиваться к Ленину". "Кажется, он под стеклом, — сказал папа. — Но все равно, Ната, на гроб лучше не гляди".
Слово "гроб" меня поразило еще больше. Значит, мумия в гробу.
В музее нас выстроили в каре. На согнутой в локте левой руке у меня висел треугольник галстука. Правой рукой я должна была отдать салют "Будь готов! ". Успею ли я выхватить шапочку? И как ее потом держать одной рукой? А если еще и кашель? Чтобы не перевозбудиться, надо было думать о самом плохом, то есть об украденной из кармана отцовской шинели мелочи. Я ее тырила уже четыре раза для мальчика Свиридова с улицы Климашкина, который меня начал шантажировать, едва я приехала в столицу. Он грозил, что расскажет родителям, как я не ем в школе бутерброды, отдавая их другим, в том числе и ему.
И вот мы стоим, как малолетние официанты, с галстуками на руках, и я вдруг начинаю плакать из-за этой чертовой мелочи. Мы хором читаем клятву. Ко мне подходит старшая пионервожатая, чтобы повязать галстук. Я изо всех сил шмыгаю носом и говорю ей, что украла деньги. Она шепчет: "Чш-ш-ш... Тихо". Завязывает мне галстук под самое горло и отдает салют. Я тоже поднимаю руку.
Потом ничего не помню, но каким-то макаром мы все, очевидно, добираемся до Мавзолея. Мы туда входим, у меня в левой руке сжатая в комок резиновая шапочка, а правой велят отдать салют, когда я поравняюсь с гробом.
Я думаю о плохом — о том, что мама меня, очевидно, стыдится, поскольку все время говорит, какая я худая, страшная, бледная и хриплю — так сильно, что паршивая медсестра из школы звонила ей, врачу и диагносту, и спрашивала, не проглядели ли у меня туберкулез, который у ленинградских "болотных" детей сплошь и рядом.
Кто-то очень мягко кладет мне на плечи руки, я таю от счастья и благодарности за такую своевременную нежность, но эти руки плавно поворачивают мою голову влево. Мужской тихий голос приказывает: "Смотри, пионерка. Враги убили товарища Ленина, и мы должны поклониться ему... " Я делаю все, что говорит голос. Смотрю на лицо в гробу. И низко кланяюсь, вместо того чтобы отдать салют. Почти в пол, как на хореографии. В то же время я чувствую, что совершаю что-то страшное и непоправимое. Я лечу вниз. Большие руки вдруг распрямляют меня и, как большие крылья, выносят прочь из этого длинного зала со страшной музыкой — кажется, очень быстро.
И вот я иду домой, расстегнув пальто, и пою песню про моряков. Галстук почему-то кажется слишком длинным, но не важно. Все видят — я его получила.
Через два дня я открываю дверь на звонок и вижу Свиридова. Папа только пришел, шинель висит на вешалке в прихожей. Свиридов просит денег. Я говорю, что у меня нет. Тогда он повторяет те слова, которые были моим кошмаром уже много дней: "А ты в карманЕ, в карманЕ... "
Я кричу изо всех сил, и прибегают мама с папой. Я кидаюсь на Свиридова, и мы рвем друг другу волосы. Я все рассказываю и умоляю меня простить, обещая копить деньги на мороженое и этими деньгами возвращать долг. Московский папа уходит со Свиридовым.
На следующий день приходит очень красивая старшая сестра Свиридова и отдает маме мелочь — она дозналась у брата, сколько тот у меня выпросил.
Она весело смеется с родителями в комнате (и мне это удивительно). Я утыкаюсь в чудесную не обкрадываемую больше шинель и плыву от счастья, потому что больше не боюсь никого: ни Ленина, ни Свиридова.
Наверное, этот мальчик стал хорошим человеком, и надеюсь, если он это прочтет, то простит, что я не изменила его фамилию.
* * *

Главная Анекдоты Истории Фото-приколы Шутки
Рамблер ТОП100