анекдотов.net / - мой кот вообще редко проявляет какие-то эмоции, но и у него есть своя ахиллесова пята, почесав кот..
Главная Анекдоты Истории Фото-приколы Шутки
😜 😎 😉 🙂
6 июля Анекдоты Истории Фото Шутки

— мой кот вообще редко проявляет какие-то эмоции, но и у него есть своя ахиллесова пята, почесав которую можно затронуть некоторые струны его души )
Стоит потренироваться на турнике и спрыгнуть на пол, как кот бросается ко мне так, словно мы не виделись сто долгих лет и он не чаял еще раз увидеться в этой жизни. Так наверное современники встречали Гагарина.
Истории о животных
* * *
Я все время мечтал завести зверюшку, но частые командировки и учеба не позволяли мне осуществить мечту. Но у мечты есть свойство: если сильно захотеть то мечты сбываются. С одной из командировок я привез котенка. Котенок вырос и стал холеным котом, толстым и ленивым. Спал со мной на подушке и даже его миску я ставил на стол рядом со своей тарелкой. Так продолжалось пока я не встретил свою будущую жену. По мнению кота она не подходила для нашего мужского союза.
Кот не желал уступать ей ни в чем. Нет, он не гадил ей в туфли и не рвал ее платья, но он постоянно показывал ей кто здесь хозяин. Особенно это касалось его любимой подушки. Когда Лена в первый раз попыталась согнать его с подушки, кот демонстративно намертво впился когтями в подушку. Лена попыталась его отодрать от подушки но впустую. Подушка затрещала и Лена решила вынести кота из спальни вместе с подушкой. Едва Лена вышла за порог спальни, кот спрыгнул и за пару секунд очутился на кровати и вцепился в матрас. Поднять матрас равно как и отодрать кота у нее не получилось. Так начинался почти каждая подготовка ко сну: кот занимал свое привычное место и Лене приходилось отвоевывать свое. Со временем Лена оттачивала свое мастерство по борьбе с котом. Иногда у нее получалось схватить кота и вынести из спальни но у кота получалось вернуться в спальню быстрее. Если его просто выставляли за дверь, то он прыгал на дверь пока его не впускали, а если не впускали подолгу, то весь дом наполнялся нудным вытьем.
Лена категорически не желала видеть кота на столе и когда кот увидел свою миску на полу вместо стола, то обьявил голодовку. Мы вместе уговаривали котейку съесть хоть что-нибудь, но кот лежал пластом и изображал умирающего лебедя.
Я уже не помню как, но им удалось заключить мирный договор, перешедший потом в большую любовь. Когда Ленка забеременела, кот лапками делал ей массаж живота. Потом помогал баюкать нашу дочку и зорко следил чтобы мы ее не обижали. Если по его мнению мы с ней поступили несправедливо, поставили в угол например, кот издавал осуждающее мяу и шел в угол к дочке, посидев немного в углу с дочкой потом шел к Ленке вымяукивать помилование.
Когда у Лены обнаружили болезнь Альцгеймера, кот не отходил от нее ни на шаг. Она уже не помнила и не узнавала ни меня, ни дочку, но я всегда замечал улыбку на ее лице когда кот прыгал ей на колени или ложился рядом и она непроизвольно начинала его гладить. Кот спал в ее комнате и когда ей становилось хуже, он будил весь дом. А в последние ее дни не отходил от ее кровати и почти ничего не ел.
Он пережил ее всего на два дня... За свою долгую кошачью жизнь он ни разу не вышел на улицу. Я вышел покурить и не прикрыл дверь. Он вышел на крыльцо, посмотрел на меня, на дом, спустился с крыльца и упал... Когда я подбежал, он уже не дышал...
Прости меня, Мурр. Я надеюсь что ты сейчас рядом со своей любимой хозяйкой и вам хорошо. Я к вам присоединюсь... прийдет время... возможно скоро... только пожалуйста, не воюйте больше за место в спальне...
* * *
Первые десять лет жизни он был просто Кот. Сильная, наглая тварь серо-коричневого окраса, с плотной длинной шерстью, сбившейся на боках в вечные колтуны. Непроходящие глубокие царапины на морде и изодранные в лохмотья уши придавали ему совершенно бандитский вид. На просторах нашей старой и запущенной квартиры он, как гордый и свободный нохча, жил грабежом и разбоем. За ее пределами не брезговал и насилием. Требовал соблюдения прав и клал свой маленький, но изрядно натруженный %уй, на все обязанности. Будучи центровым по району, он немилосердно пи%дил всех окрестных котов, совершенно неадекватно отвечая на малейшие поползновения в свою сторону. Порой казалось, что в него вселился несгибаемый дух великого каратиста Масутацы Оямы, именно с таким неистово-киокушиновским напором бросался он на всех соперников, сметая их, разметая в пух и прах даже мысли о каком-то сопротивлении.
Имя у него появилось лишь тогда, когда подросла дочь, и назвала его для унификации Тима, так же как и тещиного домашнего засюсюканного уйобка, вечно ссущего под диваном. Кот же был суров. Принимая меня за равного, жену и дочь он определенно ставил ниже себя в семейной иерархии и относился к ним со снисходительным презрением. Малая, подрастая приняла такой расклад как есть , жена же, получив в руки штурвал управления мною, попыталась было с наскока подмять под себя и Кота. Однако, %уй.
Натыкаясь в финальной стадии бурного медовомесячного соития на угрюмо насупленный, как у седьмой бэхи, полуприщур, сквозь который Кот брезгливо наблюдал за хозяйской потной возней, она каждый раз смущалась, и прервавшись на полуфрикции запахивалась в простыню, требуя убрать это наглое животное . Добившись нужного результата Кот задрав хвост уходил сам.
Гордость никогда не позволяла ему просить, он всегда или требовал или брал с боем. Заботливо положенная женой в чистую мисочку еда заветривалась и пропадала. Голодный и злой, он снисходил до участия в семейном обеде: усевшись перед столом на свободный табурет клал голову на стол и закрывал глаза, демонстрируя полное безразличие к происходящему. Но стоило отвлечься лишь на секунду – из под стола стремительным хуком вылетала растопыренная, с выпущенными когтями, лапа и неуловимым движением выхватывала с ближайшей тарелки котлету или сосиску. Такую же точно, как в его миске. Заслуженно получив от меня увесистого пинка, он не выпуская добычу пролетал юзом кухню и прихожую и с грохотом врезавшись в дверь ванны как ни в чем не бывало поднимался и гордо задрав хвост шел обратно, чтобы у моих ног спокойно съесть честно заработанный кусок. Мы, несмотря ни на что, уважали друг друга, но и правила тоже надо было соблюдать. Закон есть закон.
Он был из первого помета соседской кошки. Первый помет как говорят всегда самый сильный. Три серых дымчатых и один грязно-коричневый. Наглым он был с рождения – в то время как другие котята , найдя свободную сиську затихали и насыщались, он возмущенно пищА ползал вокруг мамаши, игнорируя свободные соски, до тех пор, пока не отгонял кого-нибудь из братьев и не занимал его место.
Рыба была его страстью. Любая: жареная, вареная, соленая, мороженная, протухшая. Но особенно живая. Еду он добывал виртуозно. Как опытный футболист при подаче углового, сломя голову летел на звук открываемого холодильника и путаясь под ногами пытался в суматохе реализовать розыгрыш стандарта. Ни один факт изъятия чего-либо съестного не приходил мимо его нарочито безразличного взора. Все забытое или оставленное хоть на минуту становилось его законной добычей. Поэтому мясо и рыба путешествовали по дому в короткий пас, как шарик у базарного наперсточника, не оставаясь неприкрытыми ни минуты.
Рыба же его чуть не сгубила. Спи%див как-то ночью у соседей через открытую форточку отрезанный хвост здоровенного, килограмма на три чебака, он припер его конечно же домой, и попытался съесть на ковре в гостиной. Банкет закончился тем, что одна из костей, застряв в горле, проткнула ему пищевод и тр@хею. Я нашел его около шести утра в забившимся под кухонный уголок. Изо рта шла пена, и сам он был похож на рыбу-шар. Часть выдыхаемого воздуха через дырку поступала под кожу, и Кот надувался буквально на глазах.
Было утро субботы. Ветеринарка в этот день работала с 12-ти. Нужно было срочно принимать меры.
Роль спасителя была возложена на соседку – 75 летнюю еврейку, гинеколога в отставке. Разбуженное ни свет ни заря, бабушко-божий одуванчик с голубыми волосами немного поворчало, но отказать не смогло. Тщательно, по Спасокукоцкому-Кочергину , вымыв желтые костлявые ручонки, и надев резиновые перчатки, потухшее светило отечественной гинекологии уверенным шагом победителя вошло на кухню.
— Котик, открой-ка ротик.
В руке ее в лучах восходящего солнца блистало полированной нержавейкой нечто, напоминающее формой одновременно утиный клюв, большую прищепку и мужской уд.
Врожденная сметливость подсказала мне, что данный прибор можно смело назвать пи%доскопом. Мои подозрения косвенно подтвердила жена, которая ойкнула, покраснела и стыдливо спряталась в ванну. Удивленный подобной ретирадой Кот небезосновательно решил, что сейчас это устройство, видевшее пи%д больше чем интернет-эксплорер, будут совать ему в рот, и перешел к активной обороне, нанеся несколько глубоких царапин своей потенциальной спасительнице. Бой завершился техническим нокаутом и за явным преимуществом одной из сторон. Пока бабулька, желая Коту различных долгих и мучительных смертей, залечивала боевые раны, я через трипи%дыприятеля нашел таки телефон девченки – ветеринарши. Договорились на девять.
Ветеринарка в нашем городе представляет собой большой кирпичный ангар дореволюционной постройки с бетонным полом. Посреди помещения вмонтирован станок для садомазохистских игрищ с крупным рогатым скотом. За хлипкой ширмочкой стоит обитый металлом стол. Это операционная. Очередная спасительница являет собой полненькую молодую перепуганную девицу, к тому же из моей школы, но лет на пять помладше.
— Меня зовут Лена, и ты мне будешь помогать — заявляет она –Крови не боишься?
— Боюсь конечно, а что делать то…
К этому моменту Кот заполнил собой всю спортивную сумку , в которую был посажен для транспортировки и ее пришлось разрезать. Вколов ему во внутреннюю поверхность бедра какую-то хрень, Лена убежала готовить «операционную».
— Он сейчас отрубится, и заноси.
Кот не отрубался . Через пять минут укол повторили. Потом еще. Наконец через полчаса, когда Лена, по ее словам вкатила уже дозу для теленка, страдалец отправился таки в царство Морфея.
Меня начало подташнивать сразу, как только она стала привязывать кошачьи лапы к столу. Ненавижу медицинские запахи. Распластав кота пузом кверху она заставила меня держать его голову , а зама засунув глубоко в пасть пинцет вытащила оттуда здоровенную зазубренную костомаху.
— Этого мало. Нужно его сдуть и обязательно зашить тр@хею. Я буду резать, а ты держи шею. Можешь не смотреть.
Легко сказать держи шею – Кот к тому времени стал похожим на надутую резиновую перчатку, и понятие шеи было у него столь же относительно, как понятие талии у Лены. Пфииииить – легонько раздалось из кота в тот момент , когда она сделала первый надрез. Я почувствтовал дующую снизу в лицо тоненькую струю воздуха, почему-то пахнущего свежей рыбой. В тот же миг я добавил к нему густой аромат вчерашнего борща и утренних котлет, веером расплескав их вокруг операционного стола.
— Все? Как ни в чем не бывало поинтересовалась Лена – а теперь сдуваем.
И мы стали в четыре руки сгонять воздух к разрезу на горле, так как будто сдували матрас на пляже. После того, как Кот стал похожим на сдувшийся шарик (или гондон — кому как нравится), началось самое интересное – ОПЕРАЦЫЯ!
По моим ощущениям, когда на преддипломной практике резали котов — у Лены были месячные, ну или там аборт. Тему эту она пропустила. В общем, поиски тр@хеи превратились в поиски клитора у экипажа подводной лодки. Если б не моя смекалка- искали бы до сих пор. Мылом, — говорю, — помажь! Где пузыри будут, там и дырка.
И блеванул еще раз. Но уже в лоток с инструментами, по культурному. А потом вдруг вспомнил, как у Булгакова про тр@хеотомию читал. Режь, говорю глубже.
Нашла…
Кот в этот момент не знаю с чего начал приходить в себя и метаться на операционном столе, укусил Лену, умудрился освободить задние лапы и снес ими на пол все инструменты. Затем изодрал мне все руки и попытался встать. Несгибаемая русская женщина, оттолкнув меня, грудью придавила к столу беснующегося и всадила ему еще дури. Или святой воды, не помню, потому что мне стало плохо…
Той же ночью, Кот получил от жены погоняло Черч – в честь приснопамятного котика из кладбища домашних животных Кинга. Часа в три ночи, несущаяся сломя голову и ноги в туалет, супружница была встречена ковыляющим, пошатываясь, на негнущихся ногах шарообразным существом , издающим булькающее- каркающие звуки.
Начался отходняк и кота пробило на хавчик. Пожрав, он забрался к нам на кровать и принялся вылизывать мне руки. Впервые за всю новейшую историю. Подозреваю, что это было проявление благодарности. Немигающие глаза его при этом были широко открыты и на них были видны прилипшие волоски и кусочки мусора. «Каждый человек сеет, что умеет и пожинает плоды»(с)
Надуваться Кот потом конечно постепенно перестал, но мяукать так не научился. А злополучный тот рыбий хвост он на следующий день таки нашел и доел, для него это было делом принципа. Ибо путь воина – это путь смерти.
* * *
* * *
* * *
Поскольку мы с женой снимаем квартиру у нашего котяры, то расплачиваемся с ним за постой кормежкой, причесыванием, мытьем и прочими благами.
Но человеческое коварство не имеет предела и, чтобы котэ в полной мере исполнял роль хозяина квартиры, задумали коварную хитрость.
Котом было подмечено, что стоило зазвонить будильнику, мы вставали и шли на кухню пить кофе. Котяра тут же являлся следом и незамедлительно получал завтрак.
В порядке эксперимента, будильник был оставлен в кресле, где котэ спал. И, о чудо, под звон будильника, Мурзя пришел в спальню, запрыгнул на кровать и стал хлопать меня по лицу своей пятерней (когти при этом не выпускал, поскольку логическую связку "когти=тапком" уяснил с молододых когтей).
Как Матроскин, научивший птицу говорить: -"Кто там? ", я воскликнул: "-Заработало! ".
Убедившись, что я открыл глаза и что-то буркнул, кот потягиваясь отбыл в направлении кухни в ожидании завтрака.
Теперь этот ритуал стал ежедневным.
Резюме:
1. Гораздо приятнее просыпаться под похлопывание мохнатой лапы, вместо противного визга будильника.
2. Коту вменены общественно полезные функции, чтобы не зарывался.
* * *

Главная Анекдоты Истории Фото-приколы Шутки
Рамблер ТОП100