Значит так. История эта рассказана мне моим другом, видевшего ее из окна автобуса в Питере.

Вот собственно сама история.

На одном из железнодорожных переездов скопилась кучка машин — шлагбаум опущен, семафор мигает красным, вобщем все как надо.

Проходит какое-то время и из конца очереди выезжает черный Мерс "Гелик" и становится в ее начало перед автобусом. Через несколько секунд опять же из конца очереди выезжает девятка с тонированными стеклами и становится перед Мерсом (каким чудом умещается между Мерсом и шлагбаумом — непонятно). У Мерса открываются двери, и оттуда вылезают двое здоровых бритых "чисто нормальных пацанов". Они подходят к девятке и молча разбивают у нее пинками задние фары, а потом спокойно садятся обратно в Мерс. Через несколько секунд открываются двери девятки и оттуда вылезают четверо не менее здоровыхь парней в камуфляжах, черных масках, с калашами и нашивками РУБОП (видимо ехали на задание). Парни также молча подходят к Мерсу и... лупят его дубинами, прикладами автоматов, разбивая при этом стекла, фары, кое-где помяв кузов, после чего спокойно садятся обратно в машину и уезжают. Во время всей этой процедуры братки так из своей тачки и не вылезли (уехали сразу после рубоповцев).

Но больше всего над всем этим, глумился народ в автобусе.

Ночью на небе зажигаются огоньки. Это не звезды. Они летают. И я это вижу. Они мерцают, как будто говоря: "Я здесь. Я живу." Они летят друг за другом. Или навстречу. А могут резко поменять направление и полететь совсем в другую сторону. Они непредсказуемы. Днем их не видно. Огоньки совсем разные. Они кажутся совсем маленькими. Но, на самом деле, они огромны. Они — одно целое. Они — объединение семьи. Небесной. Когда на небе появляется огонек, все знают: там люди. Они никогда больше не увидятся. Но сейчас они вместе. Они рядом. Сегодня я — огонек. Я смотрю на вас сверху. Я все-все вижу. Наша Земля огромна. Я вижу. Наша Земля необъятна. Я вижу. Наша земля непобедима. Я вижу. Я вижу огоньки. Я снова и снова вижу огоньки. Но они не такие, как я. Они не летают. Эти огоньки — вы. Я вижу вас также, как вы видите меня. Мы все — огоньки. Мы так малы. Мы так беззащитны. Но наша Земля нас оберегает. Ведь она огромна. Она необъятна. Она непобедима. Я видела. Я все это видела.

И снова летят огоньки. Они пробегают мимо меня. И, растворяясь в ночной мгле, отправляются далеко за океан. Летите легко. Летите быстро. Летите с радостью. Мягкой посадки. Спокойной ночи.

Мой кот линяет. Как то на днях я торопилась на собеседование и по быстрому отряхнула одежду от его волос. Ехала в автобусе и увидела на себе клочок серой шерсти, отряхнула и увидела как он приземлился на девушку говорящую по телефону: "вот уже еду в аэропорт, через несколько часов ждите меня в Париже". Шерсть моего кота поедет в Париж, а я нет 😕

О фамилиях

В далекие 70-е годы прошлого столетия двое молодых аспирантов из нашего института поехали как-то в командировку, в Москву.

Подходят к дежурному администратору гостинницы "Акалемическая" (на Ленинском проспекте) и говорят, что для них забронирован двухместный номер. Администраторша открывает свой талмуд и спрашивает:

— Фамилия?

— Блиадзе. (Довольно распространенная и уважаемая грузинская фамилия).

В ответ — крики, тексты типа "Нахал! ", "Хам! ", "Что Вы себе позволяете?! " и т. п.

Парень протягивает паспорт. Нелоумение, удивление, извинения...

Спрашивает второго:

— А Ваша фамилия?

Тот, ни слова не говоря, достает свой паспорт. С администраторшей — почти истерика, на зтот раз от хохота. Сквозь слезы читает собравшимся любопытным:

— Эбаноидзе!... (не менее распространенная и не менее уважаемая грузинская же фамилия).

Кстати, Эбаноидзе Тамаз Амбакович читал нам матанализ в Тбилисском Университете, пользовался у всех, без исключения, студентов непререкаемым авторитетом и глубочайшим уважением.

Я росла одарённым ребёнком. Были проблемы в школе, смены на более сильные не помогали. А помог учебный лагерь для таких же детей. Нас учили студенты ведущих вузов, мы изучали восточные языки, программирование, теорию вероятностей, рисовали, фотографировали, занимались тренингами с психологом. Нас не делили по возрасту, учились и общались все вместе. Мы общаемся и дружим до сих пор. Сейчас многие из нас успешные бизнесмены, исследователи, востребованные специалисты. А могли бы стать неудачниками.