Ненавязчивый трэш-хоррор или "Имеющий уши да услышит".

Как-то раз занесло меня в один маленький райцентр на севере России. И как назло сломалась машина. Единственный внятный тамошний автосервис был закрыт по причине посадки обоих его работников-совладельцев на 15 суток.

Пришлось искать, кто может починить мою бибику. Вызвался мне помочь в этих поисках молодой и какой-то малахольный работник гостиницы. Не портье, нет. Что-то вроде разнорабочего при буфете. Сантехник, электрик и уборщик в одном флаконе. Шляемся мы по каким-то закоулкам этого сонного городка. Ветром калитки хлопает, петли скрипят, собаки воют...

— Здесь Петьку-длинного в том году зарезали... Тут на Новый год однажды целая семья в избе угорела. А здесь, в клубе, мужик один по пьяни стрельбу из охотничьего ружья устроил. Двоих уконтропупил. До сих пор сидит... А тут Васька-шпион бабу свою замочил.

— А почему шпион?

— С дикцией проблемы. Шепелявит сильно и так далее. Василий Спиридоныч его имя, а произносит "Вашы-ый Шпионыч".

— Ясно...

— О! А тут Лёха собаку соседскую задавил. А вот тут Лёху самого топором сосед на тот свет отправил...

— За собаку??

— Не... Скажешь тоже! Просто по пьяни...

Данунах, — в какой-то момент подумал я.

Тормознул невесть откуда появившегося частника и вернулся в гостиницу. В гостинице узнал адрес местной ментуры, она оказалась через двор, и завалился к ментам. Менты сначала согласились было за 50 баксов приконвоировать одного из арестантов-авторемонтников к гостиничке и покараулить, пока он посмотрит мой драндулет. Но потом почему-то передумали и сами за эти деньги всё починили. Ерунда оказалась. А в тот городок я больше не ездил.

Подобрал летом котенка на улице, месяц назад взял щенка из приюта, который повадился грызть все в квартире. Я, собственно, его на поводок, а поводок в руку, и лег спать. Ночью слышу шорох какой-то, беру фонарик, а там картина маслом: собака лежит на спине лапами к верху, а на ней кошка, перегрызает ей поводок. Освободила-таки подругу, вот это дружба — не то, что у людей.

Год назад моему молодому человеку поставили страшный диагноз. Врачи сказали, что ему осталось два года максимум и ничем помочь они не могут. С тех пор моя жизнь превратилась в ад.

Он впал в глубочайшую депрессию, плакал и жаловался на жизнь 24 часа в сутки и 7 дней в неделю, но я понимала, как ему тяжело, и поддерживала. Потом он стал пить, и я тайком выбрасывала бутылки. Дальше хуже — стал агрессивным, срывался на мне, кричал и оскорблял без повода, и я терпела. Ни одной минуты за последний год я не жила для себя.

А потом он избил меня в первый раз. Простила, все еще оправдывая это его тяжелым состоянием. Но это стало продолжаться почти каждый день. И я ушла.

Теперь меня ненавидят все наши общие друзья и родственники, от меня отвернулись все и называют меркантильной шлюхой, которая бросила умирающего. А я больше не могу и не хочу жить, и думаю, что лучше покончу с собой, чем вернусь в этот ад ежедневных унижений.

А вообще, самую холодную ночь я провел даже не зимой, а весной. В мае, на берегу реки Клязьмы. Когда-то я решил, что самый умный, и буду спать в спальнике и в полиэтиленовом мешке для трупов.

Во первых весь был в инее, осыпавшемся на меня со стенок мешка. А во вторых проснулся от криков подошедших ментов. Их вызвали рыбаки рано утром обнаружив на берегу "труп". А я услышал голоса и завозился в своем дурацком мешке. .. Вот тогда то, они разом все и заорали...

Коты вдруг разорались под окнами. Воют, воют, потом ПШШШШШ — и только ляп-ляп-ляп лапами по мордам!

Это как у рыцарей звон мечей на поединке.

А прекрасная серая в полосочку Инезилья спит себе у хозяйки под боком: стерилизовали, слава Богу.

Когда орут коты, вспоминаются многочисленные ветеринарные истории, которые мне