Было это на одном предприятии.

Технология производства продукции включала в себя использование разного рода щелочей, кислот, растворителей и, конечно же, спирта. Спирт по документам был техническим, однако это не мешало местным гурманам употреблять его. После употребления они нормально себя чувствовали, при этом ещё и работали. Некоторые даже более ответственно.

Одним из первых в число ответственных товарищей входил один работник.

Профессия его называлась "Сливщик-разливщик" и трудился он на центральном складе. Вот он и принимал, откупоривал, закупоривал, разливал всякого рода ТМЦ. Кладовщики даже не выходили на розлив на производство, он всё делал сам, потом только принимающая сторона заходила в отдельное помещение к кладовщикам и там оформляла необходимые документы с подписями "принял" — "отпустил". Никаких недостач при этом никогда не было, сливщику-разливщику доверяли безоговорочно и, в связи с этим, он пользовался уважением у руководства и некоторыми поблажками.

Но, всё когда-то кончается. Начальник ушёл на пенсию, заступил новый, молодой и ретивый. Сливщик-разливщик загрустил. И было от чего, за его преданность делу его второй месяц лишили премии. Вердикт в обоих случаях был один – "нахождение на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения". Мужик затаил горькую обиду и отказался в следующий раз разливать спирт из большой бочки в пять двух литровых канистр (а наливал спирт он по-старинке: в бочку засовывал шланг, засасывал и разливал по ёмкостям, чётко без проливов). Коллеги кладовщики его понимали и где-то, в глубине души, поддерживали его. Молодой начальник сообщил ему, что он не выполняет свои непосредственные обязанности и попросил написать объяснение. Выдержка из объяснения уважаемого специалиста по сливу-розливу жидких продуктов:

"А спирт Ваш, я сосать больше не буду. Потому как Вы опять лишите меня премии, мотивируя это тем, что я находился на работе пьяным. А я не пьяный – работа у меня такая ответственная. За годы моей работы у меня выработался производственный рефлекс – когда я засасываю спирт, то не могу даже чуть-чуть пролить на пол. Поэтому приходится глотать…"

Начальник больше никогда его не наказывал.

Не смешно.

Вот тут многие о кошаках своих пишут. А у меня в детстве был волнистый попугайчик Кеша. Он был очень ручной, в клетке только спал. Он делал со мной уроки (гадил в тетрадь и терзал уголки), обедал со мной из одной тарелки (любил вермишель)и пил из одной чашки (предпочтительно сладкий чай). Он настолько часто сидел на плече, что о нём забывалось и не раз я или мама обнаруживали его только уже на улице. Приходилось возвращаться. Однажды он дал о себе знать уже в магазине. Попугая — в карман и домой. Не боялся. А однажды одноклассник снегирёнка мне притащил: нашёл бедного на земле, а родители оставить не разрешили. Так мой Кешка стал учить снегирёнка, раза в два больше него размерами, всяким птичьим премудростям: как на жёрдочке сидеть и не свалиться, как перья чистить. Так и перезимовал у нас снегирь. Одно время кошка у нас жила, так Кешка дразнить её любил, пикировать перед самым носом. А пропал он банально: пока я в пионерлагере, он загрустил и улетел (хотя до этого сидел на открытой форточке и улица его не прельщала).

Были у меня после хомяки-кошки-черепахи, но друга вернее Кеши — наверное, нет.

Животные пробуждают в нас доброту, а она очень дефицитна в нашем мире.

Армейская история. Рассказал Дмитрий из Красноярска. На втором году службы его знакомый заступил на дежурство в караул. А поскольку дело было ночью, зимой, в краях суровых, захватил он с собой согревающего, да не расчитал с дозой. Рядом с его постом были выкопаны окопы в учебно-оборонных целях. В конце концов в один из таких окопов он и оступился. Попытки вылезти ни к чему не привели, поэтому там и остался дожидаться своей смены, положив автомат на бруствер. Как назло, в ту пору в часть приехали проверяющие посмотреть как организована охрана объектов. При подходе к вышеуказанному посту их остановил суровый оклик: "Стой, стреляю." Разводящий назвал пароль. Следущая команда (строго по уставу): "Всем стоять, разводящий — ко мне, осветить лицо фонариком." После всех четких процедур проверяющие стали хвалить солдата, мол, как четко отработал, ни одного лишнего слова, все как положено, молодец одним словом. Чтобы объявить ему благодарность, говорят — выходи, а тот не может. Наконец за шиворот его извлекли из окопа. Еле живого...

Эту историю рассказал мне преуспевающий бизнесмен, владелец огромного дома, когда после ужина мы сидели в сигарной комнате, убранной в индийским стиле, и прихлебывали 20-летний сингл-малт... Так я хотел начать, и получилось бы вранье. А так слушайте правду.

Нет, Борюсик (а именно так зовут героя истории) не миллионер,

Сегодня, центр Владивостока.

Стою курю, а навстречу мне улыбаются прохожие. Причем не просто улыбаются, а косятся на лавку сбоку.

Смотрю — на ней три девицы ежатся полуголые на первом осеннем ветру, но задушевно так беседуют. У одной на лбу пластырь поверх большой ссадины, у другой лодыжка перебинтована, у третьей запястье в гипсе. Ну вот прохожие невольно и улыбаются.

И тут в толпе минуты через три появляется ОН — высокий видный парень. С перебинтованной башкой типа Павки Корчагина. Девчонки прыскают со смеха, он быстро смотрит на свою ширинку, потом задумчиво на них, широко улыбается и молвит: "Кажется, я наконец нашел свой народ... "

У них завязывается оживленная беседа, и теперь при взгляде на перебинтованную четверку на лавке улыбаются уже абсолютно все прохожие...