У меня дома валяется снимок МРТ. На нём мои фамилия и инициалы и двадцать четыре слоя моих мозгов. Когда какой-нибудь урод говорит, что я дебил, я ему показываю этот снимок и говорю, что я нормальный, мама меня проверяла (мама — невролог).

Снимок был сделан, когда мне было 18. С тех пор меня дважды выгнали из универа, забрали в армию (это важно), через год вернули обратно и в 22 года я снова студент.

Недавно нашёл этот снимок, рассказал маме, как его использую.

— Сына, это не твои мозги.

— Схренали?

— Это снимок дядьки левого, тут вон патология лютая, этот дядька уж помер давно.

— А фамилия-то моя. И на томографе я катался.

— А мозги не твои.

— Да как так-то? Я ж всем друзьям эти мозги показывал, говорил, что я нормальный.

— А снимок подменили.

— А нафига?

— *Вздох* Чтоб тебя, дебила, в армию не взяли.

"Еду в Ленинград. На свидание. Накануне сходила в парикмахерскую. Посмотрелась в зеркало — все в порядке. Волнуюсь, как пройдет встреча. Настроение хорошее. И купе отличное, СВ, я одна. В дверь постучали.

— Да, да!

Проводница:

— Чай будете?

— Пожалуй… Принесите стаканчик, — улыбнулась я.

Проводница прикрыла дверь, и я слышу ее крик на весь коридор:

— Нюся, дай чай старухе!

Все. И куда я, дура, собралась, на что надеялась?! Нельзя ли повернуть поезд обратно? …

В шестьдесят лет мне уже не казалось, что жизнь кончена, и, когда седой как лунь театровед сказал: "Дай Бог каждой женщине вашего возраста выглядеть так, как вы", спросила игриво:

— А сколько вы мне можете дать?

— Ну, не знаю, лет семьдесят, не больше.

От удивления я застыла с выпученными глазами и с тех пор никогда не кокетничаю возрастом".

Фаина Раневская.

Приятель рассказал. Дальше от первого лица. Ситуация. Я работаю на 3 этаже. На 4 этаже в туалете есть бумага, но нет света (лампочка перегорела уже как неделя); на пятом — нет бумаги, но есть свет. Меня придавило на клапан, думаю: на пятом без бумаги или... , выбрал четвертый. Добежал, заперся, делаю дело.

Кто-то ручку дерг:

— Есть кто?

Не буду же я натужным голосом отвечать, но в это время громко пууук...

Он:

— Ясно, а почему без света?

Я снова пук-пуууук...

Он:

— Понял... — потом постоял и добавил: — Первый раз с жопой разговариваю... и все понятно.

Свежая история об особенностях российского бизнеса.

Некая российская фирма подрядилась совместно с немецкими партнерами построить на базе бывшей (успешно разваленной) птицефабрики хозяйство по разведению "экологически чистых" индеек для поставок в Европу.

Немцы предусмотрительно выделили своего специалиста, который жил полгода в России и скрупулезно отслеживал качество строительных и прочих работ.

После успешной сдачи объекта в декабре 2009г. он отбыл довольный в Германию, откуда через месяц спецрейсом были доставлены 10 000 (десять тысяч!) цыплят породистых индеек, которые благополучно за одну ночь (!!!) ЗАМЕРЗЛИ НАСМЕРЬ в веселые январские морозы [почему не включили отопление – забыли, не оплатили или из экономии – остается неизвестным].

И было б это все в целом грустно, если бы не письмо приблизительно следующего содержания, отправленное немецким партнерам:

"… полная гибель поголовья птицы по причине переохлаждения. Просим перечислить ДОПОЛНИТЕЛЬНОЕ ФИНАНСИРОВАНИЕ на утилизацию трупов птицы, т. к. ожидается оттепель и возможны проблемы экологического характера".

Хотелось бы видеть глаза немцев при прочтении...