|
Виктор Беляев — повар для партийной верхушки
В резиденцию Алексея Косыгина в Сосны должен был приехать американский конгрессмен для обсуждения перспектив сотрудничества. Вот он и сделал на кухню заказ: приготовить что-нибудь вкусное. Как всегда в таких случаях, задача стояла удивить и обезоружить гостя. Гвоздём застольной программы стали фирменные канапе в виде домино. Виктор Беляев вспоминает, как создавалось уникальное блюдо: — Я обмазывал хлеб сливочным маслом, а точки делал из черной икры... Пинцетом. В результате было сложно отличить настоящие костяшки для советской "настолки" от их кулинарного аналога. Ещё более удивительное в этой истории то, что Косыгин не оценил старания. Более того, он отчитал повара и пригрозил увольнением, если тот и дальше будет разбазаривать дефицитный продукт. |
![]() ![]() ![]() ![]() ![]() |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Замечено: если почаще смотреть выпуски новостей, то желание посещать цирк вскоре отпадёт из-за ненадобности.
Намедни в не маленьком российском городе случилось крупная локальная неприятность: в одном из домов начисто пропала вода. Пострадальцы
oбратились в должные инстанции, и практически сразу — через месяц, прибыли устранять неисправность коммунальщики. И тут-то всё и началось.
Нет трубы и всё. Нет трубы по которой текла вода, должна ведь быть, а её нет, как нет. Поискали металлодетектором — не помогло. Поиграли во дворе в войнушку: изрыли окопами двор — не помогло. Съехались все самые большие начальники по трубам — не помогло. По ходу, кстати, пока копали, поисками увлечённые, лишили канализации жильцов обезвоженного дома, но это, собственно, досадная мелочь.
Самый наиглавнейший начальник сказал: — Кто-то когда-то видел в архивах схему. Именно схему, а не план, но абсолютно точно, что видел, наверно.
Посовещавшись, начальники решили, что злоклятая труба проложена под соседним домом. Было принято гениальное решение: вскрывать полы соседнего дома и копать там до победного конца, пока эта злополучная труба не будет найдена и разоблачена.
Предполагаю, что в ходе поисков по[хрен]ят свет и газ, но побед без потерь не бывает, как водится.
В забугорных командировках встречаемся и общаемся с гражданами из разных стран. Разговариваем с хлопцем из Панамы. Он спрашивает:
— Слушай, а как бы меня в России звали, если первести на ваши имена-фамилии?
Начинаю рассуждать (а зовут его Лео Кукер, надеюсь, не рассекречу и не обижу):
— Лео по-нашему будет Лев. Папу как зовут?
— Вообще-то мы из евреев, и папу моего зовут Гхарсон.
— Значит, будешь Гарсонович
— Вообще-то наша фамилия прежде звучала как Цукер.
— Ну вот, — говорю, — и будешь ты Лев Гарсонович Сахаров".
Ну, поржали.
Снова оказались в том городе через 3-4 месяца. Кричу издалека:
— Лев
Гарсоныч! !!
Он, без паузы на осознание:
— А?!
Откликается!
Однажды мой парень предложил мне не работать, потому что часто видел меня уставшей и замученной после работы. Я долго сопротивлялась, но в итоге уволилась, дабы найти, то, чем мне было бы интересно заниматься, естественно, рассчитывая, что он будет меня содержать, его идея всё-таки. Когда я его оповестила, через неделю он собрал свои вещи и сказал, что у него большие проблемы, в которые меня он втягивать не хочет. Оказалось, он снял квартиру и живет там с новой бабой. А я одна. Без работы. Без денег. Без парня.
О богатстве русского языка писали многие. Но одно дело — это читать, другое — наблюдать вживую. Например сегодня, на Ленинградском рынке в Москве. Большущий такой ларек со всякой всячиной, от чипсов до бензопил. Продавец, разумеется, кавказец. Покупатель — наш, коренной такой мужичок, с явной похмелюги после вчерашнего. Мужичок


