О дружбе народов (вчерашнее).
«Дипломатия – искусство говорить «хороший песик», пока не найдешь подходящий булыжник».
В далекие времена служил я срочную в Советской Армии, в вертолетной эскадрилье, и нас, бойцов срочников, было 26 человек. Национальный калейдоскоп – кореец, латыш, узбек, армянин …. Не стану всех перечислять, скажу, что русских было четверо, остальные по одному представителю от своей национальности. Превосходно уживались, ладили во всем, вместе бухали, воровали, шланговали и вытворяли все, на что способен солдат срочник в те времена. Было абсолютно пох кто какой национальности. Это если бы сейчас в коллективе начать выяснять какой твой рост, как будто от этого зависит как к тебе относиться. Единственный солдат, который не имел никаких претензий к жизни вообще и к окружающим в частности (даже к офицерам, вернее к их придиркам), был узбек Юлдашев. Луноподобная физиономия с раскосыми глазами, всегда улыбчивая, приветливая. Просишь ты его о чем-то, приказываешь (в качестве сержанта), хвалишь, ругаешь – всегда на физии добрая, и какая-то виноватая, улыбка. Его никто никогда не обижал, не напрягал, он был для нас как ребенок-даун – все его жалели, как обиженного судьбой. И вот однажды на территории части поставили времянки, что-то типа щитовых домиков, и туда въехали 40–60 солдат (может ошибаюсь в цифре, давно было), рота охраны. Старшина сказал, что будут строить кирпичную казарму и соседи поселились навсегда. 90% состава роты охраны были узбеки. Среди них — трое конкретных богатырей и полсотни просто узбеков в СВОЕЙ СТАЕ. У нас пятеро качков-драчунов и поддержка в лице простых пацанов в количестве 21. Драки начались в день приезда соседей, и мы естественно были биты, сильно. Но не сдавались, хотя понимали, что скоро может все дурно закончиться. Наши – армянин и дагестанец уже точили конкретные, не сабли, но кинжалы, самодельные, сантиметров по 30 лезвия. И вот в это трудное время, Юлдашев, «наш», эскадрильский, вдруг разительно изменился. Не было больше улыбки на лице, глаза стали злыми, в голосе появился металл, начал пытаться отдавать команды. Когда он ударил ногой по жопе кого-то из наших, то естественно получил в рыло, но через двадцать минут были избиты его обидчики соседями (мы все были на работах). Не стану рассказывать что потом, а что после потом, это долго. Скажу так: через пару месяцев роту охраны поселили в казармах километрах в шести от нас, на дивизионке, и возили их для несения караульной службы на 131 ЗИЛах, так что мы с ними больше никогда не пересекались. А что же Юлдашев? Лучше не спрашивайте…. Мне уже много лет, всякого повидал, но такой доли, какая досталась впоследствии Юлдашеву, мало кому достается. Какая мораль? А я и не знаю. ПодскажИте. Но где-то я слышал, что дружба – это сообщество индивидуумов, нуждающихся друг в друге. То есть, взять с тебя нечего, идешь на... А что, логично.
Истории о милиции и армии
22 августа 17
* * *
В военкомате было тесно и шумно. Я сидел в очереди на осмотр у психиатра. Мой предшественник вышел из кабинета смеясь. Давясь от хохота, он назвал мою фамилию. Я поежился и зашел.
У психиатра было прохладно и тихо. За столом сидел пожилой лысый мужчина с усталым и печальным лицом.
— Здравствуйте. – поздоровался я.
— Здравствуйте, здравствуйте. – Скорбно поприветствовал он меня в ответ. И не теряя времени зря, спросил. – Наркотиками балуетесь?
— Нет.
— Мысли странные бывают? Видения?
— Нет.
— Тогда всего доброго. Спасибо.
Я растерялся.
— И все? — Говорю. — Это все обследование?
— А вы что-то хотите мне рассказать? – С безмерной грустью поинтересовался психиатр.
— Ну а если, допустим, чисто гипотетически у меня была попытка суицида? – Спросил я, демонстрируя руки, покрытые внушительными свежими царапинами. Их я получил, когда халтурил двумя днями ранее. Нужно было таскать большие тяжелые деревянные ящики с очень острыми углами.
— О, в этом случае мы отправим вас на обследование. И если оно подтвердит суицидальные наклонности, то боюсь вы не сможете служить в армии.
— Какая жалость, — сказал я, стараясь не улыбаться.
— Да… И учиться не сможете. И работать. И жениться. И два раза в год нужно будет лежать в клинике. И принимать сильнодействующие лекарства. Чисто гипотетически.
— Да я так просто спросил. Из любопытства.
— Любопытство — это хорошо. Любопытство — это признак здорового молодого мозга. Есть еще вопросы?
— Нет.
— Тогда всего доброго. Спасибо.
* * *
Часто попадаются завиральные истории про летчиков, а реальность бывает интереснее.
Как вам история, когда бегут из плена на самолете люди, которые от истощения не могут держать штурвал?
Штурвалом самолета управляли сразу 3 человека — узники были настолько истощены, что Михаилу Девятаеву не хватало сил удерживать в одиночку тяжелую машину в горизонтальном полете...
"О том как проходил этот полет можно писать долго, тут было все — и погоня за беглецами немецкого истребителя FW-190, получившего приказ любой ценой уничтожить этот "Хейнкель-111", и длительный полет в облаках, которые скрывали беглецов, и обстрел "Хейнкеля" своими же зенитчиками при перелете линии фронта (стреляли довольно метко — уже на земле в самолете было обнаружено 9 пробоин от зенитных снарядов), и посадка тяжелой машины на вспаханном поле рядом с батареей наших зенитчиков, первыми подбежавшими к машине...
Ограничимся главным — 8 февраля 1945 года немецкий тяжелый бомбардировщик Hе-111 (бортовой номер "13013"), с 10 бывшими узниками на борту, приземлился на нашей земле. Девятаев доставил командованию стратегически важные сведения о засекреченном Узедоне, где производилось и испытывалось ракетное оружие Третьего Рейха. "
Можно конечно закончить фразой "этот народ не победить", но она банальна и туповата.
* * *
Друг рассказал:
Он служил наводчиком (танкистом) лет 30 лет назад. Советская армия питанием не баловала, а с мясом вообще было никак... N-ский полигон, за день совершенно "засношенные" танкисты пытаютсся отойти ко сну возле своей "железяки". Наводчик от нечего делать осматривает округу в ночной прицел и замечает в 500-600 метрах здоровенного кабана-секача, норовящего пройти по "запретке". Срочный совет с командиром танка и снаряд послан в цель и ... . БАБАХ! по кабану. Тут я не выдержал и говорю: не заливай, 115 мм разнесли бы кабана на молекулы!
Так ведь мы не идиоты, жахнули на 15-20 метров в стороне, кабана только чуток разрезало осколком, пока подъехали, он уже начал остывать... Кабанятину ели все экипажи, стоявшие недалеко от нас.
И "павликовморозовых", стучавших "особисту" (т. е. кгбшнику) среди нас не было (настоящее братство по оружию... ), поэтому репрессий за самовольую пальбу не последовало.

Главная Анекдоты Истории Фото-приколы Шутки
Рамблер ТОП100