ТАКСИ

Каждый год 9-го мая мы с сыном, с утра бродим по городу и всем встреченным ветеранам вручаем по гвоздичке.

В этом году с нами напросилась моя подруга Маша со своей пятилетней дочкой.

Машин дед прошел всю войну и был кавалером трех орденов Славы. Умер дома от ран еще в 46-м. Его могила за тысячи километров от Москвы, в далеком Казахстане, вот Маша и захотела передать своему деду цветочек и доброе слово, через еще живых…

Мы с сыном с утра купили охапку гвоздик, ждали, ждали, но Маша так и не явилась. Вдруг позвонила, наскоро извинилась, сказала, что за рулем и говорить не может, потом перезвонит.

Ну нет, так нет. Обошлись без нее, хоть и чуточку обиделись.

А поздно вечером Маша опять позвонила и рассказала вот такую историю:

— Уже, наверное полгода, наш домашний телефон как с цепи сорвался.

Каждый день раз по пять мне вызванивают какие-то пьяные уроды и пытаются вызвать такси. Мой номер одним нулем отличается от телефона их диспетчерской…

Чего я только не делала, и жаловалась и хамила, даже все рифмы к слову "такси" изучила… Как только беру трубку и слышу – Але, такси?

У меня сразу выскакивает ответ типа:

— Накося выкуси, иди от армии коси, поломаны шасси, и даже Ханты-Манси…

И вот сегодня мы с дочкой собрались на встречу к вам, стоим уже в дверях, вдруг звонок, беру трубку, а оттуда мужской голос:

— Але такси? С Днем Победы Вас.

Я только хотела сказать – "отсоси", да не успела — это "С Днем Победы" сбило меня с толку. Голос продолжил:

— Скажи, красавица, а у Вас есть какие-нибудь скидки для ветеранов войны, все же 9-е мая сегодня? И ехать мне совсем не далеко, но обязательно надо…

Меня, как по голове ударило, кричу:

— Да, да, не волнуйтесь скидки есть! Ждите у подъезда, машина серая Мазда будет у Вас минут через пятнадцать. За рулем девушка.

Приезжаю в Кузьминки, две тетки (видимо соседки) выводят из подъезда ветерана с костылем. Старенький, рот открыл, дышит тяжело, медали к земле клонят и пахнет от него, как пахнет от всех наших дедушек и бабушек. Пахнет уютом, старыми книгами, перьевыми подушками, детским мылом и часами-ходиками…

Едем в Сокольники. Разговорились. Павел Иванович рассказал, что там, у фонтана на лавочке его ждет старый друг Вадим, они воевали на одном фронте и каждый год встречаются уже лет пятьдесят.

Про скидку тоже поговорили и я подтвердила, что, да, диспетчер не обманула — скидка будет, не переживайте…

Припарковались и Дедушка заметался, не зная как быть, вначале костыль из машины выставить, или ногу, чтобы упереться?

Видно было, что из дома дед выходит очень не часто…

Вызвалась его проводить. Он испугался, что это скажется на цене, но от помощи не отказался.

Пришли к фонтану, прохожие улыбаются, дарят цветы, фотографируют с нами детей, а друга Вадима, что-то не видно…

Павел Иваныч заволновался, опустился на скамейку и принялся ему названивать.

Но все безответно. Трубку никто не брал.

Потом стал рыться в карманах, вытащил старинный женский кошелечек и спросил:

— Машенька, сколько я Вам должен? Вы поезжайте, а я посижу, позвоню, подожду еще.

Я говорю:

— Не переживайте, уберите деньги, может Вас обратно домой отвезти?

И дедушка неожиданно расплакался, как будто закашлялся:

— Я так и знал. Не дожил Вадик до 9-го мая. Не дожил. Не берет трубку.

Что же я теперь…?

Прохожие подходили к плачущему парадному ветерану, увеличивали его разношерстный букет, поздравляли, улыбались и шли дальше. Всем казалось, что старика растрогало внимание и военные песни…

Я порыдала вместе с ним и стала поднимать деда с лавочки:

— Вставайте, поехали к Вадиму. Где он живет?

Путь оказался не близким, друг жил, аж в Голицыно, но мне было уже все равно, хоть во Владивостоке.

Приехали, долго плутали, нашли дом, я кое как затащила деда на второй этаж. Стали звонить в квартиру, никто не открыл. Вышли соседи и сказали, что уже давно его не видели. Павел Иваныч начал задыхаться и я повела его на улицу, на воздух. Спустились на один пролет, вдруг сверху щелкнул замок и раздался сиплый голос:

— Паша, ты Куда? Я слышу, что звонят, пока встал с постели, пока дошел. Быстрее не получилось, спину прихватило. Прости, не поехал к фонтану, не смог, да и телефон куда-то задевался. Звонит, а где звонит?

Павел Иванович, стал еще сильнее задыхаться и заговорил глотая слова:

— Ты чего, я же ждал в Сокольниках, звонил, думал, что все… Подлец — ты подлец!

Поднялись в квартиру, пока я отыскала в баке с грязным бельем разряженный мобильник Вадима, они распили чекушку водки и мой дед попросил у друга денег на обратную дорогу.

Тут я и призналась, что не таксистка и ни копейки с них не возьму.

Когда уже стемнело, отвезла старика обратно в его Кузьминки, правда не бесплатно, гвоздики все же пришлось взять…

"Я не поступил во ВГИК. Я вooбще не был студентом в чистом виде. Я не прошёл творческие туры — меня не взяли. Я пpocто 1 сентября c улицы во ВГИК пришёл и стал учиться. Я зашёл в аудиторию и пpocто сел. Они даже не знали.

Чepeз месяц пришёл декан факультета и спpocил: "A кто y вас староста группы? "Я думаю: "Hy, всё". Встал медленно и говорю: "Я". "A вы кто? "Я говорю: "Андрей Мерзликин".

"Что вы здесь делаете?! " Taкой скандал был!

Beдь месяц прошёл, уже были первые отрывки, сценические движения, сценическая речь. Я ужe ycпел всё это понять и полюбить.

A изначально я просто приexaл посмотреть, кто прошёл. Я же видел, кто поступал, а мнe xoтелось узнать, кто прошёл. Кто эти люди? Чем они лучше? Hy и зашёл в аудиторию.

Это произошло не от большой наглости, не знаю, смог бы я второй раз так. Ho я очень мужественно делал вид, что я там свой.

Koгда всё вскрылось, Евгений Apceньевич Киндинов, мой мастер, сказал: "Hy знаете, для этой профeccии такие качества очень даже подходят. Будешь вольным слушателем? "И меня оставили.

Первый год я ходил вольным слушателем. K концу первого курса бывает отсев профнепригодных.

Был отчислен мальчик, его место освободилось, и мне дали общежитие, стипендию, и я стал официальным студентом".

Друг работает в М-Видео, рассказал вот такую историю:

Приходит к ним мужик лет 50, к нему подходит новенький консультант:

— Здравствуйте, могу ли я вам помочь?

— Здравствуйте, мне нужен чайник, чтоб подметал.

— Простите, какой чайник?

— Чтоб подметал!

Консультант уходит в недоумении и, смеясь, зовет продавца поопытней.

— Здравствуйте, могу ли я вам помочь?

— Чайник мне нужен, чтоб подметал!

— Простите, наверное у нас нету таких чайников.

— Как нету?

— Подождите, сейчас я позову нашего главного консультанта.

Уже поднимается ржач среди консультантов, все смотрят на мужика, как на сумасшедшего...

Подходит мой друг.

— Здравствуйте, могу ли я вам помочь?

— Чайник, блин, мне дайте, чтоб подметал!

— Э... Может, вам нужна электрощётка?

— Блин! Вы что тут все, тупые?!

Берет ручку и пишет на листке бумаги: "ЧАЙНИК ПОД МЕТАЛЛ"!

Знакомый ходит на йогу. И тамошний тренер рассказал интересный случай из его практики (тренер, кроме этого, занимается мануальной терапией). Одному из пациентов он посоветовал для улучшения работы печени катать мячик для большого тенниса боковой поверхностью ягодиц. Типа, это улучшает кровообмен, что в свою очередь налаживает работу не только печени, но и других органов. Пациент был одержим своим здоровьем и фанатично верил своему гуру. После того, как у него лопнуло несколько мячиков, он купил маленькую железную гантелю и продолжил занятия с ней. Через год мазохизма (нужно было не просто катать мячик-гантелю, а делать это в самом болезненном месте), у пациента обнаружился необычный побочный эффект — у него на порядок улучшился (я бы сказал -обострился) слух. Он мог слышать обычную человеческую речь на дистанции до 1000 метров (1 км), а в лесу он слышал до 3 км. Естественно, сейчас он ходит везде в берушах.

Роберт Браунли, один из архитекторов ядерной программы США, рассказал что в 1957м, во время теста атомных бомб Pascal-A его настолько впечатлила скорость, с которой улетела крыша люка, закрывавшего шахту, что в тесте Pascal-B он решил детально замерять ее скорость.

25 августа 1957 года, с использованием скоростных камер, Роберт замерял скорость люка, улетающего вверх после подземного ядерного взрыва. Люк улетел на скорости в 201168 километров в час.

Скорость зонда New Horizions на пути к Плутону, к примеру — 58536 километров в час. А тяжелая Falcon Heavy Илона Маска разгоняет корабли до 39, 600.

Чисто теоретически, есть шанс что этот люк был первым объектом, запущенным на околоземную орбиту. Правда Роберт сомневается — по его словам, он летел слишком быстро и скорее всего, сгорел в атмосфере.