Когда меня спрашивают, как справятся нынешние дети, израильские и еврейские по всему миру, с той волной ненависти, которая их окружает, я всегда вспоминаю Пресслера, Макса Менахема Пресслера, блестящего пианиста, основателя трио Beaux Arts, которое многие считают лучшим трио ХХ века.
В 15 лет в Магдебурге Пресллер с родителями, братом и сестрой прятался в подвале, а наверху коричневорубашечники громили семейный магазин одежды. На следующий день его выгнали из школы. Учитель фортепиано, церковный органист Китцель продолжал заниматься с Максом тайно, и было это совсем небезопасно. Год спустя семье удалось бежать в Италию, где в Триесте его догнала посылка Китцеля. В ней была партитура "Отражений в воде" Дебюсси и записка: "Продолжай заниматься". Ровно за день до начала Второй мировой войны семья добралась до Хайфы. Все бабушки, дедушки, дяди, тети и кузены Пресслера, оставшиеся в Германии, погибли в концентрационных лагерях.
Пресслер вспоминал позднее: "Нам повезло найти убежище в Израиле, но когда я приехал, я был психологически раздавлен. Я не мог есть. Мой отец обвинял меня в плохом поведении, но я просто не мог, и я просто худел и слабел". Его отправили в детский санаторий, где он продолжал заниматься музыкой. "Во время урока игры на фортепиано я упал в обморок, играя предпоследнюю сонату Бетховена (соч. 110). Я уверен, что это была моя эмоциональная реакция на это великолепное произведение, которое подытожило то, что я чувствовал, все, что произошло. В нем есть идеализм, в нем есть гедонизм, в нем есть сожаление, в нем есть что-то, что выстраивается как фуга. И в самом конце есть то, что очень редко встречается в последних сонатах Бетховена — оно торжествует, оно говорит: "Да, моя жизнь стоит того, чтобы жить", и это то, что я чувствую".
Музыка вылечила его. Музыка и вера в то, что в Германии остались и всегда будут хорошие люди. В 17 лет он сменил имя на Менахем, и продолжил занятия музыкой в Тель-Авивской консерватории у Лео Кестенберга. В 1946 году Пресслер отправился в США, чтобы принять участие в конкурсе Дебюсси в Сан-Франциско. Для конкурса требовалось знать наизусть 27 сольных фортепианных произведений Дебюсси, но в Палестине он нашел партитуру только для 12. Прилетев в Нью-Йорк, он купил остальные ноты и в течение следующих нескольких дней выучил их, пока ехал в поезде, используя нарисованную клавиатуру. Участники играли анонимно, за пронумерованными экранами, и номер 2, Пресслер, был единогласным судейским выбором.
С тех пор и до 1955 года его карьера – это постоянный подъем, даже взлет. В 1955 году он основал трио Beaux Arts. Их лондонский дебют был удручающим: 150 слушателей в Королевском фестивальном зале вместимостью 2700 человек. Но Пресслер не испугался, и два года спустя они собирали полные залы, а один критик написал об их исполнении фортепианных трио Бетховена: "были настолько близки к совершенству, насколько можно разумно ожидать в несовершенном мире". Трио просуществовало рекордных 53 года — дольше, чем Rolling Stones, как пошутил в одном из интервью Пресслер. В 2008 году 85-летний Пресслер распустил его, но вместо того, чтобы уйти на пенсию, возродил сольную карьеру, заявив: "Мне это доставляет больше удовольствия, чем загонять маленький мячик в маленькую лунку на траве".
В 2015 году, в 92 года, он выпустил диск с фортепианными сонатами Моцарта, демонстрируя, по словам журнала Gramophone, "интеллектуальное и эмоциональное понимание музыки, не имеющее себе равных". Его жена Сара, с которой они прожили вместе 65 лет, умерла в 2014 году. Спустя два года его спутницей стала леди Вайденфельд, бывшая возлюбленная Артура Рубинштейна. В 2018 году 94-летний Пресслер посвятил 73-летней подруге новый альбом музыки Дебюсси. Умер он, чуть-чуть недожив до 100 лет. Документальный фильм о нем называется "Жизнь, которую я люблю". Пресслера всю жизнь спасала и вытягивала музыка. У кого-то это может быть живопись. У кого-то – филателия. Или приют для кошек. Или виндсерфинг. Или та же музыка, но с другой стороны, из зала. Самое главное, может быть, единственно главное, что мы можем попытаться сделать для наших детей – помочь им найти то, что будет поддерживать в них интерес к жизни, умение радоваться ей, всегда, везде. Даже во время войны.
Не всем так повезет как Пресслеру. Но если цель – приближение к счастью, а не победа в забеге, то это и неважно. Один мой приятель заметил, что весь последний год в Израиле были фантастической красоты закаты. Может быть, как напоминание свыше, что жизнь, как бы тяжело ни разрушила ее война, все-таки войной не исчерпывается.
На фотографии 92-летний Пресслер играет с Бостонским симфоническим оркестром.
OM Kromer
| Новые истории от читателей | ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Еду я на днях по объездной вдоль Кольского залива. Впереди — КАМАЗ-самосвальчик.
А ночью дождик прошёл неплохой, и кузов у него полный водички, с краёв покапывает. И, видимо, машина-то совхозная, так как явно до этого навоз возила. Тему я просек и держусь спокойно позади метрах в тридцати — обогнать никакой возможности. Грузовичок, не торопясь, едет, со светофоров понемногу "водичку" выплёскивая. За моей "восьмёрочкой", вчера помытой по причине лета, уже хвостик легковушек пристроился. Вдруг наблюдаю в зеркало — позади явно нервничает и торопится кто-то. Одного обошёл, третьего, вклиниваясь в несуществующие просветы. Вот он за мной уже.
Белая японочка, отполированная, хоть и недорогая. Мужик дёргается — не нравится ему, что не тороплюсь я вплотную за "Камазом" пристроиться — две машины кряду обогнать попроще.
Резко обходит, и, явно свое пренебрежение демонстрируя, отжимает меня.
Пропускаю спокойно — прошло моё время тупого лихачества и борьбы за полосу.
"Камаз" на подъёме у светофора встаёт не спеша — японка за ним. Я — подальше.
Загорается зелёный. "Камаз" трогается. "Девятый вал". Прямо торопыге на беленький капот.
Да, мужик аж заглох от досады — долго мы его всем рядом объезжали.
Узнал, что американцы могут покупать лишь полуавтоматические винтовки, и невольно вспомнил и улыбнулся истории, случившейся в полях в армии, когда я был на военной кафедре.
Помню стрельбы были мероприятием своеобразным. Брали тяжелые для тоненькой спинки автоматы Калашникова, отмахивались от комаров. Но все же постреляли.
Брат сегодня рассказал, он живет в России и давно пенсионер, но имеет кое-какие доходы на фондовом рынке.
Зашел он, на всякий случай, на сайт налоговой, чтобы узнать, нет ли каких-то налогов для уплаты. Оказалось, что нет, но за эту информацию взяли с него 5 рублей. Ну и ладно. Потом он заметил, что со счета пропали 399 рублей, никаких платежей не было, он хотел уже к банкирам обращаться, но потом решил сам выяснить, кто же снял деньги. Оказалось налоговая списала, счет тот же, куда и, вышеуказанные 5 рублей ушли. Он позвонил в налоговую и ему пояснили, что деньги списали за то, что он будет ежемесячно получать сообщения о наличии каких-либо платеже по налогам.
— Но я ни о чем подобном не просил
— Вам надо было зайти в кабинет и отказаться от этой услуги
— У меня нет кабинета, я зашел только посмотреть задолженность
— Ничего не знаю, у нас такой порядок
— Это же воровство
На это просто повесили трубку.
Я посоветовал ему написать какую-то жалобу. Он мне ответил, что это все равно, что главарю жаловать на его бандитов.
Помню, в 1983 или 84 году в институтской библиотеке, в третьем корпусе машинки
Где раньше я брал всякие начерталки, детали машин и сопромат
А также материалы какого-то съезда ЦК ВКП(б) (препод приебался, что я плохо подготовился)
Увидел я в той библиотеке книгу
Была она зачитана и затрёпана вусмерть, в картонной обложке дикого мутного цвета из переплётной мастерской
Но всё страницы были на месте и даже не выпадали
В общем, я такие инкунабулы дико обожал
Мне! на один! день! Её дали почитать!
Это был сборник п@рнографических рассказов "Декамерон"
Конечно, за день и ночь удалось её только пролистать и слегка оценить: Это была первая доступная мне книга, где писали не только про духовную любовь к партии с поцелуями онли, но и про всякую другую прочую любовь
Потом, уже в 1990-ые, купил и прочитал Декамерон не спеша, с толком, с расстановкой
Прочитал и понял – книга не о ceксе, а о людях и о жизни
И за 500 лет ничего с теми людьми не поменялось. Основными движущими силами человечества остаются пожрать, трахнуться, выпить и посрать; любовь, страсть, ceкс, дети, деньги и власть, самолюбие и самолюбование.

