В середине восьмидесятых, в Питере, взял я как-то такси (или частника, не важно). Слово за слово, чем-то по столу, ехали долго. Обычно таксисты довольно разговорчивы, а этот был какой-то странный. Сразу бросалось в глаза. Ещё больше удивило, что трудящийся довольно молодой (лет 35), но абсолютно седой. Как крашеная блондинка. Я как мог намекнул, с чего бы такого быть таким седым в его-то годы. Он и рассказал в двух словах интересную историю. Великим критикам скажу сразу: я интернет не просеивал по этому поводу и расскажу так, как мужик мне поведал. Если враньё или байка не его - то всё остальное на его совести, а не на моей (моя и так перегружена).

С его слов...

Работал шофёром где-то за Полярным кругом. Ехали вдвоём с напарником. Как полагается, дикий мороз и полярная ночь. Машина заглохла. Уже неважно почему, но напарник остался охранять груз и выживать на морозе, а я пошёл в сторону ближайшего жилья за подмогой. В тундре, как известно, 100 км не крюк для бешеной собаки. Да и идти-то было всего ничего, километров двадцать. Шлось легко, даже романтично. Абсолютная тишина, чистейшее небо, нетронуто-белый снег, и дикий мороз. Хоть и ночь полярная, а на снегу видимость как в театре. Отмахал я пару километров, даже в ритм вошёл, и тут что-то меня затревожило. Оглянулся — и обомлел: в паре метров от меня след в след за мной шёл огромный полярный волк. Тут я реально выхватил! Гугла тогда не было, как себя правильно вести при встрече ночью с полярным волком посмотреть было негде. Это был песец! В хорошем смысле слова, а не маленькая полярная лисичка. Волка моя театральная пауза не заинтересовала. Он, как бы, стремился ускорить события. Наверное, ночью в тундре не так хорошо с пропитанием, а здесь сразу такой весомый кусок. Он судорожно зевнул и чуть присел для прыжка. А я вдруг... запел! Вот не знаю, почему запел! Не пел никогда, голоса нет. А тут запел. Волк застыл как вкопаный. Видимо, он тоже считал, что певец из меня как из бобра дегустатор. Кстати, почему-то первая песня запелась "По долинам и по взгорьям". Симптоматичненько. Сольные концерты под открытым полярным небом, конечно, очень круто. Куда там Карнеги холлу. Жаль слушатель был только один. Зато какой заинтересованный! Короче, волчала тоже выхватил от моих голосовых данных. Есть пока не стал. Видимо, хотел познакомиться со всем моим репертуаром. А что, времени навалом, никто никуда не спешит. Я попятился, волк приотстал на несколько метров. Пришлось идти задом наперёд. Как только я замолкал, волк приближался вплотную и задние ноги напрягались для прыжка. Но как только я начинал опять петь, он опять приотставал. Так и шли: я задом с песнями, а он глаза в глаза на расстоянии одного прыжка. "По долинам и по взгорьям" была спета и перепета раз сорок. Впрочем, "Взвейтесь кострами" и "С чего начинается Родина" не меньшее количество раз. Какие ценители вокала обитают за Полярным кругом! Идти задом было, скажем, не очень удобно. Да и снега чуть не по яйца. Стоило один раз запнуться и... Думать о плохом не хотелось, надо было петь. И вдруг после небольшого подъёма показались огни посёлка. Волк встал как вкопаный! На его морде читалось явное разочарование. Может, он ожидал большего от моих вокальных данных. Короче, он развернулся и ушёл по-английски, не прощаясь. Так же бесшумно, как и появился, как тень.

В посёлок я влетел быстро, но задом. На всякий случай! Ясень пень, водка-баня, другие доступные способы успокоения от тряски. Кстати, в первую же дверь я вломился уже абсолютно седым. Ну, за напарником, конечно, сразу метнулись. Не успел откинуться.

До сих пор я вплотную вижу глаза волка. Ощущение, что его ледяные глаза никогда меня не отпустят. Под его гипнотизирующим взглядом я вожу машину, ем, разговариваю с женой, и сон всегда вижу один и тот же: я пячусь, а волк за мной след в след.

Кот сидел возле подъезда. В этом доме он жил много лет вместе со своей старой бабушкой. Как она его любила. Души не чаяла. Внутри затарахтел маленький трактор, объезжая его сердце. Стало тепло и хорошо. Но ненадолго. Когда умерла его старая хозяйка, приехало очень много людей.

Вот только, пока она была жива, никто не появлялся. А теперь её похоронили,

Есть у славного Аэрофлота один чудный рейс. Hазывается он Москва — Куала Лумпур — Сингапур — Дубай — Москва. Только в таком порядке. И никак — в обратную сторону. То есть, ежели ты желаешь попасть, скажем, из Куала Лумпура (для темных — это столица Малайзии), скажем, в Москву — пожалте осуществить кругосветное путешествие длиной в 17 с гаком часов. (Из Москвы туда лететь 10 часов без посадки). Так вот. Садится в Куала этом самом Лумпуре толпа на весь А-310 и всем — в Москву. Каля-баля, командир корабля и экипаж приветствуют вас, кино про спасательные жилеты и т. д.

Посадка в Сингапуре. Экипаж меняется на новый. Hовый экипаж: Уважаемые, туда-сюда, командир и экипаж приветствуют, кино про жилеты и пр. Еще 7 часов до Дубаев. В Дубае — опять новый экипаж. Прошло 12 часов лета. Hарод уже охренел — сделали все, что можно: напились, проблевались, проспались, опохмелились, опять протрезвели... А тут — третий по счету экипаж опять: "Уважаемые дамы и гопода! Командир корабля и экипаж приветствуют вас на борту нашего самолета!" Hа что откуда-то из задних рядов громогласно раздалось на весь салон:

"Hу уж, хрен! Это МЫ вас, [м]ля, приветствуем. Hа борту HАШЕГО самолета!"

Бурные аплодисменты длились минут 15. В общем — летайте самолетами Аэрофлота!

Неси с завода каждый гвоздь- ты здесь хозяин, а не гость! Это эпиграф, а рассказ на эту тему дальше.

Однажды внук-школьник увидел у меня книгу моего детства "Умелые руки", мы с ним ее пролистали, я ему рассказал, какие оттуда поделки и модели изготовил, и его тоже на это дело потянуло. Сейчас у него поделок и моделей — целая коллекция, начиная от картонных моделей автомобилей и кормушки для птиц, до светового меча джедая и катера на радиоуправлении. За деталями и инструментами он, естественно, обращается ко мне, и я в таких случаях отвечаю: "Пойдем, посмотрим в моих закромах". Как правило, почти всегда все нужное находим. Однажды от мне говорит: "Дед, ну откуда у тебя столько всяких материалов и инструментов на все случаи жизни? "У меня как-то язык не повернулся сказать, что я, как всякий советский/российский, человек на3,14здил все это, где только мог, и дипломатично ответил: Все это — неиспользуемые остатки и результаты списания с мест моей работы!

Из геологического фольклора.

По собственному опыту знаю, что неожиданная, хотя и прогнозируемая, встреча с медведем вызывает такой страх, что способность мыслить логически и совершать обдуманные поступки куда-то исчезает. На этом в основном и основаны байки про геолога и медведя. Очевидно, эти истории происходили в действительности, хотя не исключено, что впоследствии подверглись литературной обработке.

Итак, геолог и рабочий идут по узкой тропе. Неожиданно за поворотом сталкиваются нос к носу с медведем. Бежать поздно. Геолог выхватывает пистолет (кстати, оружие выдается не для защиты от зверей, а "для охраны спецчасти" — "секретных" топографических карт). Бах, бах, бах! Медведь недоуменно смотрит, поворачивается и уходит. Геолог, переведя дух, осматривает место сражения. Но ни капли крови на земле нет.

Геолог поворачивается к рабочему:

— Слушай, не мог же я с трех метров промазать?

Рабочий (саркастически):

— Стрелял бы — не промазал. А ты выхватил пистолет и кричал: "Бах! Бах! Бах!"