— Мама! Это Лара...

— Ну кто бы сомневался. Судя по голосу, у нас вселенская катастрофа. Ну?

— Семочка принес рибку. И очень хочет гефелте фиш.

— Ну, если ты уже научилась произносить название этого блюда, то, таки, есть надежда, шо пора.

— Мама, ну де я и де эта рибка.

— Де, де... на кухне... Риба какая?

— Ну какая!? Риба, она и есть риба...

— Здрасьте... как её зовут?

— Она молчит и не отвечает.

— А на взгляд?

— На взгляд... сыра-а-ая и мокра-а-ая.

— Не реви. Спроси у Семы, шо он купил?

— Он уше-е-ел.

— Не реви. Таааак... я думаю... Так, пойдем от противного...

— Она протиии-вна-аая.

— Не реви. Она риба и усё. Давай начнем с чистки. Вспоминай, это мы уже проходили. Сначала чистим чешую. Стоять! А усы у нее есть?

— У кого? У рыбы? Она же не мужчина...

— Здрасьте... Рыба тоже бывает девочка и мальчик. Но усы не про это. Если это сомик, то чешуи не будет.

— Аааа! Понято. Усов нет, чешуя есть.

— Значит чистим чешую. Потом режем пузико, всякие бяки выкидаем... голову отрезаем, хвостик отрубаем.

— Голову кудой?

— Никудой! Зебры и глаза вытащи и помой.

— Зебры? Это шо...?

— Ойц, это жабры.

— Мама, вы меня этим фольклором своим народным не сбивайте, я и так... собьюсь.

— Без лёгкой шутки кухня поперек горла станет. Так, Лара сейчас будет и сложно и так сяк... Принцип такой... надо от шкуры отделить мясо и косточки. Мясо можешь вырезать... как получиться, все равно на фарш... тем более я не вижу этого издевательства... над продуктом.

— Почему сразу... издевательство?

— Лара, ты шо думаешь, шо я первый раз рыбу раздела аккуратно, как в кине? Лара, главное не мясо, главное шкурочка. Вот шкурочку надо беречь, попробуй снять её до спинки с обеих сторон, ласково и нежно, как... как... мажешь маслой бутерброд.

— А хвост кудой?

— Хвост! Какой хвост?

— Рыбий.

— Хвост засунь... засунь... рибе в пасть.

— Зачем?

— Шобы молчала и не отвлекала меня от процесса. Сделала? Молодец... перекур. Ну и шо, шо ты не куришь. Я зато курю. Да и пью тоже... да и много... да и давление... и от тебя и от Семы. Лара рибкино мяско на мясорубку, крупные косточки выкидай, мелкие перемелятся. Сделала? Мой руки. Нет, мясорубку пока мыть не надо. Теперь вторая часть марлезонского балета. Лара, я тоже очень хочу приехать, но эту рибку ты должна сделать сама. Лара, невкусно это не про рибу. Горячее сырым не бывает. Чисть лук... скока, скока, скока... лука надо много. Ну стока, скока фарша стока и лука. Шелуху не выкидай. Не плачь. А вот не надо было Сему отпускать... пусть бы он чистил. Почистила, порезала? Так, теперь тушить в сковородку. Пока тушится лук, замочи булочку, можно в молоке. Тушенный лук и отжатую булочку пропусти через мясорубку. Вот теперь её можно быть. Шо там дальше... аааа... Соль, перчик и два яичка. И очень хорошо перемешать. Ойц, не знаю как ты, а я уже устала. Давай по кофе тресним за успех нашего предприятия. Вот мне уже полегчало, а тебе как? Вот это хорошую связь придумали Скайп, правда? Вроде и ты рядом и подзатыльник не дашь... Лара! Фарш вымешивают ручками, а не ложкой. Шо значит... противно... это еда. Ну, ладно... пока сырая еда. Вот теперь ещё раз посоли. Теперь фарш перекладывай в шкурочку Рыбкина и заказывай зубочистками. Ну... так пойдет. Конечно у тебя большой касрули нету. А утятница у тебя есть? Теперь мытую луковую шелуху выложи на донышко и рибку защитную сверху. Заливай водой. Лаврушечку и вымытую свеколку, резанную на четыре части. Всё. На огонь. Закипит и делай маленький огонь. На час. И не открывать. Поставила? Вот теперь я к тебе еду. А если Сема не успеет приехать к моему приходу, то он останется без рыбки. Почему, почему... потому что я всё съем и выпью. Как это нечего выпить? Мама едет в гости... ты что! Ладно, я возьму с собой.

(с) Марина Гарник

Художник Ирина Бабиченко

Делала уборку, и задумалась о том, как хозяйки относятся к чистоте квартиры. Я грязь не люблю, но и стерильностью не заморачиваюсь. Понятно, что когда в доме собака, добиться стерильности можно, но на это надо жизнь положить.

Самой стерильной женщиной, которую я знала в своей жизни, была соседка моих родителей. Медсестрой работала. Она каждый день мыла полы с хлоркой, гладила носки снаружи и с изнанки, и отваривала мясо перед тем, как его поджарить.

Прекраснее всего она обращалась с грибами. Перед засолкой сначала мыла их с мылом, потом отмачивала их в кипяченой воде сутки, потом снимала кожицу, потом долго и нудно варила, потом только солила, но все равно в итоге не ела. Впрочем, их почему-то никто есть не рвался. Когда мама спросила, к чему такая зверская обработка, соседка ответила: "Ну как же! Грибы же на земле растут! "

От дамы сбежал муж. Просто однажды ушел из дома и не вернулся. Потом выяснилось, что жив-здоров, но у другой женщины. Нестерильной. В целом, я его понимаю: мало ли что у людей откуда растет. Может, жена его х[рен] тоже с хлоркой обрабатывала перед употреблением.

Знакомый рассказал.

Нужно было приютить на ночь родственника. Кровати или дивана свободного нет, так что достали из кладовки "запаску" -- надувной матрас. Вот только насос от него найти не могут...

Мужчины подумали и решили, скажем так "тренировать легкие".

Заходит в комнату хозяйка, смотрит на пыхтящих мужиков, изображающих по-очереди насос, выясняет в чем дело и уходит.

Через пару минут приносит свой фен и обыкновенную кухонную воронку, вставляет воронку в клапан матраса, к ней прижимает фен и включает его. Буквально минут 10 и матрас надут.

P. S. Мужчины оба инженеры, причем не офисные клерки, а производственники с громадным опытом решения разных проблем на коленке подручными средствами, а женщина -- "чистый" гуманитарий, у которой случайно нажатая неправильная кнопка на пульте телевизора вызывает панику.

Жара напомнила. Дело было в начале 90х в одной маленькой заброшенной западносибирской деревеньке, оставленной жителями после развала совхоза.

Все уехали в поисках работы и лучшей жизни, кроме древних деда с бабкой, наотрез отказавшихся покидать родное место. Даже отсутствие электричества из-за стыренных с ЛЭПки проводов их не пугало. В хозяйстве

Я просто в а[ут]е. Мой молодой человек сильно устал, он работал практически без выходных две недели, его вырубило в вечер пятницы к 10 вечера. И только мы улеглись, ему звонит мама и зовет в кафе к ее друзьям, чтобы они глянули на него и на меня. То, что он спит и, возможно, выпил, поэтому не сядет за руль, ее вообще не волнует. Мч отказывался, вырубался прямо во время телефонного разговора, ставил мобильный на беззвучный, а она звонила, не переставая.

В итоге он стал сонный собираться со словами: "Слово мамы — закон, все равно не отстанет". Я была в шоке, мягко говоря. Лично я сразу сказала, что никуда не поеду и ему не советую. Ехать за рулем полусонным, чтобы чужие люди лицезрели его недовольное хлебало? А потом еще развозить всех по домам? А ему завтра на работу в 6, это для всех шутка? Что за пи[c]ец?!

Перестала верить в святость всех разговоров о том, что она, как мать, только лучшего для нас хочет. Она чуть не заставила его в полусне сесть за руль, чтобы попонтоваться своим друзьям, какой он покорный у нее! Мч так и не поехал, потому что выключился, как только спустил ноги с кровати. Плюнул, лег обратно, мать звонила еще до 12 ночи, но трубку никто не брал. Наверное, он впервые поступил не так, как она хотела. Если он еще и прощения пойдет просить у нее, то я на полном серьезе задумаюсь о том, что мне пора съезжать.