Александр Вертинский рассказывал почти 100 лет назад:

"- Гастон, — спросил я его однажды.

— Вот вы так любите все русское. Почему бы вам не жениться на русской?

Он серьезно посмотрел мне в глаза. Потом улыбнулся.

— Вот видите ли, мой дорогой друг, — раздумчиво начал он, — для того, чтобы жениться на русской эмигрантке, надо сперва... выкупить все ее ломбардные квитанции. А если их нет, то ее подруги. Раз!

Потом выписать всю ее семью из Советской России. Два!

Потом купить ее мужу такси или дать отступного тысяч двадцать. Три!

Потом заплатить за право учения ее сына в Белграде, потому что за него уже три года не плачено. Четыре!

Потом... положить на ее имя деньги в банк. Пять! Потом... купить ей апартамент. Шесть! Машину. Семь!

Меха. Восемь! Драгоценности. Девять! и т. д. А шофером надо взять обязательно русского, потому что он бывший князь. И такой милый. И у него отняли все-все, кроме чести, конечно. После этого...

— Он задумался.

— После этого она вам скажет: "Я вас пока еще не люблю. Но с годами я к вам привыкну! "И вот, — вдохновенно продолжал он, — когда она к вам наконец почти уже привыкла, вы ловите ее... со своим шофером! "

Познакомился с девушкой, сходил на пару свиданий, и друзья стали отговаривать, мол, она та еще с@ка, в прошлом вообще [м]лядь знатная, да и стерва — всегда только о себе думает. Ну, раз друзья детства говорят, стал прислушиваться — херни же не посоветуют.

Попадаю в аварию. Машина в хлам, я в реанимации три дня. Переводят меня в обычную палату и говорят, что все три дня девушка приходила, но сегодня ей срочно на работу, и она ушла. Не придал значение, может, мама или сестра приехали издалека. Провалялся я еще месяца два там на растяжках, уколах, операциях. И ни одна с@ка из этих друзей детства не пришла! А та самая стерва вечерами после работы перлась через весь город ко мне в больницу, чтобы узнать, как мое самочувствие, и привозила любимые киви. Дружба дружбой, но идут они на хер. У меня свадьба летом. Распишемся и вдвоем уедем на море. И никаких друзей.

НЕ у меня есть подруга, очень преуспевающая молодая и красивая и умная особа. Что немаловажно, всего добилась в этой жизни сама. Приехала из

Иркутской области, сама поступила в МГУ, сама училась в Штатах. Теперь работает в очень известной рекламной фирме на не самой последней должности. Человек замечательный и немного сентиментальный

Честно скажу — раздражают меня успешные, лощёные люди в дорогой одежде, которые, как с цепи сорвались, и теперь из бесконечных реклам регулярно предлагают людям не очень успешным, и вероятнее всего — не особо ухоженным, брать кредиты под выгодные процентики.

Прямо вот бесят.

Вот эти вот все заслуженные актёры, талантливые режиссёры,

Рассказывает Константин Райкин...

Было это, когда я только окончил Щукинское театральное училище и был принят в "Современник". Помещался он тогда на площади Маяковского, перед "Пекином". Я назначил кому-то встречу у "Пекина", стою, жду. Подходит дежуривший там милиционер, подозрительно осмотрел меня и сказал: "А ну, быстро отсюда!".

Я заспорил: почему это я должен уходить?

Он стал требовать документы, а у меня с собой ничего не было. Он говорит:

— Пройдём в отделение, установим личность.

А жили мы тогда с отцом в соседнем от "Пекина" доме. Я говорю:

— Зачем в милицию? Я живу вот в этом доме. Там и личность установите.

— Ладно, пойдём проверим, как ты живёшь в этом доме.

Он форменным образом берёт меня за шкирку и ведёт в дом. Открывает отец.

— Папа, — говорю я, — не пугайся. Я ничего не натворил.

А у милиционера, увидевшего Райкина, аж челюсть отвисла. Он как-то засуетился и сказал:

— Вот, вашего сыночка привёл.

Отдал честь и ретировался.