Обеденный перерыв.

Мне десять лет и мы с мамой и папой поехали отдыхать в Карпаты. Сняли комнату в глухом селе у бабки с дедом. Бабка предложила: — пойдемте завтра в лес на малинник, тут недалеко — всего час пути.

Ранним утром мы пришли на место. Это был лысый, после порубки деревьев, кусок горы, на нем видимо-невидимо малины. Вокруг было человек двадцать из разных сел.

Работа шла весело, корзины и банки наполнялись быстро, вдруг нас всех подпрыгнуло — Мы услышали дикий звериный рев.

Бабка спокойно сказала: — Медведь пришел.

Мой отец стал шарить взглядом в поисках палки или камня, он готовился защищать семью. Не найдя ничего, разбил две литровые банки друг об друга, но розочки не вышло, банки рассыпались.

В этот момент мы увидели медведя метрах в десяти от нас. Бабка спокойно сказала: — Не надо так нервничать, он каждый день сюда приходит на обед.

Все вокруг, без особых эмоций отошли от медведя в разные стороны, чтоб тот спокойно пообедал.

Самое удивительное, что через полчаса, когда медведь наелся, он так же громко зарычал перед уходом, мол, не буду вам мешать, приступайте к работе, а я пошел. Мы все ощутили себя древними людьми, которые жили в согласии с природой, даже наш храбрый, пострадавший папа, с подорожником на порезанном пальце.

Сестра у меня — балерина. Все носятся с ней как с тухлым яйцом: ах, ей нужно беречь ноги (руки, спину, [п]опу)! ах, у нее диета! ах, в театре интриги! Последнее время, приходя с работы, только и слышу подробности очередной свары в театре, истерики нашей примы и причитания всего семейства о бедной талантливой девочке, которую загрызли завистливые бездарные стервы.

Поскольку Великая Роль, из-за которой, собственно, идет грызня, — это вторая слева в танце маленьких лебедей, а театр, мягко скажем, не Большой, то после смены сочувствовать этой трагедии мне сложно. Вследствие чего при каждом удобном и неудобном случае слышу, что я черствая бездушная особь, не способная понять муки высокого творчества.

Кстати, работаю я в реанимации. Ожоговой реанимации. Детской ожоговой реанимации.

Таксист рассказал недавно. В Омске дело было. На вокзале промышляли одно время таксисты-кидалы. На приезжих деньги зарабатывали. А потом их извели.

Про один случай он и рассказал. Едет по городу, смотрит — женщина, скорее, даже бабуля, плачет стоит у такси. А такси просто стоит. Подъехал, поговорил с ней.

Оказывается, она с мужем

Был у бабушки в деревне в давние времена такой случай. Ночь. Местная пьянчужка не в состоянии дойти до своей деревни, поэтому свернула туда, где поближе было — на кладбище. Прилегла на могильную насыпь, накрылась венками и уснула. Ближе к утру на кладбище двое мужчин притащили девушку, с целью изнасилования. Т. к. она очень сильно сопротивлялась, было решено сначала в неё залить водку. А оказались они как раз рядом с той могилой, на которой спала пьяная дама.

Пьянчужка ещё не проспалась, но на слово "водка" у неё сработал рефлекс, и со словами: "Я тоже буду, мне тоже налейте", она вытянула дрожавшую руку из-под накрывавших её венков.

Реакция вполне предсказуемая: девушка, которая и так была в шоке от предстоящей участи — в обмороке; неудавшиеся насильники — за пять деревень с белыми, как полотно, лицами и трясущимися конечностями.