Было это во времена моей учебы в Питерском училище связи. Воскресенье, выходной. У КПП толпятся родители, девушки и просто знакомые. Вдруг подплывает колоритная парочка — мама и дочь, причем доча месяце на восьмом. Мама начинает кричать: "подайте мне сюда курсанта такого-то, я ему пип... пип пип..." А данный курсант как раз стоит в наряде по КПП и уже вжался в стену и пытается стать невидимкой)))) Ну друзья, как обычно заводят песню, что типа услали его на дальний-даньний полигон года на полтора, так что не ищите его скоро. Мать — "Тогда давайте его начальника курса". Вызывают.... приходит майор, который выпустил не одну партию еще больших подонков, умудренный опытом и совершенно спокойный.
Выслушал все причитания матери...... и спрашивает: "А сколько у вас в семье человек?" Мать охренела от такого вопроса, отвечает: "Пять".
На что майор ей отвечает: "Вы в десять рук одну дыру заткнуть не можете, а как мне двумя 100 х%%в удержать????!!!!" Все кто стоял, упали... и помнят эту историю 10 лет спустя)))
Лучшие анекдоты из жизни
4 марта 15
* * *
ПРО ВИКИНГА. Историю эту довелось мне услышать лет 15 назад от своих родителей. Как-то вечером мама сообщает отцу, что звонил некий Миша из Саратова. Папа спрашивает : "ВИКИНГ что-ли?". Мать смеется и утвердительно кивает головой. Я в непонятках, и тогда отец рассказывает:
"В середине 60-ых одна зима выдалась особенно холодной и бесснежной, и волки, коих в Саратовской губернии тогда было более чем достаточно, совсем озверели. В отдельных деревнях они посреди бела дня шастали меж домов и рвали на части все что шевелится. Местные власти в панике, охотникам объявляется вознаграждение в 200 (!)тогдашних рублей за каждую волчью шкуру. В райцентре Озинки собирается команда из местного охотничьего общества. Люди все бывалые, как на зверя ходить знают не понаслышке, да вот еще один малец Мишка с ними увязался.
Выезжают ближе к вечеру в лес на двух санях. Впереди тот самый Мишка с ножом и поросенком в руках. Время от времени лес оглашается диким визгом хрюшки, которую Мишка тычет ножичком в брюхо. На этот визг сбегаются все голодные волки Саратовской области. Сзади на санях — стрелки, лупящие во всю мочь из своих двухстволок по волкам. Все идет хорошо, охотники уже прикидывают, кто настрелял на "Рубин", а кто и на "Запорожец".
И вдруг на одной из лесных развилок лошадь, видимо офигевшая от голодных завываний волков и их желтых огоньков по бокам,уносит сани в сторону от наезженной дороги. Мишка орет дурным голосом, но в пылу охоты его, конечно, никто не слышит, охотники уносятся в одну сторону, сани с Мишкой, поросенком и озверевшей стаей волков — в другую. Какое-то время лошак еще несется по чаще, затем сани цепляются за пенек и переворачиваются. От удара Мишка вылетает из них в сторону с какой-то охапкой сена, ударяется об сосну и совершенно отчетливо вдруг понимает, что вот тут-то ему и .. кабздец, словом.
От отчаяния он зарывается в сено, хоть и видно его за версту, и накрывает голову ведром, которое хрен его знает по какой нужде оказалось в санях. Стая налетает буквально через минуту. Поросенок не успел даже "хрю" сказать, как от него одни уши остались. Через секунду настает очередь лошадки. Грызли ее волки долго и обстоятельно, а Мишка все это время тоскливо размышлял, когда же настанет очередь десерта, то есть его. И вот то ли от страха, то ли холода он неожиданно для самого себя вдруг отчаянно проперделся. Волчары тут же бросили свое кушанье и заинтересованно посмотрели в его сторону. Один из них ( будущий десерт сразу понял,что это вожак ) направился к куче соломы. Мишка с комком в горле изо всех сил натянул на себя ведро. "Х.. с ним, сожрут, так сожрут,хоть башка останется".
На шею наступила огромная тяжелая лапа, долго, очень долго зверь обнюхивал воротник телогрейки, штаны, валенки, а затем ... в звенящей морозной тишине он услышал звук, который невозможно спутать с другим. Тугая струя ударила в жестяное ведро. Запах не оставлял сомнений — волк выссал все свои запасы мочи.
Примеру вожака последовала вся стая..
Закончив сей странный обряд волки вернулись к своей ужасной трапезе, и только через целую вечность Мишка вдруг услышал, как прекратился треск разрывамого мяса несчастной лошади, как загрохотали невдалеке "тулки" и "ижевки", как отчаянно матерился его крестный Анатолий, взявший крестничка "на охоту".
И тогда Мишка поднялся. То есть подняться, он, конечно, поднялся, но вот насчет ведра... Натягивал его малец со страху, волки тоже вниманием не обошли : на 20 градусном морозе моча схватывается быстро — короче примерзло намертво. Анатолий только и смог вымолвить : "ВИКИНГ — ебена мать"...
Дальше была проза. Бросили Мишку в сани, домчали до какой-то баньки, с немалым трудом, но все-таки стянули ведро, влили в мальца пол-литру и укутав в одеяло уложили спать."
С тех пор и по сей день у Мишки, теперь-то, конечно, у Михал Афанасича седая прядь у левого виска,ведро, спасшее жизнь висит в сенях, а все деревенские в разговорах называют Афанасича не иначе как ВИКИНГ.
* * *
* * *
В бытность мою музыкантом военного оркестра игрывали мы елочки. Ну, вы в курсе. С 2 по 10 января по три полуторачасовых спектакля в день. Между спектаклями перерыв около часа, во время которых оркестр (совместно с
Дедушкой Морозом, иногда и Снегуркой, а так же снежинками, зайчиками и прочей массовкой) успевал основательно согреться. Так вот, ко второй елке мы были оживлены, а к третьей уже конкретно веселы. А елки, надо сказать довольно ответственные — владивостокский Дом Офицеров как-никак.
В один прекрасный день во время третьего представления детишки попались какие-то квелые и совершенно неактивные. Дедушка Мороз вокруг них и так и сяк прыгает (конечно в меру своих возможностей ибо и возраст и выпито уже... ) а они ну не веселятся. Тогда Дед Мороз и говорит: "А кто, дорогие мои детишечки, хочет Дедушке Морозу стишок рассказать? "
Детишечки молчат, с ноги на ногу в хороводе переминаются. А впереди сидел наш товарищ прапорщик. Не знаю кто его потянул за язык, но возьми он и ляпни: дескать, я и могу рассказать. Понятно, что никаких стишков товарищ прапорщик не знал и сказал это просто так, абсолютно не подумав.
Но было поздно. Дедушка Мороз моментально воспользовался ситуацией и всучил прапору микрофон чтоб хоть как-то вытянуть провальную елку.
Прапорщик начал рассказывать первое, что пришло ему в голову:
— Шел я лесом, песни пел, — говорит в микрофон товарищ прапорщик, — соловей мне на хер сел...
Тут он начинает тихо офигевать от вышесказанного, но по инерции продолжает:
— Я хотел его поймать, — и с совершенно квадратными от изумления глазами в полной тишине выдыхает, — улетел, ебена мать...
А на следующий год мы уже елки не играли почему-то.

Главная Анекдоты Истории Фото-приколы Шутки
Рамблер ТОП100