В продолжение истории о встрече с медведицей:

В семидесятые годы в конце лета ночевал я в охотничьей избушке на берегу большого красивого таёжного озера. И вот утром услышал что кто–то в дверь стучит. Но не подряд стук, а как–то в разнобой. А двери в таёжных избушках открываются вовнутрь, чтобы, если снегом занесёт, можно было изнутри отбросать снег и выйти.

И вот открываю я дверь — и в избушку закатываются два медвежонка, уже довольно большие, и продолжают между собой бороться.

Я сразу попытался их выгнать, а они в полумраке избушки как–то не особенно на меня обратили внимание. А у меня одна мысль — где–то рядом медведица, и она, если посчитает, что я её детей обижаю, раскатает избушку мгновенно, и куда я побегу — я даже подумать не успел. Стрелять боюсь — она же на выстрел прибежит, а медвежат трогать тоже страшно — они хоть и небольшие, но покусать могут так, что потом зашиваться придётся.

Наконец они поняли, что им тут не рады, и выбежали в открытую дверь. Увидел я, что побежали они вдоль берега озера, вышел, посмотрел — медведицу не увидел. А она меня, видимо, увидела — рявкнула громко — и медвежата бегом побежали в тайгу.

В этот раз всё обошлось.

А вот другой случай произошёл, слава Богу, не со мной, но очень неприятный.

В небольшом сибирском городке жил мальчишка, который с раннего детства мечтал стать охотником–промысловиком. Вот такая мечта у него была с малых лет. В этом городке был госпромхоз, в котором работали охотники–промысловики. Так он там пропадал всё своё детство и юность, и всё ждал, когда же ему исполнится 18 лет, чтобы стать штатным охотником.

И вот, наконец, подошло его совершеннолетие, он оформился штатным охотником — ну, сбылась мечта! На водоплавающую дичь он охотился лет с четырнадцати с отцом и дедом, и в тайге был с ними на охоте, но не по зверю, а по птице.

И вот в конце октября его в паре со знакомым промысловиком отправляют в тайгу на промысел — соболь, белка — мечта всей его жизни. Вертолёт высадил его на полянке, оружие и всё остальное выбросили, и вертолёт улетел, чтобы доставить его напарника на соседний участок. У напарника рация, и напарник должен придти на следующий день к этому парню помочь обустроиться, оборудовать путик для капканов и привести собаку этого парня — они её сразу не оставили потому, что парень высаживался с трапа — вертолёт не садился, а собака не кошка — её с высоты бросать нельзя.

И вот напарник этого парня по какой–то причине задержался у себя на участке и пришёл к нему только через два дня на третий. Пришёл к избушке, в которой должен был жить этот парень — пусто, вышел на поляну, куда он высадился с вертолёта — никого нет, только оружие и вещи раскиданы. Походил, посмотрел вокруг. И тут собаки, с которыми он пришёл — своя и парня — залаяли.

Нашли они его на сосне, он уже говорил с трудом, еле сполз с дерева. Без воды и еды провёл он всё это время в конце октября, снег уже лежал. Напарник его сразу в избушку, отпоил чаем, дал немного пожевать. А парнишка только просит его не уходить, не бросать его.

Что оказалось. Только улетел вертолёт, и парень начал собирать вещи по поляне, как на поляну вышел медведь. Вышел неожиданно и тихо, как все звери, хорошо, что парнишка его вовремя увидел и мгновенно залез на сосну. Сосна не ёлка — ветви только вверху — как он до этих веток добрался, он не помнил. И так и просидел на этих ветках почти трое суток. Замёрз, но не простыл даже. А медведь не уходил с поляны, порвал и растрепал все его вещи, съел и разбросал продукты, ружьё поломал.

В конце этого же дня собаки нашли неподалёку этого медведя, поставили его, и напарник–охотник его застрелил. Оказался старый медведь, худой, не набравший жира на зиму.

С парнем всё закончилось благополучно — через несколько дней они с напарником потихоньку вышли к избушке напарника, передали по рации сообщение об этих неприятностях, прилетел вертолёт и увёз парня в город.

От мечты стать охотником–промысловиком он отказался, поступил в институт и выучился на биолога–охотоведа и работал с охотниками, но промыслом в тайге не занимался.

Вот так с медведями бывает.

Смотpел последний КВH (Кpаснояpск)?:-)))

Команда "Монахов" из Кpаснояpска, не дословно:

"... А давайте позвоним в ~ceкс по телефону~ за их счет?"

" А как это?"

Hабиpает номеp... Опеpатоpу: "Девушка, пеpедайте абоненту #10655 ;) следующеесообщение: Я, стpойная блондинка, с высокой гpудью, только что вышла издуша, вся влажная. Мое тело покpыто пупыpышками. Жду тебя... Записали? "

"Да."

"Повтоpите пожалуйста, для пpовеpки"

Опеpатоpша повтоpяет томным голосом. ..

Опустошенно: "Спасибо, можете не пеpедавать"

Вчерашняя история про падающий самолет полный парашютистов напомнила мне о том, как я с друзьями совершили свой первый прыжок.

Дело было в Киеве, в 2000 году. Знакомый моего друга, широко известный в узких кругах полиграфист-печатник и просто хороший добрый человек уговорил нас прыгнуть с парашюта... А что, все удовольствие

Звонит сейчас девушка. Говорит — Константин Константинович, я из поликлиники, по вопросу продления вашего страхового медицинского полиса.

*я знаю, что он у меня бессрочный. Но говорю: слушаю вас внимательно.

— Скажите, как часто вы обращаетесь в поликлинику?

— Каждый день!

— По каким вопросам?

— Недовольство политикой партии и правительства!

— И часто вам отказывают в медицинской помощи?

— Ни разу!

— Хорошо, сейчас вам придёт СМС, подтверждающая ваше согласие на замену страхового медицинского полиса. Пожалуйста, сообщите мне код.

— Хорошо, только как я вам его сообщу? Вы звоните на городской номер. У меня телефонный аппарат ещё времен СССР, называется ТАН-У. Как я вам сообщу СМС?

Бросает трубку. Потом. смотрю в телефоне — СМС от Госуслуг — "код восстановления доступа к учетной записи".

Новостной сайт ВВС насчитал 21 авиакатастрофу, в которых погибли руководители стран.

В разное время в авиакатастрофах погибли президенты или премьер-министры Швеции, Парагвая, Филиппин, Бразилии, ЦАР, Генеральный секретарь ООН, Ирака, Боливии, Югославии, Мавритании, Португалии, Эквадора, Панамы, Мозамбика, Ливана, Пакистана, Бурунди, Македонии, Польши, Чили и, теперь, Ирана.

Естественно, гибель главы государства всегда расследуется с особой тщательностью. Собственные и международные технические эксперты по миллиметру исследуют обломки самолета.

Следствием диверсии была только одна катастрофа.

И прямой обстрел зенитной ракетой - только одна катастрофа. Все остальные катастрофы были из-за нарушений правил полетов, игнорирования предупреждений диспетчеров, плохой погоды, выполнение опасных маневров и т. д.

Почему экипажи шли на нарушения? А это результат требований важного пассажира. Это они требуют от экипажей нарушать правила полетов. Они считают, что они президенты не только на земле, но и в воздухе. Вот экипажи, вынуждено подчиняясь приказам Пассажира, идут на нарушения правил и риск. Результат — катастрофа.

Президенту США специальным правилом запрещено вмешиваться в действия экипажа.