Эту историю рассказал один старый прапорщик, с которым мне довелось служить. Дело было на Украине в середине 70-х. Танковый полк дислоцировался неподалеку от небольшой деревушки, и это ничуть не раздражало местных жителей. Более того, даже танкодром не беспокоил, пока не случилась эта история.

Однажды, во время отработки ночного вождения, колонна из 18 танков шла по маршруту. Ночь, светомаскировка полная, только красные габариты впереди идущей боевой машины дают следующему механику-водителю хоть какое-то понятие о дистанции и направлении. Ситуация имитирует скрытный ночной марш танковой колонны. И вот в этой самой ситуации рулевой девятого по счету танка заснул...

А что, скорость постоянная, вид из люка и так не ахти какой, а тут еще и темно, как в нем самом, в смысле, в танке. Короче, задремал боец и проехал прямо там, где более ответственные товарищи повернули направо. А прямо была деревенька...

Танк с раздолбаем — танкистом разнес вдребезги мирную украинскую хату и проследовал дальше, перепахивая гусеницами огород. Хозяева — дедка с бабкой, давно привыкли спать на печке в любое время года, это их и спасло от лютой и преждевременной смерти. Но представьте их состояние, когда, в грохоте рушившихся стен и лязге гусениц, мимо печки прошел танк. А следом за ним еще десять таких же махин с небольшим и равным интервалом. "Мы уж думали: война началась" — говорили потом старики.

Закончилось все благополучно. Потерпевшим военные отстроили новый дом, причем, не какой-нибудь, а финский, самый настоящий. Как раз такой дом мечтал построить себе командир злополучного танкового полка, поэтому все необходимые стройматериалы уже были в наличии. А огород не только восстановили, но и до осени "окучивали" все те, кто так неосторожно побывал в гостях у стариков той ночью.

Русская народная ( Russkaya narodnaya) песня.

Вспоминаю, как в бытность моей недолгой (всё-таки, надо было уметь ещё и петь) работы в хоре музыкального театра Станиславского и Немировича-Данченко в 1994 году руководство театра решило провести т. н. "валютный фестиваль", одной из фишек которого была а-капелльная программа для оперного

Учась в ВУЗе мы были настолько бедные, что в студенческую столовую ходили, разве что, на экскурсию, причем буквально — прошлись, цены посмотрели, и пошли за территорию пирожки покупать. Спустя годы работал в муниципальном бюджетном учреждении, отправили на учебу в тот же город, преподаватель объявил, что рядом есть хорошая столовая и желающие поесть могут сходить туда. И снова сходил разок на экскурсию, а питался потом гиросами и шаурмой в соседнем заведении. Еще через время у нас на работе открыли свою столовую, стоимость обеда — четверть от дневной зарплаты, соответственно питались там руководители отделов и жены военнослужащих, а обычные сотрудники вереницами шли в ближайшие шаурмичные и пирожочные. Единственные доступные столовые, где бывал — заводские, там капиталисты всеже умеют адекватно считать, а у бюджетников ну никак с этим не получается

В далеком 1997 году в возрасте 17 лет я спас девочку. Она убегала (играла) от бабушки, подскользнулась, скатилась по склону и попала в ледяную воду. Там было максимум мне по грудь, но ей было всего 4 года, она испугалась и начала тонуть. Я ее вытащил, не намочив даже головы, но родители писали письма в администрацию и в итоге мне дали медаль "за спасение погибавших".

Так вот сегодня, в такой ситуации, я вызову полицию, скорую, спасателей; сниму на телефон, буду кричать "помогите", но даже руки ей не подам. А вдруг попу случайно задену и сегодняшние родители будут писать в администрацию вовсе не для того, чтобы меня наградить.

Мой друг чуть было не лишился свободы, потому что на детском празднике в парке усадил плачущего малыша на шею, чтоб ему лучше видно было. А дура-мать, которой в тот момент рядом не было, накатала в полицию. И теперь на отце 2х дочерей, одном из самых прямых и честных людей, которых я знаю, клеймо "педофил-гомоc@ксуалист", хотя он и был оправдан.

Педоистерики, просто идите нах[рен]!

В старые добрые времена, в одном из вузов работал профессор N. Человек хотя и весьма пожилой, но остающийся отличным преподавателем, обожаемым студентами за ясность изложения и блестящий юмор. Что именно он читал — история умалчивает.

Представьте картину — почтенный патриарх читает лекцию в большой, битком набитой аудитории. Студенты усердно конспектируют.

В тишине неожиданно падает на пол мелок.

Профессор нагибается, чтобы его поднять, и внезапно издает на всю аудиторию громкий звук, в источнике которого невозможно ошибиться.

Студенты замирают.

А он, разогнувшись, несколько мгновений держит паузу, после которой громко провозглашает на всю аудиторию: "Да, есть еще порох в пороховницах".

После чего потолок аудитории подпрыгивает от восхищенного рева публики, переходящего в долгую овацию.