Пропавший дважды.
Коты бывают разными. От ми-ми-ми до оторви и выбрось. Бывают даже немые коты. У приятеля такой жил. Немой. Провалился в детстве в унитаз, простоял там на задних лапах в холодной воде, пока хозяева с работы не пришли, простудился и голос потерял навсегда. Его даже ветеринары не смогли найти, голос этот.
Ценный экземпляр получился. Не только усы, мех лапы и хвост, но и мурлыкать может, а орать — ни-ни, нибожемой. Этим, между прочим, сохранил себе свое кошачье достоинство, потому что сезонную тягу к кошкам сносил молча. Кричать-то не мог, а мурлыкать от этого ему в голову как-то не приходило.
В детстве кот был таким серым и пушистым, что вполне мог сойти за белого. Золотой характер. Ничего не требовал, никого не доставал. Приходил, когда позовут, уходил, когда не был нужен. Молчал вдумчиво, со смыслом, во всем соглашаясь с мыслями хозяев. Он всем нравился.
Так вот этот кот понемногу рос и из серого пушистого котенка приятной наружности и уступчивого характера превратился в огромного серого кота с самым препаршивым нравом, что я за всю жизнь встречал у котов.
Если бы существовала теория Ломброзо для кошек, то в этой скотине можно было бы сразу определить склонность ко всем преступлениям, когда-либо совершавшихся на этой планете, вплоть до клеветы в газетах.
Голову, это исчадье ада, имело размером с коровью, зубы с человеческую ладонь, а когти… Когти как у медведя, если их немного подстричь. И всем этим арсеналом кот пользовался без предупреждения и объявления военных действий. Я люблю кошек, но ей-ей неоднократно предлагал хозяевам сдать его в поликлинику для опытов, хотя поликлинику было жалко.
Хозяева его любили, несмотря на то, что хозяйку, женщину исключительной миниатюрности, он сбил с ног, случайно боднув головой в коридоре. А хозяину, попавшему в хирургию, после того как эта сволочь немного пожевала ему руку, пришлось долго объясняться с вызванной хирургом прокуратурой. И все равно не поверили, а сочли, что он прячет за котом свое пострадавшее от ножевого бандитизма самолюбие.
Когда кот пропал в первый раз, хозяева за день оклеили весь район объявлениями с обещаниями вознаграждения. Которое и выплатили дворовым пацанам на следующий после потери день. Пацаны долго рассказывали, что на дальней от дома помойке они храбро спасли двух местных дворняжек и одного бомжа, загнанных котом в угол. Кота принесли запутанного в сетке для браконьерского лова рыбы. Не надо и говорить, что пришлось платить еще и за наполовину разодранную сеть.
Буквально через месяц кот пропал во второй раз. Сашка еще только печатал розыскные объявления, как в дверь позвонили. Не, это не кот пришел. Это пришел один из соседских мальчиков-погодков, Петя. С вопросом.
— Дядя Саша, а вы в этот раз вознаграждение давать будете?
На лбу у Петьки была зеленка, а правая рука неумело перевязана до локтя свежим бинтом.
— Буду, — серьезно сказал дядя Саша, всегда отличавшийся наблюдательностью и сообразительностью, — просто огромное в этот раз будет вознаграждение. Если сегодня принесут кота, я пятьсот рублей дам. Если завтра – тысячу, а если через неделю – то страшно даже подумать. Боюсь, что у меня денег не хватит через неделю заплатить.
Юный посетитель вежливо поблагодарил за информацию, предложил помощь в расклейке объявлений и удалился.
Через полчаса к Сашке заявился этого посетителя единородный брательник, Пашка. Уточнить. А правду ли люди говорят, что если кота не завтра найти, а через неделю, то столько денег дадут, что Петька таких еще не знает. Потому что Петька только в первый класс пойдет, а он, Пашка во второй, считать умеет, и хотел бы знать сколько все-таки это в цифрах на наши получается. Но можно в валюте.
При всем этом, у Пашки была забинтована левая рука, а правая просто вымазана зеленкой вместе с рубашкой.
Тут дядя Саша взял и озвучил сумму, по Пашкиным представлениям практически равную, если не стоимости самолета, то высоте полета космической ракеты точно.
Пашка так же вежливо поблагодарил и удалился, предложив помочь и расклеить оставшиеся объявления. А дядя Саша на радостях достал из бара пузырь виски и стал ждать информации. Часа через три в дверь позвонили. На этот раз братья пришли вместе, а зеленки на их физиономиях немного прибавилось.
— Дядя Саша! – обратились они к приятелю, — мы решили сегодня найти вашего кота, только вы его сами заберите, он у нас дома под диваном сидит. И вы его быстрей заберите, а то мама через час с работы придет, а нам еще убраться надо.
— А давайте я его завтра заберу, а? – совершенно серьезно предложил Сашка, — тыща же лучше, чем пятьсот. Да и лень мне сегодня кота забирать.
— Не надо нам тыщу, — сказал Пашка, а Петька гордо кивнул, — и пятьсот рублей не надо. Вы его просто так заберите.
— Тогда с вас пятьсот рублей за срочность, — заявил дядя Саша и нагло улыбнулся.
После тяжелых и продолжительных переговоров Сашка смилостивился и согласился забрать кота бесплатно. Они взяли изрядно потрепанную рыболовную сеть и втроем пошли ловить кота в соседнюю квартиру. Кот действительно сидел под диваном, урчал и от нечего делать совершенно по-бобриному обтачивал зубы об деревянную диванную ногу. Рядом уже высилась приличная кучка опилок.
— Значит так, оглоеды, — сказал Сашка разворачивая сеть, — мы его хватаем, несем ко мне, там я буду его держать, а вы убегаете как можно быстрее. И я надеюсь, что успеете добежать до канадской границы.
— До какой границы, дядь Саш? – поинтересовался Петька, — нам не надо до границы, мы лучше домой побежим.
— Домой так домой, — согласился Сашка, — а про границу я вам там книжку приготовил. «Вождь краснокожих» называется. Возьмете по дороге на столике в прихожей.
И они двинулись на кота. Кот урчал и продолжал обтачивать диванную ногу. Он надеялся, что успеет догрызть.
Истории о животных
4 ноября 17
* * *
* * *
Удивительное доказательство гендерного неравенства наблюдаю я в эти дни. Никаких научных экспериментов не надо. Наблюдаю, не сходя с дивана.
У меня дома, если вы не в курсе, помимо собак живут мыши. Десять штук. Шесть — женского пола, четыре — мужского. Отличные прям мыши, высшего сорта, цвета маленьких коровок, белые с серыми пятнами. Разве что молоко не все дают.
Ну, сначала завели двух. На кой черт, спросите вы? Отвечаю: в нормальном доме должно что-нибудь строиться, ремонтироваться и вообще шуршать, иначе это не дом, а хуже одиночной камеры. Поскольку ничего из вышеперечисленного я не умею — поэтому и мыши (ну, а кто еще? )
Первые два зверя (больше и не планировалось) были привезены в дом из обычного зоомагазина. Продавщица уверяла, что оба — женского пола (так и просили). Но недаром наша страна — в числе лидеров по дефициту квалифицированных кадров. Спустя несколько недель выяснилось, что продавщица ошиблась. Выяснилось, собственно, благодаря тому, что у одной из мышей резко пополнел живот, а гнездо, которая она начала строить из подручных материалов, по размерам выходило на целую роту.
В общем, вместо двух получилось десять.
Во избежание дальнейшей экспансии было принято нелегкое решение семью разделить. В фашистском порядке, без референдума. Четверо мужиков переехали в отдельный мышариум.
Тут и началось самое интересное (за чем наблюдаю до сих пор).
В мужском доме моментально образовался дикий срач. Кругом мусор, носки разбросаны, вонь, все срут там, где едят. Просто царствие говнища. Мало того, отец стал п@здить детей. Занял практически весь дом, оставив троим отпрыскам малюсенький уголок, где те, прижавшись друг к другу, днями и ночами молились о скорой кончине предка. Молча молились, боясь даже пискнуть. Пришлось выцыганить у знакомых еще один мышариум и детей отсадить. Ну, стало два царствия говнища. Да еще среди отсаженных тут же образовался новый тиран, который, забыв о совместном нелегком прошлом, стал херачить братьев похлеще отца (все прям как у людей, а? ).
В женском же доме — мир и покой. Спят все вместе, все чистенько, еда сложена в одном углу, туалет находится в противоположном, регулярные влажные уборки, мама по ночам детям шерстяные носочки вяжет, чтобы не мерзли. Сердце, ей богу, не нарадуются.
Я и раньше подозревал, что женщины лучше мужчин. Теперь имею на руках почти научное подтверждение.
Правы бабы. Все — козлы.
* * *
Те из вас, знакомые с моими байками, наверняка знают о моей любви к собакам.
Это очень старая и прочная любовь, взаимная, я собак понимаю хорошо, а они меня — просто отлично.
Мы легко прощаем друг другу шлепки, случайные укусы, морду в песке, перекусанных пополам ящериц, бессонницу.
И таким собачником я был — сколько себя помню, не боялся их с детства, трепал за морду самых свирепых псов на цепи, клянчил у родителей собаку лет с семи — короче, природная особенность.
И за всю мою жизнь была только одна собака, поселившая страх в моем сердце собакопоклонника... .
Год 1982, Карелия, стройотряд в Лахденпохье, строим дома.
( Сразу же принесу извинения жильцам этих домов, если что не так, строили физматовцы, в университете технику возведения срубов не учили... )
Добирались мы туда долго, на автобусе, езда по приграничной зоне — дело хлопотное, останавливали нас там часто, на отряд было выдано разрешение для заезда в зону, одно на всех.
Пограничники были люди серьезные, неулыбчивые — в тот год несколько нарушителей убежали в Финляндию, не до шуток им было.
Карельское лето на свежем воздухе, физическая работа, длинный световой день, близость Ладоги — это было очень неплохо, смею вас уверить.
Одно но: купаться там было холодно, Ладога была холодна даже для закаленных балтийским морем рижан.
Спасением были маленькие лесные озера, одно из которых было недалеко от городка.
Хорошо было прибежать туда после работы и, скинув робы, нырнуть в ласковую прохладную воду...
Как-то довольно поздно вечером, в легких сумерках, мы решили поплавать.
Поплавали.
И тут с берега, команда, жестко и коротко: к берегу.
Повернули и поплыли к берегу.
Подплываем, наряд пограничников, с Калашниковами, как полагается.
Выходим уже под их конвоем к одежде, нам велят предъявить разрешение на нахождение в приграничной зоне.
Оно есть, у командира стройотряда, в пару километров отсюда, дяденьки-пограничники хмуро велят вести их к командиру, бумагу показать. А пока вы, студенты, под арестом, топайте вперед, и без глупостей.
Да уж, ситуация, солдаты, автоматы, нарушение приграничного режима...
Однако самым страшным было не это.
С ними была собака, овчарка, все это время не сводившая с нас глаз, низким горловым ворчанием встречающая любое наше мало-мальски быстрое движение при одевании.
Большие белые клыки и натянутый поводок, безжалостный внимательный взгляд, готовность к действию — автоматы бы им не понадобились... она была оружием, взведенным курком собачьего спецназовца.
Так я впервые ощутил страх собаки, первый раз в моей жизни, надеюсь, в последний.
Дошли до бумаги, старший по патрулю сделал нашему командиру внушение за нарушение приграничных правил, нас отпустил, все свободны.
Собака мигом расслабилась, охранное рвение покинуло ее, глаза из внимательных стали равнодушными, она зевнула и полностью потеряла к нам интерес.
Солдат потрепал ее за холку, она завалилась на бок, отдыхая.
Солдаты напились воды, попоили собаку и они отбыли на дальнейшее патрулирование.
Овчарку ту я вспоминаю часто, попрекая своих собак отсутствием должного служебного рвения, валяетесь тут, ленивые твари, пока ваши родственники охраняют границы, находят раненых под руинами землетрясения, штурмуют логово бин Ладина, работают поводырями слепых и предсказывают приступы эпилепсии, а вы?
А что мы, отвечают собаки на упреки, у нас тоже вот служба, нелегкая, тебя вот любить, 24/365, знаешь как нелегко — тебя любить...
А любить — тоже охранная деятельность в своем роде... служим мохнатыми пограничниками твоей души!
Ну, коли так — вольно, валяйтесь дальше...

Главная Анекдоты Истории Фото-приколы Шутки
Рамблер ТОП100