Перевод из газеты "Маарив" ("Вечёрка").

Один израильтянин, будем для простоты звать его Йоси, учился в Оксфордском университете. Университет этот весьма знаменит: тем, что существует уже более восьмисот лет, тем, что сэр Исаак Ньютон быт там деканом физического факультета и так далее.

Итак, сидит однажды Йоси на экзамене, который должен продолжаться шесть часов (есть там такие экзамены, не приведи, господи). По прошествии пары часов от начала экзамена Йоси поднимает руку и подзывает экзаменатора. Экзаменатор подходит к Йоси (он, разумеется, считал, что Йоси желает получить какие-либо разъяснения или просто выйти в туалет) и слышит буквально следующее:

— Господин экзаменатор, я желаю получить сейчас причитающиеся мне копчёную телятину и пиво.

— Верно ли я понял, — спрашивает экзаменатор, — Вы говорите о копчёной телятине и пиве?

— Да, — отвечает Йоси, — Я говорю о причитающихся мне копчёной телятине и пиве.

— Простите, — говорит экзаменатор, — но почему вы решили, что вам причитаются телятина и пиво?

Тогда Йоси вытаскивает из сумки некий увесистый том и показывает его экзаменатору.

— Вот, — говорит Йоси, — свод законов Оксфорда со дня его основания.

Есть здесь закон от 1513 года, который гласит, что каждому экзаменующемуся более четырёх часов причитается кусок копчёной телятины и кружка пива. И этот закон никогда не был отменён.

Экзаменатор пытается спорить, ссылаясь на техническую невозможность выполнить просьбу Йоси. Потом экзаменатор вызывает своего начальника, и они совещаются вдвоём. Англичане есть англичане, они зациклены на законах, и там невозможно просто так сказать "нет". С другой стороны, недавно принят закон, запрещающий употребление алкоголя на территории университета. Да и с копчёной телятиной уже не так просто, как бывало. В результате длительных переговоров стороны соглашаются на гамбургер и кока-колу. Йоси уплетает еду и совершенно счастлив тем, что утёр нос этим спесивым и глупым бритам за их же счёт.

По прошествии нескольких дней обнаруживает Йоси в своём почтовом ящике вызов на университетский суд (там, где работают законы, бывает и суд). Йоси абсолютно уверен, что пара старичков скажет ему "ну-ну-ну", на что он, Йоси, пообещает впредь вести себя хорошо, и на том всё и закончится.

Он прибывает в суд. Огромный старинный зал с колоннами, высоченным сводчатым потолком, фресками на стенах и витражными окнами. За бесконечнам столом сидят 150 профессоров, 45 деканов, 20 ректоров, всевозможные пэры и лорды — почётные выпускники университета. В париках и мантиях. С лицами членов инквизиции. И они вершат суд над Йоси. И они отчисляют его из университета за нарушение закона от 1415 года, который никогда не был отменён. За явку на экзамен без меча.

У нас в семье ни у кого нет музыкального слуха, у родни с обеих сторон медведь по ушам знатно потоптался. Бабушка при этом очень любила петь, но ни в одну ноту не попадала, это было слышно даже нам. Несмотря на эту семейную особенность, в шесть лет мама решила отдать меня в музыкальную школу (считала, что девочку обязательно надо водить "на пианино").

На прослушивании педагоги деликатно сказали что-то вроде: "Может, лучше на английский? "Родители всё поняли, но бабушка так быстро не сдалась и ломанулась разбираться. После того, как она начала в кабинете директора музыкалки орать песни и доказывать, что внучка вся в неё, такая же певунья, директор понял, что проще согласиться и записал меня в класс ударных.

Чувство ритма у меня, в отличие от слуха, было. В общем, у нас, кажется, был единственный случай, когда не ребёнок просил забрать его с музыки, а вся семья уже к концу первого семестра хором умоляла бросить эту проклятую музыкалку!

Давеча у нас был разбор полётов, посвящённый обсуждению отчёта проверяющей компании. На орехи досталось всем: кому больше, кому меньше.

Решил повыкобениваться и сорокалетний дядечка, пришедший к нам из органов МВД на должность руководителя отдела безопасности. На планёрке у генерального он выступил с пламенной речью о низкой квалификации сотрудников информационного отдела. Рассказал, что его подчинённый взломал электронную почту компании, поместил на рабочий стол какой-то файл и вообще нашёл кучу дыр в защите. О том, что этот талантливый сотрудник — не кто иной, как выходец из IT-отдела, а благословение на взлом почты он заблаговременно получил от информационников, дядечка умолчал. Зато распинался насчёт того, что отдел можно упразднить. Кучу неприятных вещей наговорил.

Генеральный попросил парировать. Главный админ, КМС по рукопашному бою, встал с места, поднял за шкирку дядечку и, несмотря на сопротивление, аккуратно положил лицом в пол, заломав обе руки. По завершении действа админ в предельно корректной манере объяснил, что в данном случае отдел безопасности ни в коей мере не справляется со своими задачами ввиду его низкой квалификации. Предъявил лежащее тело его руководителя как доказательство и посоветовал почитать его письменный отчёт.

Чем кончится — не знаю, но что-то будет!

Напомнили мне тут про одну историю из нашего славного рекламного прошлого. Работали мы тогда в рекламном агентстве PRO. И вот как-то перед очередными выборами упал банальный заказ — нанесение надписи на промо ручку для раздачи избирателям то ли коммунистами, то ли еще какими одиозными товарищами, уже не помню. Надпись была пафосной донельзя — "За победу патриотов России! "

Работы там было на 10 минут, сделал дизайн-макет, отправили факсом заказчику, тот прислал в обратку подписанный макет-подтверждение, что все ок. Заказ ушел в производство и про него тут же забыли.

Гром грянул несколько позже, когда после получения заказа рекламодатели орали в трубку что-то неприятное, а я в а[ут]е смотрел на дело рук своих, свежеотпечатанную рекламную ручку, высочайше утвержденную во всех инстанциях (включая самих патриотов) на которой красным по белому горела надпись "За свободу патриотов России! ". Игры разума, однако.

Тираж разошелся по своим с невероятным успехом.

Талант и алкоголизм нередко связаны.

Ехал сегодня из деревни в город "на частнике". Местные таксисты без лицензии называются гордо: "piratas" — пираты. Пират мне и сообщил, что под Новый год умер Саша.

Саша докатился до Коста-Рики ещё в девяностые. Врач, хирург, родом из Челябинска, если не ошибаюсь. Выучил язык, получил гражданство, подтвердил медицинский диплом.

Эмигранты уже поняли величие задачи?

Сашу вышибли из здешней больницы в 2012 году за пьянство. Был ресторанчик, потом извоз. Пару лет назад он привёз на стрельбище клиента в драном автомобиле японской марки Nissan Sunny. Впервые в жизни увидев меня, Саша мимоходом дигностировал:

— — Проблемы с печенью, экзема и лишний вес. От печени надо пить это, от экземы вон то, а на ужин кушать салатики с растительным маслом.

Общаться вне работы он не стремился, хотя жили близко. Поддерживал режим дня: с 4-х утра до полудня таксовал, потом спал, а ночью нелегально торговал пивом — в нашей деревне круглосуточных супермаркетов отродясь не было.

... Так вот: следуя его рекомендациям, экзему и печень я вылечил.