Мина Моисеевна, или попросту тетя Миня, была соседкой по квартире моего друга, режиссера с киностудии имени Горького.

Он нас и познакомил:

— Мина Моисеевна, — сказал он, — знаете, кто это? Это Хайт!

— Так что, — спросила она, — мне встать по стойке смирно или пойти помыть шею?

— Не надо, — сказал я.

— Можете ходить с грязной.

— О, какой язвительный молодой человек! Жалко, я не знала, что у меня будет такой важный гость. Купила бы чего-нибудь особенного к чаю. Вы, кстати, чай будете без какого варенья: без вишневого или без клубничного?

— Если можно, то без малинового.

— Пожалуйста! У меня все есть.

Насчет варенья она, конечно, хохмила. Нашлось у нее и варенье, и печенье, и конфеты — как это водится в приличном еврейском доме. Вот иногда видишь человека всего пять минут, а такое ощущение, что знаешь его всю жизнь. Точно такое же чувство возникло у меня после встречи с Миной Моисеевной.

Когда я вижу на сцене Клару Новикову с ее тетей Соней, для которой пишут лучшие юмористы, я всегда думаю: а как же тетя Миня? Ведь ей никто не писал, она все придумывала сама.

Помню, сидим мы с ней, беседуем. Вдруг — телефонный звонок. Кто-то ошибся номером. Громкий мужской голос, который слышу даже я, кричит:

— Куда я попал?!

— А куда Вы целились? — спрашивает тетя Миня.

Хотя в душе она была стопроцентной еврейкой, терпеть не могла разговоров, какие мы все потрясающе умные.

— Ай, не морочьте голову, вот Вам мой племянник, дофке еврей, — тупой, как одно место. Кончил в этом году школу — и что? С его знаниями он может попасть только в один институт — в институт Склифосовского!

Я иногда начинал ее дразнить:

— Но мы же с вами избранный народ!

— Мы — да! Но некоторых евреев, по-моему, избирали прямым и тайным голосованием, как наш Верховный Совет.

Теперь пришла пора сказать, кем же была тетя Миня. Она была профессиональной свахой. Сегодня, в эпоху брачных объявлений и электронных связей, эта профессия кажется ушедшей. Но только не для тех, кто знал Мину Моисеевну.

— Человек должен уметь расхвалить свой товар, — говорила она.

— Реклама — это большое дело. Посмотрите, когда курица несет яйцо, как она кричит, как она кудахчет. А утка несет тихо, без единого звука. И результат? Куриные яйца все покупают, а про утиные никто даже не слышал. Не было звуковой рекламы!

Не знаю, как она рекламировала своих женихов и невест, но клиентура у нее была обширная, телефон не умолкал с утра до вечера.

Было сплошным удовольствием слушать, как она решает матримониальные дела.

— Алло! Что? Да, я Вас помню, Володя. Так что Вы хотите? Чтоб она была молодая, так, красивая, и что еще? Богатая. Я не поняла, Вам что, нужно три жены? Ах, одна! Но чтоб она все это имела. Ясно. Простите, а что Вы имеете? Кто Вы по профессии? Учитель зоологии? Хорошо, звоните, будем искать.

— Алло! Кто говорит? Роза Григорьевна? От кого Вы? От Буцхеса. Очень приятно. А что Вы хотите? Жениха? Для кого, для дочки? Нет? А для кого, для внучки? Ах, для себя! Интересно. Если не секрет, сколько Вам исполнилось? Тридцать шесть? А в каком году? Хорошо-хорошо, будем искать. Может быть, что-то откопаем.

— Алло, это Яков Абрамович? Хорошо, что я Вас застала. Дорогой мой, мы оба прекрасно знаем, что у Вас ужасная дочь, которая не дает Вам жить. Но все равно, когда я привожу жениха, не надо ему сразу целовать руки и кричать, что он Ваш спаситель. Они тут же начинают что-то подозревать!

Когда Мине Моисеевне исполнилось 75, она приняла самое важное решение в своей жизни — уехать в Израиль. Все подруги по дому дружно ее отговаривали:

— Миночка, куда Вы собрались на старости лет? Жить среди незнакомых людей!

— Я вот что подумала, — сказала тетя Миня, — лучше я буду жить среди незнакомых людей, чем среди знакомых антисемитов!

И она уехала. Тихо, незаметно, никому ничего не сказав. Тогда в аэропорту "Шереметьево" фотографировали всех провожающих, и она не хотела, чтобы у нас были неприятности после ее отъезда.

Прошли годы, многое в мире изменилось. Советский Союз установил дипломатические отношения с Израилем — и я впервые оказался на Святой земле.

Я сразу же попросил своих друзей отыскать Мину Моисеевну, если она еще жива, а если нет — хотя бы узнать, где она похоронена.

На следующее утро чуть свет в моем номере зазвонил телефон:

— Алло! Это великий русский писатель Шолохов-Алейхем?

— Тетя Миня! — заорал я.

— Это Вы?

— Ну да! Что ты так удивился, будто тебе позвонил Ясир Арафат?

Через пару часов я уже завтракал в ее квартире, точь-в-точь копии московской: те же занавески на окнах, те же фотографии на стенах, такой же маленький телевизор, по которому шли все те же наши передачи.

— Ничего не меняется, — сказала она, перехватив мой взгляд.

— Все как было. Даже профессия у меня та же.

— Как? Вы и здесь сваха?

— Почему нет? Здесь тоже надо соединять женихов и невест. Как говорится, сводить концы с концами.

Дальнейшая часть дня проводилась под аккомпанемент сплошных телефонных разговоров тети Мини:

— Алло? Слушаю!... Да, я Вас помню. Вы хотели невесту с хорошим приданым. Так вот, можете открывать счет в банке "Хапоалим" — я Вам нашла невесту. За нее дают 50 тысяч шекелей. Что Вы хотите? Посмотреть ее фото? Милый мой, за такие деньги я фото не показываю. Получите приданое, купите себе фотоаппарат и снимайте ее сколько влезет!

— Алло? Бокер тов, геверет!

— И тетя Миня затараторила на иврите, как пулемет.

— Ненормальная румынская еврейка, — сказала она, положив трубку.

— Денег полно — и она сходит с ума. Не хочет блондина, не хочет брюнета, подавай ей только рыжего! Откуда я знаю почему? Может, у нее спальня красного цвета, хочет, чтоб муж был точно в цвет!

— Алло? Ша, что Вы кричите? Кто Вас обманул? Я Вам сразу сказала, что у нее есть ребенок. Какой позор?.. В чем позор?.. Ах, ребенок родился до свадьбы! Так что? Откуда ребенок мог знать, когда свадьба?..

А я сидел, слушал все это и умирал от счастья и восторга! Потому что за окном был Тель-Авив, потому что рядом была тетя Миня, потому что, слава богу, есть то, что в нашей жизни не меняется.

Не знаю, может, это звучит немного высокопарно, но для меня тетя Миня олицетворяет весь наш народ: тот же юмор, та же деловая жилка, скептическое отношение ко всему и удивительная жизненная сила. Все, что позволило нам выжить в этом кошмарном мире!

Порой мне кажется, что брось тетю Миню в тундру, в тайгу — и уже через пару дней она будет ходить по чумам, сватать чукчей и эскимосов:

— У меня для Вас потрясающая невеста! Она даже не очень похожа на чукчу, скорее на японочку. Какое приданое?.. Какие олени?.. Нет, он сошел с ума! Я ему предлагаю красотку, а он хочет оленей. Да Вы только женитесь — и у вас рога будут больше, чем у оленя!

Сегодня тети Мини уже нет на земле. По нашему обычаю умершим нельзя приносить цветы, но никто не сказал, что им нельзя дарить рассказы. Я написал его в память Мины Моисеевны и жалею только о том, что она его не услышит. Иначе она бы непременно сказала:

— Между прочим, про меня мог бы сочинить и получше! К тому же ты забыл вставить мою главную фразу о том, что надо уметь радоваться жизни. Обязательно напиши: "Пока жизнью недоволен — она и проходит мимо нас"

Аркадий Хайт.

Ездила на большой форум в Корею (длился месяц, участников несколько тысяч человек из разных стран), мне тогда было 16 лет. Так получилось, что туда мы летели коллективом, а обратно по одному. Билет на автобус до самолёта мне заказывал ответственный за нашу русскую группу человек. За счёт разницы в измерении часов я перепутала время автобуса и опоздала

Подведение итогов.

Нет, не обычное полковое, дивизионное, с которого народ, как тараканы, разбегался по любой причине, а подведение итогов авиации округа, куда слеталась командная и политическая элита со всех авиационных полков, и простому люду места не хватало. Народ шел в гаражи, и последствия гаражных эпопей служили кладезем

Был я следователем в райотделе, конец 80-х. Две бабульки у подъезда увидели как из окна вылез мужик с сумкой, позвонили нам. Мужика этого они знали, к концу дня мы его задержали, вещи с кражи изъяли в его квартире, его на санкцию и в СИЗО. Дня через три после этого стук в дверь. Входит МОЙ ВОР. Я чуть не поседел — он же в тюрьме сидит! А тот, улыбаясь: "Я брат — близнец, мы и живем вместе, в одной квартире". Мне вообще поплохело — начнут друг на друга валить, и все, чем доказывать, что из окна вылезал именно Вася, а не Петя? Незаконный арест — хорошо если просто с работы выгонят, а можно и судимость заработать. КПСС же еще был. Бегом к свидетелям — бабкам и.... О счастье! В один голос: "Это для вас они одинаковые, а росли они у нас на глазах, мы их здорово различаем, разные они". Отпустило.

Женщины, независимо от возраста и принадлежности, скажем так, к виду все-таки жуткие кокетки и постоянно работают на публику, а уж о внешнем виде заботятся...

Моей собаке 13.5 лет. Возраст, лапы уже болят, сил не так много как в молодости.

В выходные собрался в лес за грибами, Рыжик увидела лесную униформу и тут же заняла