Пруссии.

В помещение, весело насвистывая и улыбаясь, вошёл Семён, личный шофёр генерала, и обратился к офицеру по особым поручениям лейтенанту Теслину:

— Вася, слыхал? Там за зоопарком в камышах наши бойцы огромную свинью нашли! А морда у неё, как у Геринга! Они сейчас трибунал создают, судить её будут!

Один из мужчин заволновался:

— Как вы сказали? Огромная свинья?

— Так точно, товарищ полковник!

— Так это же бегемот! Один из шести в Европе! И самый крупный! Ганс!

Академик вскочил с места, с треском открыл дверь, зацепился за порог, упал на колени и уже на карачках подполз к генеральскому столу.

— Михаил Васильевич! Спасите редкое животное!..

Генерал не стал вникать в суть, но уважил посланца из Ставки Верховного главнокомандующего и отдал соответствующее распоряжение.

Шофёр, академик и адъютант вскочили в джип, машина рванула с места и помчалась к реке.

Положив грустную морду на берег, в зелёной тине лежал бегемот. Вокруг сидели и стояли полтора десятка солдат, один из которых зачитывал приговор. На камне лежало противотанковое ружьё, из которого должны были расстрелять осуждённого.

— Отставить! — закричал выскочивший из джипа лейтенант Теслин, — Смирно! Товарищи, это не свинья, а бегемот, это важный трофей, имеющий огромное значение для всего советского народа!

Адъютант отобрал трёх солдат и сержанта из одного взвода, поставил их охранять животное, а остальных бойцов отправил в свои части.

Академик осмотрел толстокожего. Он очень отощал от голода и стрессов. Судя по всему, он сбежал из зоопарка 10-12 дней назад, когда начался массированный обстрел города. Территория зоопарка стала местом ожесточённых боёв, и все звери и птицы либо разбежались, либо погибли. Ещё несколько дней, и бегемот мог погибнуть от переохлаждения.

На теле у него обнаружилось семь пулевых и осколочных ранений, которые, к счастью, не представляли угрозы для жизни. Одного из бойцов послали в санчасть за фельдшером и медикаментами. Раны залили йодом и густо залепили мазью Вишневского.

Второго бойца отправили за кормом, и через два часа он принёс полмешка свеклы, моркови и других корнеплодов. Еду высыпали перед мордой бегемота, но он даже глаз не открыл. Тогда академик попросил адъютанта привезти полведра молока и два литра спирта. С этим проблем не было. Многие бауэры сбежали от наступающих советских войск, и даже в центре города был слышен мучительный рёв недоеных коров. А эшелон со спиртом был обнаружен на железнодорожной станции. Солдат ломом поднял верхнюю челюсть бегемота, и академик из ведра влил ему в глотку адскую смесь.

Боец, смеясь, крикнул:

— Ну-ка, камрад, выпей наши фронтовые сто грамм!

К вечеру гиппопотам открыл один глаз, плямкнул губами и потянулся к брюкве. Опять пошёл в ход лом, и все корнеплоды лопатой забросили в пасть.

Тем временем генерал Смирнов распорядился отыскать среди личного состава ветеринара. Таковым оказался бывший зоотехник, рядовой Полонский Владимир Петрович. В комендантской роте создали специальное медицинское отделение. В него вошли четверо солдат, сержант, зоотехник стал командиром отделения, и ему срочно присвоили звание "старший сержант". Задача отделения — выполнить приказ генерала "Спасти бегемота". В гарнизонной столовой для животного выделили два котла — в одном варили картошку, в другом запаривали овёс с пшеницей или рожью.

На следующий день Полонский пришёл к своему пациенту. Зверь никакой. Глаза закрыты, еле дышит. Влили ему в глотку два литра спирта. Вечером он проголодался, поел. Но тут проблема — запор. Полонский ему поставил четырёхведерную клизму. Полегчало. И этот цикл "фронтовые два литра" — кормёжка — клизма" продолжался три недели.

На третий день житель тропиков напрягся и выполз из воды. Стал греться на тёплом солнышке, когда оно было.

На третьей неделе стал самостоятельно есть и опорожняться.

На четвёртой неделе гиппопотам встал на ноги и нетвёрдой походкой зашагал между руинами искать свой вольер.

Так бегемот, лань, осёл и барсук стали первыми обитателями зоопарка советского Калининграда.

До конца 50-х годов Ганс забавлял и развлекал маленьких посетителей, став достопримечательностью и легендой города.

страшное, периодически мне их пересказывал.

Желание подражать кумирам так же перехлестывало все возможные границы. Ну там, качалка, куда ни шло, но Олег пошел дальше — он вооружился. Страшного тесака как у Рэмбы у него не было, а кухонные ножи на эту роль подходили как-то не очень, но в Москве был Рижский рынок, рассадник свободного предпринимательства, где при желании можно было купить авианосец, были бы бабки.

Олег купил кавказский кинжал! Нет, не сувенир какой-нибудь, а самый настоящий, века девятнадцатого, большой, блестящий. Клинок был красив как празднично одетый джигит перед фотокорреспондентом местной газеты. Одна беда — ножен у кинжала не было (видимо, за прошедший век истлели в боях), но Олега это не смущало. Кинжал был любовно отполирован и наточен до остроты джедаевского меча, а носить его мой друг стал за спиной, засунув за брючной ремень. Такой способ был не слишком удобен, садиться с таким "хвостом" — не очень, да и штаны постоянно в мелких порезах, но наш герой терпел. А как иначе, он же герой!

Периодически доморощенный Сталлоне тренировался — вставал перед зеркалом, напрягал свои не маленькие мускулы и, состроив мужественную рожу, любовался собой на фоне кинжала. Занятия не пропали даром, однажды он пришел — его звездный час....

Район у нас окраинный, рабочие кварталы, да и время было не спокойное. Далее по сюжету — ночь, улица, фонарь без лампы, трое хулюганов, несчастная девушка в роли жертвы и наш герой, совершавший рядышком с вышеназванным фонарем вечерний променад.

— Вот оно! Свершилось! Щас мы им покажем! — вероятно, именно такие лозунги мелькали в отравленном Голливудом мозгу моего друга, и Олег рванул на помощь.

Плохо вписавшись в поворот, слегка пробуксовав, он все-таки умудрился со второй попытки закрыть блондинку грудью. Пыхтя от переизбытка адреналина, он втиснулся между конфликтующими сторонами и окинул врагов тяжелым взглядом.

Врагов было поболе, и ребята они были не маленькие, поэтому испугались не сильно и высказали Олегу все: кто он, куда ему надо двигаться и как быстро.

— Вам лучше уйти, парни!

— Олег не помнил, из какого фильма была эта пафосная фраза.

— А то....

— А то что? — заинтересовались хулюганы.

Друг мой здоровый кабан и вполне мог выйти из этой ситуации и без блестящей железки, но не зря же он так упорно пугал зеркало? Молниеносно закинув руку за спину, сжав рукоять ножа обратным хватом с воплем: — А вот что!

— Олег рванул клинок из за спины.

Верный кавказский товарищ не подвел. Моментально перерезав ремень, он позволил брюкам Олега съехать до колен, открыв всеобщему обозрению синие сатиновые трусы.

Хулюганы насторожились.

Среагировал Олег мгновенно. Не выпуская из рук оружие, он подхватил упавшие брюки и дернул их вверх, в надежде, что симпатичная девушка не успела заметить его позора. Штаны достигли задницы моего друга вторыми, первым был кинжал, легко породнившийся с ягодицей горе-защитника.

— Мляяя! — заорал наш герой, падая на спину.

— Аааааа! — заверещала убегающая шпана. Их можно понять. Они ожидали старой доброй драки, а тут такое! Кто его знает, что учудит в следующий момент этот сумасшедший мазохист? Харакири сделает? Причиндалы себе отрежет, а их потом за это еще и привлекут?

Спасенная таким оригинальным способом девушка жутко испугалась (причем испугалась не шпану дворовую, а "буйно помешенного идиота") и хотела убежать. Потом пожалела скулящего Олега и вызвала скорую.

Врачи долго смеялись. А что, лежит парень, в заднице кинжал, рядом девушка лопочет что-то про бандитов и драку, а у докторов в глазах вопрос — на хрена потерпевший перед дракой спустил штаны?!! От полного позора Олега спасали только пришпиленные кинжалом к заднице трусы.

Утром в больницу к другу пришел следователь, написал протокол и конфисковал страшное холодное оружие. Потом пришла спасенная девушка. Потом они поженились. Живут душа в душу, двое детей. Он ласково зовет ее Солнышко, а она его — Самурай. Друг просит никому не рассказывать, откуда у него это прозвище... Я и не рассказываю...

но быстро понял, что это направление ни разу не хлебное. Тогда он активно включился в продажи систем кондиционирования, простых бытовых сплит-систем. Так уж получилось, что обучение он проходил у меня, хотя чему тут собственно обучать, продавать кондиционеры сможет и первоклассник, если ему нормально все объяснить.

Так вот, товарищ этот был жутко коммуникабельный, с ним в паре мы скоро стали лидерами по продажам в конторе. И вот апофеоз: мы вышли на крупную сеть продуктовых магазинов. Но никак не пролазили по цене, поскольку шило китайское принципиально не предлагали. Директриса сети магазинов стояла на смерть за каждый цент, за каждую копейку. И в какой-то момент, нервы артиллериста не выдержали и он выдал:

— Ну Татьяна Петровна! Ну если бы вы не были замужем, ну решили бы мы этот вопрос по другому!

Нужно было видеть удивленно-счастливое лицо этой увядающей барышни. Она растеряно хлопала ресницами и попросила таки оставить на рассмотрение договор.

Одна фраза – и фасады магазинов крупной сети, вскоре покрылись наружными блоками уважаемого японского бренда.