Французский историк Буланже несколько лет назад придумал теорию, согласно которой все гении средневековой Франции – художники, учёные, полководцы – родились на следующий год после того, как в стране собрали хороший урожай (и, соответственно, беременные и кормящие матери получали достаточно питательных веществ, чтобы развился полноценный ребёнок). При сборе доказательств для подтверждения своей теории Буланже, однако, столкнулся с непредвиденными сложностями – единого учёта урожая во Франции в Средние века не существовало, учётные книги герцогств и графств большей частью не сохранились, а записи в исторических хрониках были неопределёнными ("в Аквитании собрали столько яблок, сколько не видывали со времён всемирного потопа", но в том же году "в Бургундии всё поели медведка и хомяк").

Тогда Буланже придумал объехать архивы в четырёх частях Франции и поискать меню и хозяйственные книги старых постоялых дворов и гостиниц. Ему сопутствовала удача: удалось найти такое количество сохранившихся старых записей, чтобы проследить историю французских обедов каждый год на протяжении многих веков. Но как же понять по старым меню величину урожая или неурожая? Ведь во многих постоялых дворах и трактирах была своя кухня и многие блюда не подавались к столу не вследствие неурожая, а из-за прихоти повара.

Героем исследования стала виноградная улитка. Столетиями она шла в пищу и беднякам и людям побогаче, если в стране случался недостаток хлеба, овощей и мяса. Опираясь на появление в меню блюд из виноградной улитки, Буланже вывел, что в интересующие его годы во Франции случались неурожаи, а по цене на улиток определял их масштабы. Эти расчёты впоследствии были подтверждены другими косвенными доказательствами и позволили историку доказать верность своей теории.

Cлужил я в ракетном полку! И вот, как обычно бывает, приехали к нам "друзья" из США, проверять наш полк! Наши уже все знали, что едут к нам (разведка сработала) ну вот, чтобы показать какие мы цивилизованные военные, на площадке в леске, где стоят ракеты, поставили туалет с унитазом. Все как положено унитаз, бачёк и все дела! Закрыли его моссетью. Ну, вот идет толпа этих янок. Один спрашивает, что за спец объект? Ему говорят — клозет для военых! Ну, тот и пошел, а солдатику наказали, чтобы незаметно воду в бачек доливал. Тот и сидит в траве с полным ведром-затаился! Америкос сходил, водичку слил, но видно в этом деле немного соображал — шланга то нет откуда вода в бачке? Подумал дай гляну. Пока он думал и обходил данное изобретенье. Боец уже тихонько, а главное незаметно ещё воды налил и свалил. Тот глянул нету там ничего. Опять в сортир, опа а вода опять есть! Боец уже опять успел сгонять! Раза три он так нашего воина доставал! В итоге сдался! Русская техника в образе сортира непонятна! Что уж тут про ракеты говорить! Хохотали мы до одури! Но секрет этот наши "друзья" так и неразгадали!

Историю рассказал приятель. Зная его манеру езды и славянский менталитет, могу поверить, хотя давать 100 процентов гарантии не буду.

Далее ит первого лица.

Возвращаюсь домой (в Украину) через Белоруссию. Спешу (домой сильно хоца). Выжимаю из старенького Форда 250. И вдруг -- вот они -- продавцы полосатых палочек. Естественно останавливаюсь. Выхожу, отдаю документ, мысленно прикидываю на сколько "зайчиков" или "белочек" я попал.

Инспектор -- отдает честь, представляется, берет документы, что-то переписывает себе в блокнот, ВОЗВРАЩАЕТ ДОКУМЕНТЫ и желает "счастливого пути". Я в полном ступоре иду к своей машине, но любопытство -- страшная сила. Не выдерживаю, возвращаюсь и спрашиваю: " а че так???". Ответ: "А мы рекордсменов трассы не штрафуем, до тебя год было 230." Занавес.

BigMouse

Со слов друга, рассказываю от первого, как водится, лица.

Есть в Москве памятник композитору Рахманинову. На постаменте так и написано: "РАХМАНИНОВУ".

Так вот, сидим возле этого памятника, пиво пьём. Мы справа от него, слева — стайка довольно милых барышень. От приглашений отказались (ух, какие мы строгие!), ну и ладно. Пьём пиво дальше.

Подходит какой-то таварищщщь с мольбертом, весь такой из себя богемный. Оглядывает критическим взором памятник и говорит в сторону дамочек: "Ой, ну какой же дурацкий памятник! На великого композитора Рахманинова совсем не похож, что я, Рахманинова не знаю!" И так далее, ля-ля-ля... Создаётся впечатление, что он с Рахманиновым не одну бутылку водки выпил на брудершафт. Ну как можно такое стерпеть? Я и говорю: "Да ты чего, мужик, какой нафиг Рахманинов!? Это ж памятник товарищу ПАКСМАХУХОБИ (PAXMAHUHOBY), видному деятелю индийской коммунистической партии!"

Результат: собутыльник товарища Паксмахухоби в ступоре, дамы тихо корчатся на газоне.

20 МЕТРОВ

Вначале я увидел палку над крышами машин, а потом уж и его разглядел:

Щеки красные, глазенки испуганные, в одной руке клюшка, в другой огромная черная сумка на колесиках.

Самому хоккеисту лет семь – восемь.

Машины на его пути стояли так плотно, что неподъемная сумка между ними не пролезала, хоть плачь.

Я вылез